Изгнанная в Академии Стражей (СИ) - Нечаева Марина - Страница 9

Мы с подругой переглянулись. Хорошо быть ребенком: воспринимаешь мир в совсем другом свете. Лет в семь я и сама бы отнеслась к происходящему, как к приключению.

Мы еще немного поговорили, обсудив предстоящую школу и подготовку к ней, а также дополнительные занятия в инженерном кружке, которые Марку посоветовал отец Джулии. А напоследок, уже уходя, Марк вдруг подвинулся ближе к окошку и горячо прошептал:

– Лиззи, я так рад, что у тебя теперь есть магия! Я знаю, ты думаешь – это плохо. А толстый Джо сказал, что новых магов могут отправить далеко на остров. Но я ему не верю! Я, когда был в порту, там одноногий моряк трепался, что никакого острова и нет, что он уже сорок лет ходит под парусом и ни разу не слышал про такой остров и не видел его. Он сказал, что новых магов отправляют на границу, чтобы глаза не мозолили старым. Лиззи, я думаю, он прав!

Я не ожидала такой речи от брата и на миг задумалась, что ему ответить, а он, прислонившись к стене и пристально смотря на меня, попросил:

– Лиззи! Пообещай, что ты научишься магии? Ты станешь крутой и сильной, и вернешься за мной?

Я удержала подступающие слезы и кивнула:

– Я очень постараюсь!

Джулия увела Марка домой, а я, после короткого ужина, вскоре легла спать, решив не тратить время и силы на пустые сомнения и переживания.

Утром же меня разбудил решительный стук в дверь. Солнце только собиралось выглянуть из-за горизонта и в полумраке комнаты я не сразу поняла, что происходит. На короткий миг мне почудилось, будто я снова в нашем доме, стою около подвала, а в дверь колотит монстр. Руки обожгла легкая боль и наваждение схлынуло.

– Вы проснулись, мисс? –громко спросил охранник из-за двери. – Приказано привести вас к мэру.

– Минутку, я сейчас выйду, – отозвалась я и, насколько это было возможно в скромных условиях, постаралась привести себя в порядок.

Мэр сообщил мне свежие новости: пришел ответ от губернатора, в котором сообщалось, что меня следует доставить в местное Управление по контролю за незаконной магией. Так что через несколько часов я уже тряслась на заднем сиденье старенького кэба по дороге в Бренвиль, столицу восточного региона.

В сопровождающие мне определили Этьена, который задержался в нашем городке как раз из-за меня, и пару человек от мэрии, один из которых управлял кэбом, а второй сел на переднее сиденье и с головой зарылся в бумаги.

Ехать было некомфортно: сказывались усталость и недосып последних дней, да и блокиратор магии, который, стоило мне выйти из каморки, снова на мне застегнули, добавлял неприятных ощущений.

Этьен же с комфортном расположился напротив меня. Его явно не смущали ни ухабистая дорога, ни ранний подъем. Он читал газету, посмеивался и время от времени зачитывал что-то особенно забавное.

– В Вестоне женщина избила оборотня, который ворвался в ее дом, скалкой. Боевая кухарка!

– В Эйлби трое детей заманили оборотня в погреб ресторана и заперли его там. Утром Стражи обнаружили его валяющимся на полу в окружении пустых бутылей. Содержимое бутылей, увы, не сохранилось. Владелец ресторана требует компенсацию.

– В Саунтри оборотень телепортировался в штаб-квартиру Стражей, где его тут же повязали. Стражи разыскивают отправителя для приставления к награде. О, это случайно не ты постаралась? – поинтересовался он и, отсмеявшись, свернул газету и протянул мне. – Хочешь почитать? Нам ехать еще пару часов.

– Нет, благодарю, – отказалась я, – и так голова кружится.

– Ну, извини, – виновато пожал плечами Этьен, – придется потерпеть. Порталом тебе нельзя. Слишком высок риск конфликта магий, даже с учетом твоего блокиратора.

– Кажется, сегодня он сильнее давит, – пожаловалась я.

Блокиратор и правда, жал, сдавливал и даже немного покалывал руку. Мне казалось, что кожа вокруг него уже давно должна была покраснеть, и я то и дело отодвигала край рукава, чтобы проверить, так ли это.

– Я заметил, что ты все время пытаешься его поправить, – сказал Этьен. – Не стоит. Твои ощущения никак не связаны с телом, это ты чувствуешь перекрытие магических каналов. Глазами такое не увидеть никому, кроме целителей.

– И долго мне его носить?

– Зависит от решения комиссии. Если тебя сочтут скорее опасной, то будешь носить его постоянно. А, учитывая, что дар у тебя только открылся и еще не вошел в полную силу, одним только браслетом не обойдешься. Обычно преступникам одевают по браслету на каждую руку и ногу, а, если маг сильный, то еще и на шею.

Я живо представила себя, закованную в блокираторы с ног до головы и поежилась. Этьен же болтал дальше, не замечая или не желая замечать, какое влияние оказывают на меня его слова.

Он рассказал, что тюрьма на острове, это детская страшилка, но основанная на правде. Раньше, когда блокираторы были не столь совершенны, нестабильных или нарушивших закон магов действительно отправляли в ссылку на остров, только был он не посреди великой реки, как мы считали, а на юге, далеко в море. Магов высаживали там, оставляли, и корабль уходил. Считалось, что остров был столь далеко, что выбраться оттуда попросту невозможно.

Так и было до тех пор, пока несколько преступников, преодолев действие блокираторов, не подняли бунт. Когда корабль прибыл в очередной раз, они захватили его, а команду выбросили за борт среди моря. Естественно, информацию о происшествии скрыли, а систему наказания пересмотрели.

– Понимаешь, – объяснял Этьен, – после этого случая власти решили, что надежнее держать преступников на виду, и построили тюрьмы в самой Тарквинии. Не прям в столице, конечно, – рассмеялся он, – но недалеко, несколько часов пути. И так в каждом регионе.

Я не понимала, зачем мне столько подробностей, но мой попутчик болтал без умолку. За следующие полчаса я узнала, что самых опасных преступников содержат в одиночных камерах. Что посещения и свидания с родными запрещены, а то еще передадут какие артефакты ненароком. Что есть поселения для тех, кто совершил не столь серьезные преступления, или – и тут он сочувствующе посмотрел на меня – тех, с кем не хочется возиться, а делать что-то надо. Оказалось, что там могут даже не одевать множество блокираторов, но время от времени у жителей таких поселений часть магии забирают специальным артефактом. И очень удобно, что такие артефакты есть и как замечательно потом их использовать. Я прекрасно понимала, что Этьен таким образом намекает на мое возможное будущее. На мой вопрос, почему обязательно отдалять человека от семьи, почему нельзя организовать подобную передачу магии в родном городе, Страж рассмеялся:

– Ну это тебе магия не нужна. А большинству-то нужна. Сбегут они, и где потом их искать? Да и ты сама от магии хочешь отказаться сейчас, ради брата, а, представь: пойдут тебе навстречу, пройдет время, ты войдешь во вкус и уже не захочешь отдавать магию. И что делать? У нас не так много ресурсов, чтобы по нескольку раз тратить их на одного человека. Ты сама видела, как участились нападения оборотней. Стражей на всех не хватает. В рейды выходят даже студенты, уже со второго курса.

– А разве не полезнее новых магов обучать? – спросила я с надеждой. – Ну, раз Стражей так не хватает. Мы тоже могли бы приносить пользу. Разве нет?

– Так-то оно так, – согласился Этьен. – Только большинство новых магов сейчас нестабильны, и государству пришлось бы потратить огромное количество времени и ресурсов, чтобы их стабилизировать и обучить. А опять же, кому обучать и когда? Большая часть преподавателей с соответствующими способностями сами состоят в Страже. Совмещают, так сказать.

На минуту он прервался и задумчиво смотрел в окно, словно размышляя, стоит ли мне доверять, а потом наклонился поближе:

– Честно тебе скажу, за те два года, что я в Страже, я больше двадцати раз сопровождал новых магов в Управление. И только одного из них взяли на обучение.

– А остальных? – воскликнула я.

Этьен виновато пожал плечами.

Мне стало дурно, и я отвернулась к окну. Этьен тоже замолчал, а через некоторое время, кажется, и вовсе задремал.