Путь Строителя 11 (СИ) - Ковтунов Алексей - Страница 42

Помимо волчьих попалась пара кошачьих клыков, эти куда реже встречаются, зато свойства у них оказались на порядок интереснее, анализ показал отменную проводимость и парализующие свойства. Отложил их отдельно, с ними надо будет поработать вдумчиво.

И еще один прямой ровный коготь привлек внимание, будто его специально выточили на токарном станке, без единого намека на кривизну. Понятия не имею, какому зверю принадлежал и чем он таким когтистым занимался при жизни, что получилась подобная форма. Возможно, это вообще фрагмент чего-то крупного, обломок рога или шипа, а я по неопытности обознался. Можно было проанализировать, но к тому моменту Основа уже достигла критических отметок, потому решил пока сэкономить и остаться в неведении.

Понятно, что собирали все эти ценности в спешке и далеко не компетентные люди. Когда охотник в лесу подстрелит особого зверя, он его разделает не торопясь, аккуратно достанет все, что можно сбыть хоть за какую-нибудь монету, а то, что продать нельзя, все равно притащит домой и подумает, как довести до товарного вида. А тут другая история, горы туш и приказ выковыривать все что получится. Деревенские рубили рога топорами, выдергивали зубы щипцами, и было не до ювелирной точности, главное побольше и побыстрее, пока сил хватает.

С сортировкой тоже не сложилось, просто скидали все в одну кучу и на этом успокоились. Хотя может самое ценное уже давно разобрали и бережно упаковали куда следует, а мне достались посредственные образцы, от которых даже охотники нос воротят. И это ведь не единственный склад, есть как минимум место, куда сложили уцелевшие шкуры, также наверняка Эдвин урвал себе что-нибудь полезное для зельеварения. Я ведь строитель, мне особо ничего не докладывают, пригласили сюда, я пришел и пользуюсь.

Хотя, если задуматься, может все это и есть добыча с тех зверей, к которым я лично приложил руку. Медведоеда прикончил сам, лосей из баллист постреляли, олени тоже пострадали от моих стараний. Зубы волков-скакунов и вовсе на моей совести, шиполистовая дорожка устроила им радушный прием, после которого только зубы у бедолаг и уцелели.

Ладно, надо будет потом передать старосте, что на продажу городским торговцам можно отправлять разве что останки гнилохода, от которых толку ноль, а я это уже проверил лично и убедился окончательно. Всё остальное должно остаться здесь, тут особо без вариантов.

Ну и на самом деле, даже если продавать, то как я уже прикидывал, не сырьем, а готовыми изделиями. Потрачу время, но вместо того чтобы отдать зуб за серебряк и перо врана за ту же сумму, лучше предложить торговцу готовую к использованию рунную стрелу, и пусть выкладывает золотой. В ценах я пока разбираюсь слабо, но оружие дешево стоить не может, а уж особое и подавно.

В любом случае покупатель на такое найдется, какой-нибудь толстосум с удовольствием будет щеголять колчаном набитым невероятными стрелами, а я не гордый, мне и мешочка золота хватит, чтоб расплатиться с работягами за очередной объект.

Итого, наконечники считай готовы, и они по свойствам даже лучше металлических, оперение с врановых перьев тоже есть, только бери да сажай на клей. Которого, к слову, почти не осталось, но сварить дело часа от силы, котелок у Ольда возьму, он обещал поделиться. Собственно, можно к нему и направиться, отщипнуть лиственницы, сесть строгать, и к вечеру первые древки будут на руках.

Вот только лиственница не дает мне покоя уже который час. Не для древков она, и то что она лежит в мастерской еще не значит, что можно так бездумно пускать ее на все подряд. Упругая, насыщенная Основой, с вместимостью, которой ни один стрелочник и близко не покажет, и именно эти свойства делают ее незаменимой для механизмов и оружия.

Та же ось водяного привода из лиственницы будет работать годами без замены, а стрелы из нее расходуются за один бой и теряются безвозвратно. Нет, лучше наделать из нее детали посерьезнее, а на древки найти что-нибудь другое.

