Я так велю! (СИ) - Быченин Александр Павлович - Страница 40

— Потому что это с нами уже было! — отрезал напарничек. — И не так давно, кстати.

— А кажется, что в прошлой жизни, — хмыкнул я. — Хотя да, товарищ подполковник Блохин, Альберт Сергеевич, в своём репертуаре.

— Чтоб ему, товарищу подполковнику, почаще икалось! — злобно цыкнул зубом Вова. — Это ведь надо было такое учудить!

— Да не, мы сами виноваты, — вступился я за разведчика. Ну и заодно за всех его подчинённых скопом. — Нефиг было соваться, куда ни попадя!

— Не, ну а как иначе-то⁈ — удивлённо развёл руками мой приятель. — Без разведки же нельзя! Вот мы её и… это самое… осуществляли, во! Кто ж знал, что у них тут база⁈ На ней же не написано! Ведь не написано, а, Проф?

— Если ты про карту в «предбаннике», то нет, — подтвердил я. — Вообще никаких опознавательных знаков. Точка выхода и точка выхода. В смысле, хаб следующего уровня.

— Чё, реально ничем не отличается? — озадачился, наконец, Вова.

— Так в том-то и хрень! — горячо заверил я. — По виду — такой же точно хаб!

— А ты как, вообще, определил? Ну, что это… он самый? — продолжил допытываться напарничек.

— Это ты, конечно, вовремя! — хмыкнул я. — Впрочем, лучше поздно, чем никогда. То, что это следующий уровень пирамиды, я понял исключительно по толщине канала. Видимо, она как-то коррелирует с дальностью. Ну а каких-то ещё отличий тупо нет. Или я рассмотреть толком ничего не успел — мы ж сразу начали проверять, что тут да как. Ну и… попали!

— Конкретно попали, — поддакнул Вова. — Не окажись здесь наши, даже и не знаю, чем бы это всё закончилось. Так что реально чудом ушли!

— Ага, по краю! Огородами к Котовскому…

— Ну и чё дальше, Проф? — сменил тему мой партнёр по опасному бизнесу.

— Эти свалили? — уточнил я, подразумевая десантуру.

— Вроде бы, — вгляделся в туннель Вова.

— Значит, не соврал Альберт Сергеич!

— А ты в нём сомневался, что ли?

— Честно? — пытливо уставился я на приятеля. — В нём — ни секунды! Но ведь он, сам понимаешь, здесь не самый главный начальник.

— Чисто формально — однозначно! — фыркнул Вова. — Но реальная власть точно у него. Так что не дрейфь, Проф, как-нибудь прорвёмся! Опять же, на данный момент наши с ним цели совпадают, так что…

— Намекаешь, что надо уважить его просьбу?

— Не намекаю, Олежек. Прямо говорю. Цели совпадают. Смысла идти поперёк — никакого. А преференций заработать можно о-го-го сколько! — закончил напарник мысль. — Уж поверь мне, Профессор, с такими людьми, как подполковник Блохин… ну, или шеф Мюррей… лучше дружить. Или, как минимум, не враждовать.

— Значит, работаем по плану! — заключил я с изрядным облегчением. — Вов, ты, давай-ка, покарауль, а я пока здесь… огляжусь. В смысле, там! — зачем-то ткнул я в полусферический потолок «колпака» пальцем, намекая при этом на «предбанник». Сиречь чисто умозрительную структуру. — Ну и в первую очередь по координатам привяжусь, конечно!

— Так уже же⁈ — удивился Вова.

— В смысле, более крупную карту совмещу с сеткой, — пояснил я. — Спасибо товарищу подполковнику за подгон, иначе даже не знаю, что и делали бы!

— Это да, это он хорошо придумал! — поддержал меня напарник. — Даже странно. Обычно военные такой инфой крайне неохотно делятся.

— Вот как раз этим он меня и купил, — признался я. — Ну, в том числе!

— Да понял я! — отмахнулся Вова. И застыл у дверного проёма, вжавшись спиной в стену, дабы не светиться темным силуэтом на более светлом фоне. — Я покараулю, так-то. Понятно, что Альберт Сергеич своему слову хозяин, но вражескую агентуру в стройных рядах родной армии никто не отменял!

— Действуй, — буркнул я. Расселся в позе лотоса аккурат по центру помещения, и пробурчал себе под нос: — Не знаю, не знаю… после такого-то нервяка как успокоишься!

