Осень возмездия (ЛП) - Грубер Андреас - Страница 20

— Здесь жила девушка по имени Натали Сукова? — быстро спросил Пуласки, заметив, что русский начинает нервничать.

Микаэла подошла ближе и хотела было протянуть фотографию со вскрытия, но Пуласки отмахнулся. Он сунул руку в карман, медленно вытащил золотой медальон и щёлкнул застёжкой. Неоновый свет упал на снимок Натали.

— Эта девушка у тебя жила?

Взгляд Александры на мгновение прояснился. Губы шевельнулись. Пальцами она ощупала вторую фотографию.

— Дана…

Пуласки услышал, как Микаэла судорожно втянула воздух, но не подпустил её ближе. Чужие лица рядом могли спугнуть Александру.

Та попыталась приподняться.

— Где… Дана?

— Это мы хотели бы узнать у тебя.

Она не ответила.

— Где в последний раз была Натали? — спросил Пуласки.

— Один мужчина… — прошептала Александра. Слова давались ей с трудом. — …её сюда привёз.

Привёз?

— Как он выглядел?

Она покачала головой.

— На такси… — Она скривила рот. — Только раз о нём говорила…

— Что говорила?

Александра качнула головой.

— Не помню… — Она попыталась вытереть слюну, но её так трясло, что пальцы не попадали в губы.

Пуласки достал из кармана пиджака платок и сам утёр ей уголки рта.

— Когда это было?

Александра молчала.

— В воскресенье, — вмешался русский.

Пуласки мельком взглянул на него.

— А что в этом особенного?

— Никогда на такси не ездила. Денег не было.

— Где в последний раз была Дана? — крикнула Микаэла.

— Ушла… — Зрачки Александры закатились, голова откинулась к стене.

— Вам пора, — сказал русский.

— Уже уходим. — Пуласки защёлкнул медальон и поднялся. — А вы займитесь Александрой. Ясно?

— Да.

Микаэла шагнула ближе.

— Где?..

Пуласки схватил её за плечо и оттолкнул назад.

— Бесполезно, — прошипел он. — Берите чемодан и спускайтесь.

Микаэла потянулась к пистолету у него за поясом, но он оказался быстрее и перехватил её руку.

— Ждите меня у входа! — И отпустил.

Микаэла развернулась, подхватила чемодан и пошла к двери.

Когда Пуласки услышал, как она спускается по лестнице, повернулся к русскому:

— Этого мужчину вы тоже видели?

Тот покачал головой.

— Только такси.

— В соседнем доме знаете парня по имени Алекс?

— А что?

— Просто любопытно.

— Шастает тут, ворует. Бывает, ловлю его, тогда… — Русский сжал кулак.

Так вот как Алекс прибрал к рукам вещи Натали.

— Где Александра берёт наркотики? — спросил Пуласки.

— Не твоё…

Пуласки выхватил из кобуры пистолет, передёрнул затвор и навёл ствол на коленную чашечку русского.

Тот отступил на шаг.

— Выстрелишь — живым отсюда не уйдёшь!

Свободной рукой Пуласки достал служебный жетон.

— Один мой звонок — и сюда явятся коллеги и перевернут весь дом вверх дном. Так что?

Русский помедлил.

— У одного иранца. Арман зовут. Больше ничего не знаю.

— Откуда у девчонок деньги на дозу?

— Не знаю.

Прозвучало честно.

— Хорошо.

Пуласки вышел из комнаты, спустился по лестнице, но пистолет в кобуру убрал, лишь когда шагнул под арку ворот и оказался на улице. Огляделся.

Чёрт!

Микаэлы и след простыл.

ГЛАВА 14

После визита к старшему прокурору Эвелин повела нового клиента в ближайший ресторан на венском Опернринге — обсудить дальнейшие сроки и тариф, в который Константину предстояло уложиться. Тот воспринял всё со спокойным достоинством.

Распрощавшись с ним, Эвелин задержалась за столиком, заказала «Апероль шприц» и, вставив наушники, прослушала запись из кабинета Островского. Затем ещё раз прокрутила в голове их разговор с глазу на глаз и набросала несколько заметок в телефоне. Час был уже поздний. Она расплатилась и поехала домой.

Отпирая дверь квартиры, она не особенно старалась не шуметь: возвращения Патрика из Германии она сегодня не ждала.

