Казачонок 1862. Том 10 (СИ) - Насоновский Сергей - Страница 4

Сколько всего на ее хрупкие плечи тогда свалилось. Пусть уж теперь у нее будет обычная человеческая радость и счастье.

— Чего задумался? — спросил дед.

— Да так, — отмахнулся я. — Думаю, подготовка теперь начнется веселая.

— Уже началась, — буркнула Даша от печи. — Татьяна Дмитриевна с утра к Алене заходила. То рушники нужны, то посуду пересчитать, то договориться, кто пироги стряпать станет, то советовалась кого звать. Алена с Машкой после обеда к ним пойдут. Да и я тоже схожу, в таком деле лишние руки всегда пригодятся.

— Сходи, конечно. Но Машку-то зачем? — удивился я. — Она ж там скорей мешать будет, чем помогать.

— А ты поди, Гриша, удержи эту егозу, — усмехнулась Даша. — Там же свадьба. Для нее теперь важнее праздника и нет.

— Это точно… — хмыкнул в усы дед. — За это, Гришка, не переживай. Как свадьбу готовить бабы и девки лучше нашего знают.

Как уже говорилось, у Блинова с Кравцовой все планировалось по казачьему обычаю. Сватов обсуждали, кто за дружку станет, как родню рассадить, как молодых встречать. Старухи судачили о том, и настроение это само собой передавалось всей станице. А вот Насти с Рубаниным выходило иначе. И жених не казак, и Тетеревы хоть у нас в Волынской и прижились, но не казачьего роду будут. Потому свадьба намечалась обычная русская. Хотя я сильно сомневался, что в нашей расчудесной Волынской что-то может пройти совсем уж обычно.

— Ох, и намается отец Василий два венчания в один день проводить, — ухмыльнулся я. — Это в большом городе привычное дело, а станичный батюшка изведется от переживаний.

— Да уж, — ответил дед. — Ему теперь хоть разорвись. Тут благослови, там повенчай, тут поругавшихся помири, а там уж исповедай перед смертью… А еще каждому кажется, что батюшка именно ему первому внимание уделить должен.

Даша засмеялась, помешивая варево в чугунке.

— Ничего, дедушка Игнат, батюшка у нас опытный, сдюжит.

— Опытный-то опытный, — согласился дед. — Даст Бог ему терпения.

Пока болтали, я припомнил, что Настя, хитрюга, заранее ведь и не объявляла, что собралась за Сергея Рубанина. По крайней мере, мне ничего не говорила. Я узнал совсем недавно, и для меня это стало сюрпризом.

Когда они только успели сойтись?

Корнет появлялся-то в станице за полгода всего пару раз, потом снова пропадал на службе. Настя с матерью в наших общих делах крутилась. А я, выходит, и не заметил, что рядом творится. Живем бок о бок, а потом вдруг узнаешь, мол, не чужая тебе девица замуж выходит.

Вспомнил и другое. Тот вечер, когда пообещал Насте дать двадцать пять рублей серебром на приданое. Не ради красного словца обещал, конечно. Тогда она через такие беды прошла, что поддержать ее хотелось, уверенности в завтрашнем дне добавить девчонке.

Деньги у меня имелись, и на это дело не жалко было. Тем более корнет Рубанин в золоте тоже не купался, он ведь не сын богатого помещика. Максимум, что смогли родители, поклон им за это, — дать сыну образование. Офицерское звание — это хорошо, но жалование армейское невелико, а гнездо молодым все равно с нуля вить придется.

Я подумал и отложил сто рублей. Для Тетеревых сумма весьма серьезная. Молодой семье хорошее подспорье, мало ли что понадобится.

Дарить решил не на свадьбу, а заранее, чтоб при желании можно было эти деньги не только на потом отложить, но и в организации праздника использовать. События из подарка делать не стал. Поклоны да благодарные ахи-вздохи мне не нужны. Решил просто передать и дальше по своим делам пойти. Потому после обеда отправился к Тетеревым.

— Гриша пришел! — крикнул Ванька, увидев меня у ворот.

— Вижу, — отозвалась Татьяна Дмитриевна. — Ты под ногами-то не вертись, окаянный.

— Я и не верчусь, — обиделся Ванька. — Я помогаю.

Татьяна Дмитриевна отправила этого помощника за дровами, и мы остались в горнице одни. Она усмехнулась, глядя сыну вслед, и пригласила меня к столу.

Я тянуть не стал. Достал из-за пазухи холщовый мешочек и положил перед ней.

— Вот, Татьяна Дмитриевна. На приданое Насте. Я когда-то обещал. Молодым обустроиться надо, надеюсь, что поможет и в дело пойдет.

