"Зарубежный детектив 2026-10".Компиляция. Книги 1-10 (СИ) - Аткинсон Кейт - Страница 143

Татьяна выкрикнула по-русски что-то похожее на проклятие, а Глория Хэттер куда менее драматично сказала:

— Терри, что ты здесь вытворяешь?

— Он сбежал! — закричал тот, брызгая слюной, чем напомнил Джексону свою собаку. — Мистер Хэттер сбежал. И оставил все дерьмо на меня, так?

И одним легким движением он размахнулся и расколотил вдребезги стеклянный шкафчик, заполненный фигурками животных. Этот человек прямо балдел от звука бьющегося стекла. Он повернулся к собравшимся в комнате и на секунду заколебался, не зная, кого выбрать следующей жертвой, и этого времени Джексону хватило, чтобы загнать Глорию с ее оранжеволосой подругой за диван (слава богу, ведущего там не оказалось).

Теренс Смит только что заметил Джексона, и его угрюмое лицо помрачнело еще больше.

— Ты? — Он был озадачен. — Здесь? Почему? — И тут он увидел Татьяну. — И ты тоже?

Он снова занес биту и махнул ею в направлении Татьяны. Джексон неуклюже рванул к ней, словно регбист за мячом, чтобы свалить ее на пол и прикрыть своим телом. Теренс Смит сбил его на лету страшным ударом по запястью, отчего Джексон согнулся пополам, будто на шарнирах, и рухнул на ковер. Симпатичный ковер, такой толстый, китайский, со скульптурным узором. Он увидел все детали очень крупным планом. Если немного повернуть голову (очень тяжело и больно), он мог видеть еще и Мартина — который все еще решительно шагал к дому с вытянутой вперед рукой, точно вел за собой кавалерийскую атаку. Рука оканчивалась кистью (как и можно было предполагать), а кисть сжимала пистолет. «Велрод». Тот самый «велрод», который озадачил Джексона, когда Мартин упомянул о нем накануне утром.

Джексон подумал: «Ну, хорошо». Этот пистолет предназначался для тихой работы с близкого расстояния, но издалека тоже мог сработать, правда, только в руках того, кто умел стрелять, потому что прицел у «велрода» был примитивный. И в запасе у тебя только один выстрел, потому что к тому времени, как тебе удастся его перезарядить, тебя либо убьют, либо арестуют. Мартин же, надо смотреть правде в лицо, растяпа, и стрелок из него уж точно дерьмовый.

Появление Мартина стало для Хонды последней каплей. Колесики в его мозгу со скрипом остановились, очевидно, от усилия понять, почему все те, кого он хотел убить, одновременно оказались в одной комнате. Потом он бросил «думать» и вернулся к Джексону. Если ему нужно с кого-то начать, то всяко лучше с того, кто уже на полу и мучительно стонет. Он занес биту. Джексон перекатился на бок и скрючился в позе зародыша, пытаясь защитить голову руками. Он смутно подумал о том, что делают остальные, пока он ждал, как ему размозжат череп. Татьяна со своим ножом уж точно могла бы принести пользу. А если не ножом, то она могла бы перегрызть глотку Теренса Смита зубами. Она не делала ни того ни другого, он слышал, как она тараторит по-русски по телефону. Что она говорит? Пришлите адвокатов, стволы и деньги?[252] Оранжеволосая женщина вопила во весь голос. Она все делала правильно. На шум приедет полиция. И это будет к лучшему.

Он был в коконе, где не действовали законы времени. Его личный конец света, если уж считать овец, то всех до последней. Он снова был дома, в тускло освещенной кухне домика в сплошном ряду других таких же, — прошлое осталось у него в памяти своим тусклым светом, наверное, потому, что бедняки пользовались низковольтными лампочками, — он сидел за столом, его брат и сестра — по бокам от него, отец свежевымытый после шахты, мать раскладывает по тарелкам какое-то рагу. Красивые волосы сестры заплетены в косички («косицы», как называл их отец), у брата — бледное, открытое лицо и та самая школьная форма, которая через несколько лет перейдет к Джексону. Не «Скрытой камерой», а «Твоя жизнь». Просто эпизод, ничего особенного, женщина наливает молоко из кувшина. Они ели ужин, а когда закончили, мать тоже села за стол и стала есть то, что осталось. Брат отвесил ему подзатыльник, и он понял, что так Фрэнсис проявлял свою любовь, даже если это было больно. Мать что-то сказала ему, но он не разобрал, что именно, потому что тут на него свалилось что-то величиной с дом. Джексон почувствовал запах крови и пороха, обязательные запахи поля битвы. Всего-то и был простой щелчок. Надо отдать «велроду» должное, глушитель у него — что надо. На него рухнул не дом, а Теренс Смит, словно крупная добыча на охоте, и теперь добивал его своим весом. Джексон подумал, что, когда все закончится, ему понадобится полный набор новых ребер.