Спрашиваете, что за нервяк? Так самый натуральный! Сначала стресс от светошумового воздействия, потом от аккуратного, но весьма жёсткого захвата — помните, когда нам скомандовали «руки в гору»? Я в первый момент даже, что называется, едва не обделался лёгким испугом, но потом сообразил, что орут на нас по-русски, что уже хорошо, плюс Вова, не говоря худого слова, пристроил автомат возле собственной ступни и столь же медленно и плавно разлёгся на каменном полу, послушно закинув руки на затылок. И даже шикнул на меня, когда понял, что я излишне затягиваю процесс, сиречь изрядно притормаживаю. Пришлось внять голосу разума (парадоксально, конечно, но Вовиного!) и последовать его примеру. Ну а дальше нам оставалось только ждать — и кого, и чего. Эти самые кто не замедлили явиться в силах тяжких: десантура в количестве аж четырёх рыл, из которых двое контролировали нас с Вовой дистанционно (держа на прицеле до боли знакомых «калашей» фабричного производства), а остальные сноровисто проводили задержание. То бишь избавили нас с напарничком от всего стреляющего, колющего да режущего, ловко заломили нам руки за спины, защёлкнув на запястьях одноразовые пластиковые наручники типа стяжек, да и подняли на ноги — не мудрствуя лукаво, прямо за шкирки. Или, если точнее, за рюкзаки с припасами. Ну и повели, как пленных немцев по Красной площади. Благо, пол вслед за нами мыть не стали, потому что это было бы очень унизительно. Да и не соответствовало бы тяжести совершённых преступных деяний, из каковых я за собой если что-то и чувствовал, то исключительно несанкционированное проникновение на запретную территорию. Ну да, мы не в курсе, что она запретная. И что из этого? Незнание закона не освобождает от ответственности, это вам любой юрист-первокурсник скажет.

Вова, что характерно, помалкивал. Да и команды служивых выполнял беспрекословно, поэтому я тоже счёл за благо не выпендриваться и плыть по течению. Ну а что нам ещё оставалось? Мы во владениях военных, причём русских, а значит, что? Да бог его знает, если честно. Но если припомнить предыдущий наш опыт общения с ними, то ничего страшного. Раз сразу в расход не пустили, и даже не побили толком — лёгкие, я бы даже сказал профилактические, тычки стволами в спины не в счёт — то и дальше вряд ли членовредительством займутся. Плюс, что ещё немаловажно, в одном из тех двоих бойцов, что нас, кхм, задерживали, я узнал… того самого типа, который не так уж и давно, во вполне обозримом прошлом, выкорчёвывал вашего покорного слугу из «схрона» на злополучном острове. Том самом, ставшем ареной дьявольских страстей. Да и он меня, походу, выпалил — мне даже показалось, что он кивнул ободряюще, хотя за шлемом особо не разглядишь. Как бы то ни было, от намертво заблокированного «колпака» хаба нас очень быстро увели прочь, даже не завязав глаза. Ну, или не накинув на головы непрозрачные мешки. А значит, что? Правильно! Варианта два: либо от нас скрывать нечего, либо мы никому ничего не разболтаем. По той простой причине, что мертвецы не рассказывают сказок. Да и вообще, не отличаются излишней болтливостью. Последний вариант я отбросил, как не выдерживающий критики, и остался лишь один — скрывать нечего. В чём я и убедился в скором времени, потому что за всю дорогу ничего, кроме голых безликих коридоров, тут и там перегороженных дверями гильотинного типа, мы так и не увидели. Ну а комнатушка, куда нас в конце концов завели, да там и оставили, расковав и велев ждать и не шуметь, вообще оказалась типичнейшей караулкой, не отягощённой излишней обстановкой или хоть какими-то признаками индивидуальности. Не считать же за таковой обшарпанный стол, чью пластиковую столешницу украшали многочисленные грубо нацарапанные зарисовки из гарнизонной жизни, смахивавшие на примитивные комиксы? Вот и я так думаю.

Вова, кстати, выводы мои косвенно подтвердил, совершенно спокойно рассевшись за оным столом на одном из двух пластиковых стульев — типовых, то бишь тоже предельно обезличенных. Такие, если не ошибаюсь, даже в Мэйнпорте штамповали для внутренних нужд.

А вот на меня вдруг нервяк напал, и я принялся слоняться по караулке из конца в конец — туда, сюда, что твой маятник — и мозолить напарничку глаза. Ну и очень быстро добился от него адекватной реакции: