Главный Инженер. Трилогия (СИ) - Фарг Вадим - Страница 72

– Хорошо, – кивнул я. – Тогда правило первое, никто ничего не трогает. Вообще ничего. Даже если очень хочется показать, что вы полезные.

– Да, конечно, я всем уже сказал, чтобы стояли и не лезли, – выпалил он.

– Вы им сказали, теперь я скажу.

Я прошёл к крыльцу, и рабочие расступились. Молодой парень открыл было рот, но я посмотрел на него так, что он мигом передумал. Я прошёл в дом и сразу же увидел, как в углу с потолка капает вода в подставленное ведро. На полу лежали полотенца, а по залу бегала домработница. Где‑то в глубине противно пищала сигнализация.

Лика стояла посреди холла в светлом домашнем костюме. Даже в такой ситуации, она держалась собранно. Волосы убраны, губы сжаты, правда, лицо было бледным, а в глазах полыхала злость. Дом, вещи и люди вдруг перестали её слушаться, а для Лики это всегда было почти оскорблением.

Она посмотрела на меня сверху вниз. Каблуков на ней не было, но привычка осталась. И да, это вполне возможно, некоторые этому годами обучаются, а кому‑то достается при рождении. Думаю, моя бывшая относилась ко второму типажу.

– Это и есть ваш специалист? – спросила она у Глеба, хотя смотрела на меня.

– Лидия Викторовна, Максим уже выручал нас в ресторане, он понимает автоматику, как родную сестру, я оформил его как внештатного инженера, всё официально, – быстро заговорил Глеб, то и дело вытирая лоб.

– Мы ничего не обсуждали, – холодно сказала она. – Вы просто поставили меня перед фактом, потому что ваши штатные инженеры стоят у щитков и трясутся от страха.

Инженеры у стены сразу сделали вид, что их тут нет. Я поставил кейс на пол и спокойно посмотрел на неё.

– Если хотите обсудить кадровую политику, я могу подождать на улице, – сказал я с легкой иронией в голосе. – Вот только вода не умеет ждать и скорее всего успеет подобраться к вашему гардеробу, если вы решите еще поболтать.

Глеб побледнел ещё сильнее, хотя казалось, что дальше некуда, а вот Лика медленно повернула голову ко мне, но теперь смотрела не столько со злостью, сколько с интересом.

– Вы мне хамите? – спросила женщина.

– Нет, – я покачал головой. – Всего лишь экономлю свое и ваше время. У вас авария, и вам нужен человек, который решит вопрос здесь и сейчас. Поэтому, если я работаю, то я осмотрю дом. Ну а если нет, то уезжаю, работы у меня хватает.

Она ответила не сразу. Я видел, как внутри неё боролись привычка давить людей и понимание, что потолок не станет сухим от её статуса.

– Работайте, – наконец сказала она. – Но я хочу понимать, что вы делаете.

– По мере необходимости объясню, – ответил я и поднял кейс. – Но сначала я должен увидеть, где система врёт.

Я пошёл по холлу без спешки. Конечно же, не в кабинет, никогда нельзя сразу идти к настоящей цели. Сначала нужно осмотреть фронт работы да и люди должны поверить, что перед ними специалист, который может решить проблему.

Проверил угол с протечкой, провел пальцами по стене и посмотрел на шов потолка. Потом прошёл к гостевому санузлу, открыл сервисный люк, посветил фонариком и прислушался. Вода шумела не там, где должна была. Хорошо, мой ночной сценарий работал на все сто.

Глеб шёл рядом и пытался заглянуть мне через плечо.

– Вот тут мы пытались закрыть линию, – говорил он быстро, – она реагирует, но с задержкой, а потом сразу срабатывает другой контур. Я такого не видел, честно. Оно как будто команды путает.

– Не как будто, – сказал я. – А путает.

– Но почему? – удивился тот.

– Потому что система получает противоречивые данные, – спокойно пояснил я, продолжая что‑то там рассматривать, хотя и без того всё было ясно. – Она не понимает, кому верить, и включает защиту. Вопрос не в том, что она делает, а в том, кто ей врёт.

Лика стояла в дверях и следила за мной. Я чувствовал её взгляд спиной. Она не любила людей, которые не суетятся рядом с ней. Раньше я тоже не любил. Потом умер, и отношение к людям стало немного другим.

