Боярский сын. Дружинник Часть вторая (СИ) - Калинин Алексей - Страница 44

Я переоделся в удобный костюм с вышитым пламенем на галунах, всё-таки я ещё был частью рода Ярославских и имел право носить даже наш герб. Гордей подогнал машину, и мы выехали в сторону элитного поселка, где располагалось поместье Морозовых.

Особняк Морозовых встретил меня огнями и идеальной чистотой. На сей раз охрана выпрямилась при нашем приближении, даже отдали честь, когда мы проехали на территорию. Ну что же, хоть это нормально.

Морозов-старший, Кирилл Михайлович, встретил меня в холле. Он поприветствовал меня тепло, почти как родного сына, крепко пожал руку, похлопал по плечу.

Мишка Морозов тоже спустился по лестнице, перепрыгивая через ступеньку:

— Здарова, Елисей! — он радостно оскалился и по-братски, по-пацански обнял меня, с размаху ударив кулаком в плечо. — Слышал, вы там на Севере знатную заварушку устроили? Весь бомонд только об этом и гудит!

— Здарова, Михаил, — я ответил ему таким же ударом, от которого Морозов чуть покачнулся. А пусть знает наших. — Было дело. Замерзли немного, вот и решили погреться.

Кирилл Михайлович пригласил нас пройти к нему в кабинет.

Когда мы вошли, Морозов-старший сел за свой массивный стол, указал мне на кресло напротив, а затем перевел взгляд на Михаила.

— Елисей Святославович, — обратился он ко мне с легкой полуулыбкой. — У нас предстоит серьезный разговор. Касающийся бизнеса и политики. Возможно, Михаилу стоит нас оставить?

Я посмотрел на друга, который уже навострил уши, а затем твердо ответил:

— Никак нет, Кирилл Михайлович. Так как Михаил — полноправный наследник рода Морозовых, то ему надо уже сейчас вникать во все дела. А так как он мой лучший друг и боевой товарищ, то у меня от него никаких секретов нет и быть не может.

Лицо Мишки просветлело. Морозов-старший одобрительно кивнул:

— Хорошо. Это слова не мальчика, но мужа. В таком случае, пускай Михаил остается. Присаживайся, сын.

Мы устроились в удобных кожаных креслах. Лакей бесшумно принес поднос с чаем и легкими закусками.

— Итак, Елисей, — начал Кирилл Михайлович, сцепив пальцы в замок. — Начну с хороших новостей. Его Императорское Величество с полнейшим восторгом принял нашу общую разработку. «Боевое зелье» прошло все клинические испытания. Сейчас лаборатории моего рода работают, не покладая рук, в три смены. Мы синтезируем эликсир и поставляем его напрямую Императорским войскам и гвардии. Это колоссальный прорыв в медицине и усилении бойцов. Наши акции взлетели до небес.

— Это радует, — кивнул я, отпивая горячий чай. — Деньги нам сейчас нужны как никогда. Потому что плохая новость заключается в том, что атаки на Рубеж стали более жестокими.

Я поставил чашку на блюдце и в деталях рассказал им о том, что произошло на Кольском полуострове. О том, как мы высадились в метель, как открылся Прорыв, и как из него полезли Ледяные Гончие и Хладовеи. Я не стал скрывать подробности о Курганном Мертвяке и о том, как погиб Ласковатый.

Но главное, на чем я сделал акцент — это Чернобай.

— Появился новый игрок, Кирилл Михайлович, — произнес я. — Мальчишка лет десяти. С абсолютно черными глазами, без белков. Он обладает невероятной ментальной силой. Он читает страхи людей, манипулирует ими и, что самое страшное, он может создавать Высших тварей. Я хочу, чтобы Морозовы были предупреждены. Этот выродок опасен как для нас, так и для всех остальных аристократов.

Морозов-старший нахмурился:

— Да… Я уже слышал от твоего отца, Святослава Васильевича, про этого Чернобая. Скажу тебе больше, Елисей: Императорская Служба Безопасности сейчас стоит на ушах. Они проверяют детей около десяти лет. Всех, кто так или иначе вхож во дворцы, кто учится в элитных гимназиях, кто живет рядом с высокопоставленными чиновниками. ИСБ пробивает каждого. Паранойя достигла такого уровня, что детей проверяют на магический фон по три раза на дню.