Обычный стрелочник Вельта не устроит, нам нужны стрелы, от которых даже такой искушенный лучник потеряет дар речи. Одного оперения и наконечника для его бесконечного экстаза может не хватить, нужно чтобы и древко было насыщено Основой.

Собрал все добро в ведро, поднялся, отряхнул штаны и вышел из склада, минуя ухмылки стражников у входа.

— Уже уходишь? — один из них приподнял бровь. — А я думал, ты там жить остался, даже соломы хотели принести.

Нет, все-таки подколок избежать не удалось. Им тут что, делать нечего что ли, будто только и ждут над кем несмешно пошутить. Хотя о чем это я… У них ведь действительно единственная задача это стоять и смотреть. Ладно, сочувствую им, а вот мне просто стоять не выйдет, так что пошел сразу… Нет, не к Ольду опять, до него ноги никак не донесут, хоть ты тресни. Развернулся и бодрой походкой направился к дому старосты, карту посмотреть и ознакомиться что там нового.

Ну а что, Вельт во всю занимается выделкой шкуры для пчелиного костюма, материал будет готов только завтра, и торопить его бесполезно, кожа есть кожа, быстрее не прокоптится. Сурик загрузил големовый кирпич в обжиговые ямы, и теперь остается ждать, пока он там прокалится как следует, лезть и проверять каждые полчаса тоже не дело, только холодный воздух впускать.

Спешить мне, получается, некуда, и к тому моменту, когда Вельт закончит со шкурой, я уже предоставлю ему пару-тройку готовых стрел. Сделаю-то больше, конечно, но ему об этом знать незачем. Мне нужна твердая валюта для подкупа одного из самых эффективных охотников деревни, и в этом деле создавать искусственный дефицит не просто полезно, а необходимо.

Выход из деревни открыт, можно спокойно гулять по окрестностям, главное топор с собой прихватить и держать его под рукой. Ну а раз все складывается удачно, можно и на карту заглянуть, тем более что она постепенно пополняется, а каждый новый значок на ней потенциально стоит десятка бессонных ночей, если я вовремя пойму, что он обозначает.

Подошел к дому старосты, встал перед дощатой стеной… Карта с последнего раза прибавила в деталях, и среди прочего бросился в глаза аккуратный кружок в лесной части, от которого пунктиром прочерчен маршрут.

Железная роща, в которой нашли никелевое железо, теперь отмечена отдельно. Туда, если верить линии, лучше идти не напрямую через лес, а вдоль реки против течения. По нашей стороне берег высокий и твердый, удобный для ходьбы, а с другой стороны начинаются болота, там быстро не пройдешь.

Большая часть пути получается не по лесу, а по открытой местности, и только последняя треть уходит в чащу, а река в том месте сворачивает к холмам и горам. Надо будет самому как-нибудь пройтись, интересно же посмотреть, что там и как. Впрочем, и без меня добыча клубней начнется, кузнецы со старосты не слезут, пока тот это дело не организует. Особенно если я намекну им, насколько хорош этот сплав.

Так, нужно что-то ровное, насыщенное Основой, и при этом не настолько ценное, чтобы жалко было пускать на расходный материал. Стрелочник подходит идеально по всем пунктам кроме одного, это мы уже давно поняли и от того вдвойне обиднее. А вот что-то незнакомое на карте мне прежде не попадалось, вернее глаз и раньше за этот значок цеплялся, но я не обращал внимания, а сейчас, когда в голове сидит конкретная задача, каждая мелочь начинает играть по-другому.

Чуть повыше и левее маршрута к роще, нарисованы какие-то палочки. Тонкие, прямые, без листьев и веток. Поискал сноску в углу карты, но у Герды пока руки не дошли все подписать, и обозначение осталось без пояснения.

— Палочки-то? — отозвалась баба Аля с лавочки, и голос у нее был такой, будто она ждала этого вопроса с самого утра. — Так это ж Бухляк, дурень ты! — хохотнула она и хлопнула себя по коленям.

— Бухляк, — повторил я, прикидывая, с чем это может быть связано. — Что-то вроде сахарного тростника? Не подходит, мне нужно твердое и прямое, а не полое и мягкое.

— Сам ты тростник! — возмутилась бабка. — Бухляк это, говорю же. Палочник, иными словами.