Хрюкнув от усилия, он сдвинул с себя эту носорожью тушу, сел (очень тяжело и больно, и все такое) и посмотрел на часы. Это была автоматическая реакция, эхо прошлой жизни: «Время смерти… подозреваемый появился на месте преступления в… о происшествии сообщили в…» — без четверти восемь, а для Джексона — в самый разгар дня. Спектакль Джулии начинался через пятнадцать минут. Весь его день вращался вокруг этого события. «Но ты закончишь к началу спектакля?» Затуманенным взглядом он заметил на часах брызги крови.

Татьяна как ни в чем не бывало закурила сигарету и пощупала у Теренса Смита пульс.

— Мертв, — объявила она, но это было и так понятно.

Он был не просто мертв, он был мертв окончательно и бесповоротно, пуля разворотила ему сердце.

— В яблочко, Мартин, — пробормотал Джексон. Кто бы мог подумать, что в Мартине скрывается снайпер?

Татьяна подошла к Джексону и опустилась рядом с ним на колени. Посмотрела пристальным взглядом:

— В порядке?

— Более-менее.

— Вы спасли мне жизнь.

— Думаю, жизнь вам спас вон тот парень, — возразил Джексон.

Мартин все еще стоял на газоне с пистолетом в поникшей руке, только теперь тот целился в траву. Он казался очень спокойным, словно примирился с самим собой. Джексон услышал сирену и подумал: «Быстро, однако», но Глория Хэттер сказала: «Кнопка тревоги», сухо и ни к кому конкретно не обращаясь.

Татьяна наклонилась к Джексону. У нее в глазах было такое же мечтательное выражение, как и тогда, в цирке. Она поцеловала его в щеку и сказала: «Спасибо». Он почувствовал себя избранным, как будто дикое животное разрешило ему себя погладить.

Джексону действительно не было дела до смерти Теренса Смита. Может быть, он повидал слишком много трупов, чтобы расстроиться по поводу еще одного, или, может, Хонда плохо удался своему создателю, а на планете даже для хороших людей места мало, чего уж тут о плохих. Его доля кислорода будет очень кстати голодающим, мученикам, да и просто беднякам. Он был не единственным в комнате, кто равнодушно отнесся к кончине Теренса Смита.

— Око за око, — с величественным безразличием произнесла Глория Хэттер.

Случившееся расстроило только женщину с оранжевыми волосами, которая тихо всхлипывала на диване.

Джексон рывком встал на ноги и осторожно подошел к Мартину. Вблизи было заметно, что у того во взгляде застыли паника и дикий страх. Джексон знал по опыту, что с паникующими, напуганными парнями лучше всего обращаться как с дикими животными, они в общем-то безобидны, хотя могут и укусить.

— Мартин, стойте спокойно, — мягко сказал он. — А теперь отдайте мне пистолет.

Мартин без колебаний отдал ему оружие.

— Простите, — сказал он. — Мне очень жаль.

Потом у него подогнулись колени, и он мешком плюхнулся на газон, оставив Джексона стоять с «велродом» в руке над трупом Теренса Смита, — что и увидел первый подоспевший к месту преступления полицейский.

— Выглядит скверно, правда? — сказал Джексон.

46

Луиза повернула к парковке «Жилья от Хэттера» перед головным офисом компании на Квинсферри-роуд. Какой-то служитель в форме вышел к ней с вопросом, имеет ли она право здесь находиться, на что она пришлепнула удостоверение к ветровому стеклу и чуть не переехала беднягу. Реальные дома для реальных людей. Как Джексон выяснил, что между «Жильем от Хэттера» и Теренсом Смитом есть связь? Она готова была поспорить на последние деньги, что он шел по следу. Ну, откуда он такой беспокойный взялся?