Однако, скидывая в прихожей пальто и туфли, она услышала музыку из гостиной. Сквозь щель в двери падал свет. Да и Бонни с Клайдом почему-то не примчались, как обычно, тереться о её ноги и выпрашивать полуночное угощение.

Она вошла в гостиную. Патрик сидел на диване, забросив ноги на подушку, брошенную на стеклянный стол, держал на коленях ноутбук и обрабатывал какие-то фотографии. Чемодан на колёсиках стоял у двери в спальню.

— Привет, мой большой друг. — Она наклонилась и поцеловала его. — Как съездил?

— Привет. Спасибо, нормально. — Обязательного эскимосского поцелуя не последовало.

Она сразу почувствовала: настроение у него не из лучших.

— Это снимки по твоему делу?

— Да, — буркнул он.

— Сколько у тебя сейчас заказов?

— Один.

— Я думала, ты вернёшься позже.

Он покачал головой.

— На сегодня всё. А я думал, ты придёшь раньше.

— Прокуратура взяла в деле Константина приличный темп. Пришлось задержаться, кое-что прояснить.

Патрик поверх очков для чтения взглянул на настенные часы.

— В такое-то время?

На нём были синие тренировочные штаны и облегающая чёрная рубашка с короткими рукавами — в этом наряде он смотрелся как модель из рекламы лосьона после бритья. Часы лежали на столе рядом со стаканом горячего молока, в которое он, по обыкновению, размешал мёд. Он называл свой напиток «Тигриным молоком» на сон грядущий.

Рядом с ним, мурлыча и тесно прижавшись друг к другу, лежали Бонни и Клайд. Оба демонстративно её не замечали. Ну и сплочённая травля.

— С каких это пор тебя раздражает, что я задерживаюсь?

— Задерживаешься? — переспросил он и снова покосился на часы. — Значит, ты всё-таки взяла Константина, хотя я… ладно, неважно. И от тебя пахнет алкоголем. Ты что, за рулём была?

Она в полнейшем недоумении застыла посреди комнаты.

— С каких это пор мне нельзя выпить?

Времена, когда она жевала жвачку перед тем, как переступить порог дома, лишь бы родители не уловили запах спиртного, остались позади ещё в её семнадцать. По крайней мере, ей так казалось.

Патрик не ответил — лишь упёрся взглядом в экран.

— Ну же, что тебя на самом деле гложет? — Она подсела к нему на диван.

Он молча захлопнул ноутбук. Губы сжались в тонкую полоску.

— Хорошо, ты считаешь, что Константин изнасиловал женщину и совершил убийство, — сказала она. — Я в это не верю. Вместе мы докопаемся до правды, договорились?

Она запустила пальцы в его длинные волнистые чёрные волосы, у висков уже тронутые сединой.

— У тебя ведь хорошие связи с детективными агентствами в Восточной Европе. Я хочу снова нанять тебя по делу Константина — проверить его алиби на предполагаемое время преступления. Чтобы у меня было хоть что-то на руках, если дойдёт до суда.

Обычно Патрик набрасывался на любое поручение, как изголодавшийся бродячий пёс на сочную баранью ногу. Во-первых, работы для частных детективов в Вене было не так уж много. Во-вторых, дела Эвелин разнообразили его привычные скучные слежки. В-третьих, его гонорары она могла списывать с налогов. До сих пор они сработались как одна команда — но не сегодня.

Патрик с сожалением посмотрел на неё.

— Я не могу взяться за это.

Она шутливо ткнула его кулаком в плечо.

— Брось! Накинуть тебе на командировочные?

В таких случаях он обыкновенно набрасывался на неё в ответ, и они принимались возиться на полу, а Бонни с Клайдом испуганно вскакивали.

— Что стряслось? — Она рассмеялась — и тут же осеклась. — Ты ведь не ревнуешь меня к этому скользкому, как угорь, врачу? К накачанному плейбою в кризисе среднего возраста?

— К нему? Уж точно нет. Я отказываюсь по другой причине. Конфликт совести.

Она нахмурилась.

— Ладно, предполагаемое изнасилование — штука невесёлая, но помилуй! С каких это пор ты такой…

— Эвелин, — перебил он. — Когда три месяца назад полиция прекратила поиски Карлы, её родители наняли меня, чтобы я её нашёл. Я подключил коллег в Восточной Европе. Никакого результата! Не нашлось даже неопознанного трупа, чьё описание подошло бы под Карлу.