Она не ахнула, не всплакнула. Просто замерла на миг. Лицо осталось спокойным, но я видел, как дрогнули ее пальцы, когда взяла серебро.

— Григорий, — тихо сказала она. — Это большие деньги…

— Не отказывайтесь. Деньги наживем, а помочь молодым — дело святое.

Она поднялась, подошла ко мне и обняла.

— Спасибо тебе, Гриша, — еле сдерживая слезы благодарности, поблагодарила она. — Для молодой семьи много чего понадобится. Сергей человек хороший, но служивый, а не купец какой.

Я помолчал немного и спросил то, что крутилось в голове с самого утра:

— Татьяна Дмитриевна, а сватовство-то было иль обручение? Может я пропустил, когда уезжал из станицы?

Она покачала головой.

— Привычного ничего и не было, Григорий. Ни смотрин долгих, ни обручения, как то обычно положено. Все быстро пришлось делать.

Она печально вздохнула и посмотрела в окно.

— Сергей ведь офицер. Служба у него, а теперь, считай, время военное. Отпустили ненадолго. Так что сладим как сможем. Лишь бы все благочестиво прошло. Хочу еще к Игнату Ерофеевичу зайти, поговорить. Завтра, наверное, навещу вас.

На следующий день Татьяна Дмитриевна и правда пришла с самого утра.

Я отчего-то все крутил в голове, кабы не вышло чего дурного с того, что две свадьбы случатся одновременно. Да еще и по разным обычаям будут проводиться. Дед сидел рядом и тоже хмурился.

— Надо заранее головой думать, — ворчал он. — Ежели вдруг напьются и драка случится, так чтоб не чересчур.

— Доброго здравия, Игнат Ерофеевич, Григорий! — в горницу вошла Татьяна Дмитриевна.

— И вам доброго, — поднялся я.

Даша тут же засуетилась у печи, поставила чашки, подвинула ближе свежий хлеб и плошку с медом. От каши пахло дымком.

— Садись, Татьяна Дмитриевна, каши поедим, — пригласил дед. — Самое время выбрала. Мы вон с Гришкой твою заботу как раз и перетираем.

— Мою? — устало улыбнулась она. — Ой, у меня голова кругом нынче от тех забот. То рушников не хватает, то муки, то девки спорят, кто каравай украшать станет. А еще Проня Бурсак вчера заявился и сказал, что для порядка может стать главным над котлами.

Я поперхнулся чаем.

— Проню к котлам? — переспросил дед. — Упаси Господи. Тогда гости к вечеру останутся без половины снеди, а сам Проня сядет у пустого чугуна и расскажет тебе, что только на соль и проверить успел.

Татьяна Дмитриевна рассмеялась.

— Вот и я так же подумала.

— Хозяева! Живы? — вдруг послышался от входа голос атамана.

— Живы, коли не шутишь. Заходи, Гаврила Трофимович! — крикнул дед.

Строев вошел, отряхнулся. За ним показался батюшка Василий.

— Я, между прочим, к Прохоровым не собирался, — проворчал он. — Меня Гаврила Трофимович по дороге перехватил и сказал, что тут, мол, дело важное. Зайти надобно.

— Так и есть, батюшка, — сказал атаман.

— Мне бы, атаман, еще пару рук да вторую глотку, тогда, может, и управился бы. Масленица на носу, а пока еще две свадьбы, исповеди, молебны… А казаки думают, что батюшка двужильный.

— Без вас никак, — развел я руками.

— Вот и я о том, — буркнул он, приняв чашку с чаем.

Когда все расселись, я коротко выложил, что меня тревожит.

— Если гулянья развести по разным дворам, то может не шибко ладно выйти. Станица у нас не большая, люди друг к другу ходить станут. Под вечер выпившие начнут шататься туда-сюда. Еще и свадьба на свадьбу может случиться.

Гаврила Трофимович кивнул.

— Верно говоришь. Там ведь наверняка драгуны приглашенные будут, так наши молодые казаки с ними силушкой помериться захотят. Кто крепче пьет, кто звонче играет, кто ловчее пляшет. А там и до мордобоя недалеко.

— Не хотелось бы такого на Настиной свадьбе, — тревожась, сказала Татьяна Дмитриевна.

— Никому не хотелось бы, — сказал дед. — Потому слушайте сюда. Венчания пусть идут своим чередом. Тут уж батюшка как скажет, так и будет. А вот угощение надо ставить не по разным концам станицы, а рядом. Тем более, что будут такие гости, которые на обеих свадьбах захотят быть. Длинные столы с обеих свадеб близко поставим, а старших так посадим, чтоб они все видели. И в случае чего вовремя остановили безобразия. Я сам гулебным атаманом одновременно на обе свадьбы стать могу, раз такое дело. Только приставов надо бы мне в помощь подобрать.