Мастер Рун. Книга 9 (СИ) - Сластин Артем - Страница 16

Стражник, крупный мужчина с рябым лицом и усталыми глазами, пролистал документы быстро, но внимательно. Задержался на жетоне Гильдии, повертел его, проверил рунную метку, кивнул.

— Цель визита, мастер Тун Мин?

— Торговые и гильдейские дела. Открытие временной мастерской, продажа артефактов, консультации с филиалом Гильдии рунных дел.

— Духовный зверь?

— Мой. — Я кивнул на Бабая, который сидел у меня на руках и с интересом разглядывал стражника, скрывать его было нельзя. — Байшоу, молодой. Послушный, не опасен. Он так же одна из причин посещения города, я еду на приём к достопочтенному мастеру Юнь А, чтобы помочь вылечить зверя, он не растёт.

Стражник покосился на щенка. Бабай посмотрел на стражника. Стражник решил, что вопросов больше нет.

— Добро пожаловать в Тяньчжэнь, мастер. Оружие будете носить при себе?

— Я владею копьем, не вижу смысла с ним ходить по городу, но есть еще ножи и меч. — я показал оружие и получил на копье и меч круглые жетоны, без номеров, но с дыркой и веревкой. На них стражник поставил печать.

— Хорошо. — он протянул мне разрешение на проход в город. — Разрешение на ношение оружия действует в пределах всех островов, кроме Первого. На Первый остров вход только по особому пропуску. Правила города написаны на стене справа от ворот. Нарушение карается штрафом, повторное, высылкой. Лошадей и повозку на третий причал, оттуда по мосту на Седьмой остров, гостиные дворы. Приятного пребывания.

— Благодарю.

Я прошёл через арку ворот, и Тяньчжэнь поглотил меня.

Инь Син, понятное дело, прошёл ворота вместе со мной, прячась в моей тени. Стража его не видела. Детекторы не засекли. Никто, ни единая живая или неживая система безопасности не заметила, что за рунным мастером шестого класса, с щенком и повозкой, прошёл практик средней стадии закалки кожи, объявленный в розыск в соседнем городе.

Нужно это исправить. Несправедливо, когда у одного человека есть такой чит. А ведь он скорее всего не один такой. А ведь как наёмный убийца — это идеальная способность.

Это было страшно. Не за себя, а вообще. Если техника Инь Сина работала так безупречно, сколько ещё таких теней бродило по городам, невидимых и незамеченных? Не может же быть он уникальным. Я подавил эту мысль и сосредоточился на том, чтобы не потеряться в толпе вместе с повозкой.

Седьмой остров, куда меня направили, оказался торговым районом. Не самым богатым, но и не трущобами. Крепкие каменные дома в два-три этажа, мощёные улицы, фонари на каждом углу, лавки и мастерские на первых этажах, жильё наверху. По улицам текла толпа, не такая густая, как у ворот, но всё равно впечатляющая. Но в отличие от Шэньлуна, тут практически не пахло, всё же ветер на островах давал свежий воздух, вынося запахи города подальше.

Гостиный двор я нашёл через час, потратив половину этого времени на то, чтобы понять, как здесь устроена навигация. В Шэньлуне было просто, ярусы, сектора, номера. Здесь же острова, мосты, кварталы, переулки, и каждый второй прохожий, которого я спрашивал дорогу, давал направление, которое противоречило предыдущему. Карта города, купленная за пять медных монет у мальчишки на мосту, оказалась подделкой, один из мостов, обозначенных на ней, снесли и строили заново чуть в стороне.

«Золотая цапля» — так назывался гостиный двор, в который я в итоге заселился. Двухэтажное здание с внутренним двором, конюшней, собственным колодцем и небольшим садом, в котором росло кривое вишнёвое дерево, цветущее, хотя весна уже перешла в начало лета. Хозяйка, полная женщина с громким голосом и цепким взглядом, осмотрела мои документы, повозку, щенка и меня самого, в этом порядке, и назначила цену.

— Серебряная в сутки, — сказала она, — комната на втором этаже, окнами на двор. Конюшня и корм для лошадей отдельно, десять медных. Питание отдельно. Духовный зверь, если нагадит на ковёр, штраф половина серебрушки.

— Бабай не гадит на ковры, — сказал я с достоинством, оплачивая на неделю вперед.

— Все так говорят, — парировала хозяйка. — А потом ковры менять.

Комната оказалась маленькой, но чистой. Вместо привычной циновки на полу и низкого столика, здесь была настоящая кровать с настоящим матрасом, стол, табурет, умывальник с бронзовым тазом и застеклённое окно. Я свалил рюкзак в угол, посадил Бабая на кровать, и только тогда позволил себе выдохнуть.

Первая часть моей задачи выполнена. Я попал в город. Дальнейших планов у меня особо не было, особенно на вечер. Выспаться, разобраться с картой, вдруг всё-таки не подделка, добраться до гильдии рунных мастеров и пообщаться с ними. Посетить гильдейскую библиотеку, получить разрешение на производство рунных изделий и, собственно, с ними всё. Затем найти торговое представительство Чжан Вэя, которое предоставит мне место для работы и можно запускаться.

Работать я тут планировал по-настоящему. Как мне рассказал сам пухлый торговец, Тяньчжэнь был основным покупателем моих ветродуек, и то часть из них уходила за моря, в неведанные торговцу страны. Знал он об этом, потому что беловолосые капитаны, плавающие на длинных хищных кораблях, забирали весь его товар сразу по приходу каравана, и приходилось с боем отстаивать уже заказанные и отложенные постоянным клиентам артефакты.

А моя задача была простой. Создать здесь рабочее производство, получить пару учеников из гильдии, или своими силами найти работников, и дать торгашу возможность продавать от пятидесяти ветродуек в месяц, что обещало лично мне солидные деньги. Он брал на себя все расходы полностью, ну а я, соответственно, после обеспечения постоянного производства, был свободен. И на самом деле мог бросить все дела, купить себе какую-нибудь землю с деревенькой и жить припеваючи, получая почти тысячу серебра в месяц совершенно не напрягаясь.

Идеально. Если бы не драные сектанты и мой напарник.

Который, к слову, не появился, что скорее всего означало, что он уже ушуршал по своим теневым делам. Сегодня я решил не шиковать, а доесть остатки походной снеди, а также дописать дневник, который я завел себе неделю назад. Туда я записывал разные мысли, не связанные с рунами и моей жизнью, так, взгляды на города, путешествия, жизнь и всё вокруг. А затем, после медитации и прекрасного сна на новом месте, где я умудрился выспаться, начать наконец новые дела.

Бабай сидел на подоконнике, прижавшись носом к стеклу, и через нашу связь транслировал такой поток впечатлений, что у меня голова закружилась. Птицы-рыба-вода-птицы-странный-запах-хочу-молоко. Всё одновременно.

— Потерпи, — сказал я, вставая. Тело после сна на настоящем матрасе чувствовало себя непривычно хорошо. Всё же зря я экономил на удобствах в Шэньлуне. — Сначала дела, потом молоко.

Спустившись во двор, я обнаружил, что хозяйка «Золотой цапли» уже вовсю командовала кухней. Завтрак стоил пятнадцать медных монет и включал в себя рис с рыбой, маринованные овощи, пресную лепёшку и чай. Рыба была речная, свежая, и после нескольких дней дорожных сосисок и деревенской каши показалась мне пиром. Бабай получил своё молоко, тёплое, в глиняной плошке, и затих, сосредоточившись на единственном деле, которое считал по-настоящему важным.

— Хозяйка, — спросил я, как получилось отвлечься от еды, — Гильдия рунных дел, она на каком острове?

— Четвёртый, — ответила та, не оборачиваясь от плиты. — Мост Трёх Арок с нашего берега, потом через Пятый по улице Медников, и на Четвёртый по Старому мосту. Гильдейский квартал там один, не ошибёшься. Большое такое здание с каменными грифонами у входа. Уродливые, между прочим. Лучше нанять экипаж, быстрее будет.

Что я и сделал, пешком, идти было, наверное, часа два, не меньше. А экипаж, оказавшийся небольшой двухколесной пассажирской тележкой, с одной лошадкой, довез меня гораздо быстрее.

Город при дневном свете был совсем другим. То, что вчера вечером казалось хаосом, оказалось хаосом упорядоченным. У каждого переулка было название, выбитое на угловом камне, правда половина камней заросла мхом или была залеплена объявлениями. Мосты пронумерованы, и номера даже совпадали с моей подделочной картой, что уже радовало. Значит это я ошибся.