То-Рек. Новая жизнь (СИ) - "Катэр Вэй" - Страница 30

«Эх, была бы у меня праща и этот пушистый бройлер сейчас бы никуда не убежал».

Я только разочарованно вздохнул, провожая глазами наш несостоявшийся обед.

Козлятина скоро закончится, и над всей нашей маленькой компанией снова дамокловым мечом повиснет извечный вопрос: «Что жрать?».

Спустился немного ниже по течению от того места, где обычно набирали воду. Нашёл участок с пологим бережком и принялся за банные процедуры.

Водичка бодрила — аж зубы сводило.

Вместо мочалки надёргал пучок травы. Тёрся долго, с остервенением. Тело чесалось просто жуть, а голова зудела так, что выть хотелось.

Мыло бы сейчас… Но где его возьмёшь? Хотя сварить его — дело нехитрое, рецепт элементарный: нужны только жир и зола.

Вот только в чём всю эту жижу вываривать, долго и упорно? Кожаный бурдюк на огонь не повесишь, он тут точно не прокатит. Нужна нормальная керамика. И нормальный очаг.

Я вспомнил, как Нэра мучилась с палочками, крутя их вручную, и в голове сразу всплыл более простой способ розжига. А ещё — арбалет. И тапки. И нормальное спальное место, чтобы бока не отбивать.

Да до хрена чего нужно! Вот только с чего начинать? Чтобы сделать одну толковую вещь, сначала надо смастерить кучу других инструментов, которых у нас тоже нет.

Взять ту же пращу. Для неё нужна либо верёвка, либо мягкая, прочная кожа. Шкуры-то у нас есть, но выделаны они топорно, грубо.

Я ещё вчера заметил, что старое «тряпьё», которое на нас надето, по качеству в разы лучше свежих заготовок.

Вел вон вторые сутки козью шкуру золой посыпает да скребком мучает, и получается у него, честно говоря, не очень. Он в ней больше дыр проковырял, чем отскоблил. Да пованивать она уже начинает.

Насколько я знаю, её нужно вымачивать, а если выделывать именно кожу, без шерсти, то в щёлочном растворе. И скоблить на мокрую. А он по-сухому дерёт.

Я заметил движение за кустами и замер.

«Вот и наплескался ты, Егорушка. Вышел из пещеры без копья, без топора и даже нож свой не взял. А ведь видел же каменный топор в пещере. Барка, наверное, топорик. Может, и дал бы старик.»

Ветви кустарника шевельнулись. Треснула сухая ветка. Я, не сводя взгляда с куста, нашарил рукой увесистый булыжник и медленно встал.

«Кто бы там ни был, без боя я не дамся.»

— Ну так не интересно, — раздался наигранно обиженный и чертовски знакомый голос.

Я выдохнул. Камень из моей руки плюхнулся обратно в воду.

Из-за куста показалась рыжая макушка Вела. Он выбрался из укрытия со своей несчастной козьей шкурой под мышкой и небольшим каменным топориком в руке. На лице — сплошное разочарование.

«Ага, у Вела, значит, тоже есть каменный топор. Один я, как лох, хожу без оружия. Ох уж это воспитание двадцать первого века.»

— Скучный ты стал, То-Рэк, — со вздохом произнес парень, подходя ко мне. — Даже не напугаешь тебя теперь. Зачем воду баламутишь? — он остановился и удивленно осмотрел меня с головы до ног.

Я стоял мокрый, но чистый. Закручивал на поясе только что начисто выполосканную набедренную повязку.

— Моюсь, не видишь, что ли? — буркнул я в ответ. — Тебе, кстати, тоже не мешало бы. Ты на злого духа из нижнего мира похож.

Вел нахмурился, осмотрел свой торс, руки, ноги, хмыкнул и непонимающе уставился на меня.

— У тебя голова чешется? — спросил я.

— Ну, бывает. А что?

— А хочешь, чтобы не чесалась?

Вел неопределенно пожал плечами. Подошел ближе, бросил свернутую в рулон шкуру у воды.

В этом месте ручья пологий берег состоял по большей части из глины и песка. Множество камней, на дне. Крутые берега — земля, с торчащими корнями и свисающей травой.

Он сел на колени, развернул шкуру. Нагреб на нее мокрого песка и начал тереть.

— Вчера еще надо было это сделать, — пробурчал он недовольно. — А я с тобой ходил. Нэра весь день над твоей водой просидела. Шкура портится. От тебя, То-Рэк, одни убытки.

— Хочешь, помогу тебе со шкурой? — предложил я. — И что насчет головы? Сделать так, чтобы она не чесалась?

— Нет. Сам справлюсь. А голова… С этим ничего не сделаешь. Чешется всегда и у всех. Это нормально. А вот то, что ты в ручье возишься голый — это не нормально.

— Ну, не хочешь — как хочешь, — пожал я плечами. Подобрал бурдюк и пошел к тому месту, где набирают воду.

Набрал, поставил. Осмотрелся.

Лес вокруг смешанный, подлесок густой, но сушняка в поле зрения почти нет. Видать, обитатели пещеры уже давно выгребли всё, что поближе, на растопку. Но я и не дрова искал.

Расколол один камень, чтобы получить хоть какой-то острый край, и пошёл добывать материал для верёвки и своего первого копья. Самым варварским способом надломил и подрубил молоденькое деревце.

Ствол выбрал ровный, прямой, толщиной как раз под мою нынешнюю детскую ладонь. От волка с такой зубочисткой, конечно, не оборонишься — хлипковата слишком. Но вот зайца прибить или ту же змею — вполне сгодится.

Главное — в цель попасть.

Кора у дерева зелёная, податливая и гибкая, на волокна распускается просто на ура. Вот из неё я и сплету свой первый нормальный шнурок для пращи.

Вернулся к ручью.

Вел всё ещё возился со своей многострадальной козьей шкурой — натужно пыхтел и мял её в воде.

Когда проходил мимо, внутри прямо-таки вспыхнуло дикое желание дать ему хорошего пинка под зад, чтобы он с головой улетел в ручей. Но я сдержался. Вроде только начали нормально общаться, не хотелось всё портить.

А то, что Рыжий после такой принудительной помывки сразу бросится на меня с кулаками — это к гадалке не ходи. Нет уж, моя разбитая рожа не стоит его немытой башки.

Нашёл участок, где глина была почище, и при помощи палки наковырял небольшой шмат. Пока чисто на пробу. Посмотрим, получится ли у меня то, что я задумал.

— Зачем тебе эта грязь? — спросил Вел, косясь на глину, которую я вывалил на широкий лист лопуха.

— Надо, — коротко отрезал я, не желая вдаваться в подробности.

Вел хмыкнул и осуждающе покачал головой:

— Дети копаются в грязи. Ты не взрослый.

Я даже отвечать не стал. Не хотелось спорить или что-то ему доказывать. Просто взял лист с глиной и пошёл к бурдюку. Там уже лежало и моё будущее копьё.

Палку под мышку, в одну руку бурдюк, в другую — свёрток с глиной. Всё, пора домой.

Пока карабкался по тропе к пещере, в голове крутился один и тот же вопрос: как нам здесь не сдохнуть в ближайшее время?

Оно вроде и кажется, что всё просто для человека из будущего, который всё знает и всё умеет, но на самом деле это далеко не так.

В первую очередь нужно поставить на ноги Барка. И показать Нэре новые способы приготовления мяса. Собрать копьё, сплести пращу. Это самое доступное из того, что я сейчас могу сделать. А ещё надо тщательно осмотреть пещеру и все наши запасы.

И тут я мысленно хлопнул себя по лбу — козий жир!

— Нэра, где жир от козы? — с этими словами я ввалился в пещеру.

Женщина удивлённо на меня посмотрела и ткнула пальцем в сторону одной из плетёных корзин:

— Там.

Барк уже не спал, да и мелкие тоже проснулись. Стены нашего дома наконец наполнились нормальными звуками жизни. Кажется, я потихоньку начал привыкать к этому месту. И оно мне, чёрт возьми, даже начало нравиться.

Я прислонил бурдюк к стене, чтобы он не перевернулся и не залил пол, рядом бросил заготовку для копья и глину. После этого подошёл к шаману.

Старик стоял у каменного стола и растирал в ступке какие-то травы. Выглядел он, надо сказать, заметно бодрее, чем вчера.

— Что ты делаешь, Барк? Для чего эти травы?

— Нужно изгнать зло, — проскрипел он в ответ. — Когда будешь совершать этот обряд, используй вот это и это. — Указал он костлявым пальцем на два пожухлых пучка, которые висели на деревянной перекладине.

На первый взгляд они казались абсолютно одинаковыми. И на второй — тоже. Я подошёл ближе, сорвал с каждого по маленькой веточке, рассмотрел внимательнее. Понюхал.