— И правильно делают, — буркнул Мишка. — Если эта тварь может прикинуться ребенком, то она может подобраться к кому угодно.

— Верно, — согласился я. — Кстати, что там с поставщиками? Мой отец говорил, что некоторые партнеры отвернулись от рода Ярославских, когда начались перебои с северной рудой.

Кирилл Михайлович усмехнулся:

— О, об этом можешь не беспокоиться. Как только по столице разнесся слух о том, что Ярославские лично, силами главы рода и наследника, закрыли Прорыв на Севере… Как только стало известно, что Ласковатый был жертвой шантажа Опасных земель, а не просто перебежчиком… Все те, кто посмел волноваться или кто захотел отвернуться, уже вернулись. Они чуть ли не приползли на коленях… Никто не хочет, чтобы ИСБ заподозрила их в сговоре с тварями из-за Рубежа. Одно дело, когда идёт бизнес-конкуренция, и совсем другое, когда может случиться измена человечеству. Так что авторитет Ярославских сейчас непоколебим.

— Я рад это слышать, — честно ответил я. — Мы никогда не предавали Императора и всегда были на стороне Империи. А так как мы являемся одним из основных поставщиков оружия и брони, то именно на нас сейчас и нацелена вся ярость сил Опасных земель. Нам пытаются перерезать экономические артерии. Поэтому, Кирилл Михайлович, мы будем подвергаться атакам и дальше. И нам нужна будет ваша поддержка.

— Вы можете на нее рассчитывать, Елисей, — твердо ответил глава рода Морозовых. — Наши возможности и наши люди всегда к вашим услугам. Союз Ярославских и Морозовых сейас крепок как никогда.

Я поблагодарил его легким кивком. Разговор протекал в правильном русле. Мы обсудили еще несколько деталей логистики и распределения прибыли от продаж эликсира. Он намекнул, что неплохо бы ещё процентик накинуть за перевозки. Я намекнул в ответ, что неплохо бы процентик в качестве премии перечислить одному молодому человеку за верность и преданность одному дружелюбному роду. Мы поулыбались друг другу.

И тут Морозов-старший, чуть прищурившись, вперил в меня пронизывающий взгляд. Он подался вперед, опершись локтями о стол.

— Елисей… — его голос понизился. — А скажите мне. Учитывая ваш… скажем так, уникальный талант находить эликсиры. Нет ли в запасе еще каких-нибудь интересных рецептов?

Я почувствовал, как внутри меня встрепенулся старый ведарь. О, рецептов у меня было предостаточно. В моем прошлом мире мы варили такие отвары, от которых у обычного человека глаза бы на лоб вылезли. Зелья ночного зрения, мази для мгновенной свертываемости крови, порошки, скрывающие запах от хищников…

Я сделал вид, что задумался. Покрутил в руках чашку с чаем, затем посмотрел на Морозова и чуть заметно улыбнулся.

— Возможно, Кирилл Михайлович. Возможно, если я покопаюсь в старых бестиариях и проведу пару экспериментов с живицей, я и найду какие-нибудь рецепты, которые пригодятся нам в дальнейшей войне.

Глаза Морозова-старшего алчно блеснули. Ох, старый лис! Хоть и пытается скрыть свою радость, но всё равно не до конца получается. Для него мои зелья могут открыть новые рынки, новые контракты и получить ещё большую власть и влияние.

— В таком случае, Елисей Святославович, — произнес он, поднимая чашку в качестве тоста, — я буду только рад предоставить свою лучшую лабораторию для любых ваших опытов, анализов и синтезов. Лучшее оборудование, лучшие алхимики — всё будет в вашем распоряжении.

— Я всегда рад работать с Морозовыми, — ответил я, чокаясь с ним своей чашкой.

— И знаете, я даже поставлю на вашу победу на Командной дуэли, — сказал он. — Мне кажется, что вы сможете надрать задницу Долгополому и его команде.

— Пап, только не надо ставить на первое испытание, — подал голос Михаил.

Мне не понравилась эта фраза. Да и виноватый вид Михаила тоже не понравился. Что-то тут не так.

— Чего это не стоит? — спросил Кирилл Михайлович.

— Да вроде как первое испытание… Нет, я не сомневаюсь, что мы победим, но вот первый блин может пойти комом, — пожал плечами Мишка.

— А может это не блин вовсе будет виноват, а составляющие этого блина? — спросил я. — Ну, может муки мало или масла не добавили?