Я задержался у декоративной решётки, за которой шёл кабельный канал. Там не было ничего важного, но нужно было показать, что я собираю картину.

– Вы уже третий раз смотрите на этот угол, – сказала Лика. – Там проблема?

– Если бы проблема была там, вы бы уже это услышали, – ответил я, не оборачиваясь. – Я смотрю, где система врёт, а где её просто довели.

– Умный дом не врёт, – возразила женщина, вскинув подбородок, будто всё прекрасно знала.

Я повернулся к ней и усмехнулся.

– Врёт, – не согласился я. – Просто его ложь обходится дороже чем простой обман.

Глеб опустил глаза, а Лика сжала губы.

Мы прошли кухню, зимний сад, технический переход. Я задавал короткие вопросы, слушал ответы и делал вид, что часть информации для меня новая. На самом деле дом открывался передо мной как старая схема. Вот здесь я когда‑то спорил с монтажниками из‑за высоты люка. Здесь заставил переносить кабельный стояк. Здесь Лика требовала спрятать решётку, потому что она портила вид. Я тогда сказал, что красота без доступа к инженерии превращает дом в дорогой гроб. Она обиделась, но как оказалось, я был прав, и сегодня гроб протекал.

– Мне нужен один человек рядом, – сказал я у перехода к аварийному узлу. – А не толпа.

– Я останусь, – сразу сказал Глеб.

– Вы останетесь на связи. Рядом будете, когда скажу, – ответил я. – Сейчас лишние люди мешают слышать систему.

– Слышать? – переспросил он и нахмурился.

– Да. Насосы, клапаны, задержки. Если вы будете топтаться за спиной и дышать мне в ухо, я услышу не автоматику, а вашу прокуренные лёгкие.

Один рабочий тихо кашлянул, пряча улыбку. Глеб посмотрел на него, и тот сразу стал серьёзным.

– Хорошо, – сказал Глеб. – Как скажете.

Я подключил адаптер к сервисному порту и открыл диагностику на телефоне. Ошибки там действительно были, просто я знал их причину лучше всех присутствующих.

– Аварийный узел связи у вас не там, где вам показывали, – сказал я через минуту. – Он… где‑то в той стороне.

Я указал вправо, и Лика резко подняла на меня взгляд.

– Но почему там? – удивилась она.

– А почему нет? – тем же тоном переспросил я. – Что у вас там из важного?

– Там… – она несколько замялась. – Там кабинет моего покойного мужа. Вероятно, то, о чём вы говорите, находится там.

– Что ж, логично. Если кто‑то и знал, где должны стоять такие узлы, то человек, который проектировал дом, – со знанием дела сказал я. – Обслуживающим компаниям часто показывают только удобную часть. Не всю.

– Вы хотите сказать, мой муж что‑то скрыл от всех нас?

– Я хочу сказать, что богатые люди редко доверяют весь дом одной кнопке и чужим рукам, – ответил я. – Особенно если у них есть мозги.

Она смотрела на меня слишком долго, но я выдержал этот взгляд, даже бровью не пошевелив.

– Идемте, – сказал я. – Покажете кабинет.

Я шёл по коридору и старался не смотреть по сторонам дольше, чем нужно. Это оказалось сложным делом. Всё‑таки тяжеловато идти по собственному дому чужими ногами и не дать лицу вспомнить прошлую жизнь.

На стене висела картина, которую я покупал на аукционе по совету консультанта, помню он тогда уверял, что она вырастет в цене. К сожалению в цене она не выросла, но зато раздражала всех гостей. У окна стояла ваза, выбранная Ликой. Я тогда сказал, что она похожа на урну для праха павлина. Лика неделю со мной не разговаривала. Хорошая была неделя.

Дверь кабинета открылась, и я вошел первым.

Стол стоял на месте, только моих бумаг уже не было. Не было ручки, фотографии «Орлов‑Плаза» и рабочих папок. Вместо этого лежали чужие документы, планшет и ваза с сухими ветками.

За стеновой панелью был аварийный узел. Чуть левее и глубже, фальш‑панель и сейф. Мой сейф.

– Здесь, – я поставил кейс на стул.

– Что здесь? – Лика остановилась у двери.

– Аварийный узел, – пояснил я. – Скорее всего, отсюда всё можно наладить.

– В этом кабинете ничего такого нет.

– Было бы странно, если бы вам оставили табличку.