Пробуждение Хаоса. Том 4 (СИ) - Янтарный Дмитрий - Страница 37

— Конечно, — кивнул Сареф.

— Замечательно. Что ж, в таком случае — хорошего всем вечера. Особенно вам, мастер Эккиэраш, — Жерар дополнительно кивнул Хрипунцу, — в свете открывшихся способностей то, что вы согласились учить моего сына, делает вам честь. И, обещаю, в час нужды для клана Агруменаш я этого не забуду.

— Хотелось бы верить, — пробурчал Хрипунец, которого вся эта сцена почему-то сильно смутила. И только когда Жерар покинул домик, Теневой Символ повернулся к Сарефу.

— Вот этого я от тебя точно не ожидал, парень, — задумчиво сказал он.

— А что я должен был сказать? — пожал плечами тот, — это была не твоя тюрьма, ты лично не бросал в неё Нину. Красный Папочка — твой сосед, и тебе надо было как-то с ним уживаться. Мне жаль, что моя бабушка столько времени провела в этой тюрьме — но ты в этом был не виноват.

— Ну да, да, — Хрипунец поспешно натянул на морду равнодушное выражение, — просто я уже настолько привык, что у людей стревлоги вечно во всём виноватые, что… ладно, мне тоже пора. К слову, твоего отца я научил всему, чему мог. А теперь — вам двоим, полагаю, есть о чём поговорить.

С этими словами и Хрипунец покинул домик. Орик же, который всё это время тихой мышью просидел в углу, подошёл к нему и спросил:

— Сареф, ты… ты, правда, веришь, что мы можем найти… найти моего Хоруша?

Сареф в ответ вспомнил, что ему на это в первый раз сказал Хрипунец: «У вас больше шансов найти Хоруша в Системе, нежели в Хаосе». Но… он не мог разбивать Орику сердце этими словами… не он, не так, ведь, ещё больше сблизившись с Химом за последнее время, он только острее понимал, какую боль пришлось пережить Орику… Чёртов Хрипунец!

— Не знаю, — тихо ответил Сареф, коснувшись плеча Орика своей могучей рукой, зная, как ободрит и утешит его этот жест, — но мы обязательно попытаемся…

— И с чего же мы начнём?

— Ну… насколько я могу судить, все члены моей команды готовы настолько, насколько это возможно. И ниточка у нас, в общем-то, одна. Предвестник Хаоса. Даже если он не сможет нам помочь — какие-то ответы он всё равно даст. И когда мы их получим — тогда будет видно, что делать дальше…

Глава 2.8

Глава 8.

И вот, наконец, начался заключительный этап подготовки к походу в Приграничье. В связи с чем Хрипунец, который, как ни крути, был главным доступным специалистом по этой области, оказался вынужден давать бесконечное количество консультаций на эту тему. Впрочем… после того, как Жерар Гайранос, даже несмотря на всю информацию о личности Хрипунца, поблагодарил его за обучение Месса и заверил, что готов доверять лично ему, так и иметь дело с кланом Агруменаш в будущем… всё яснее становилось, что недовольство и раздражение Хрипунца были больше напускными, чтобы ему окончательно не сели на шею. Потому что Теневой Символ тоже явно хорошо понимал, в кого Сареф пошёл такой наглый и языкастый.

Первый и главный вопрос, который перед ним стоял, это еда. Разумеется, они наберут с собой сухарей, зерновых лепёшек и сушёных полосок мяса — но всего этого хватит, в лучшем случае, на две недели. А то и меньше… потому что Сареф в облике Хима даже минимальные порции будет потреблять, в лучшем случае, в двойном объёме. Следовательно, возникает закономерный вопрос: чем там можно питаться?

Конечно, с одной стороны, когда Сареф был в Приграничье в самый первый раз, то помнил, что Ледяной Бивень в компании своих более низкоуровневых монстров угощался рыбой. И то, что они предлагали её Сарефу, в общем-то, говорило о том, что монстры были уверены в её безопасности для Жителя Системы. С другой… Бивень мог притащить туда эту рыбу из Системы. Но, опять же… там был целый городок для нейтралов… тому же Мёртвой Голове что-то наливали в стакан, Каменного Слизня угощали каким-то светящимся кормом… да и Безумный Богач, когда разговаривал с Сарефом, тоже пил какое-то вино. Правда, конкретно Богач своим вином Сарефа не угощал, недвусмысленно намекнув на то, что это может быть не безопасно.

Отдельно, разумеется, Сареф на эту тему расспросил Анейраша, потому что тот, пребывая в Приграничье, тоже должен был что-то есть. Вот только толку в том почти не было. Потому что, разумеется, Анейрашу, присутствие которого в Приграничье курировал лично Мёртвый Король воров, он же, как существо, полностью свободное в перемещениях между Системой и Хаосом, постоянно таскал своему подопечному еду.

В итоге ответ Хрипунца на эту тему их огорошил, потому как не дал совершенно никакой конкретики. По его словам, Хаос обострит их инстинкты до такой степени, что они сами будут чувствовать, что для них съедобно, а что — нет. И вполне может статься так, что одна и та же еда в Хаосе может оказаться вкуснятиной для Сарефа, лёгкой закуской, которая едва утолит голод, для Ванды, и совершенно несъедобной, а то и вовсе опасной для жизни мерзостью для всех остальных.

Впрочем, одно исключение было и у Хаоса. По словам Хрипунца, порой там произрастают особые деревья, ствол которых растёт не прямо вверх, а по спирали. На них растут красные плоды, которые по вкусу походят на смесь сгустков крови и перепревшей травы. Сам Хрипунец такие деревья встречал 3 раза в жизни, причём один раз с ним был Кемьяш и ещё кто-то из стревлогов. И все 3 раза это дерево буквально спасало им жизнь, позволяя насытиться и восстановить силы.

— Правда, — добавил тогда Хрипунец, — каждый раз я встречал это дерево в новом месте. И когда я оказывался в этом месте в следующий раз — то от дерева не оставалось и следа. У меня такое ощущение, что оно вырастает на одном месте на несколько дней, а потом уходит под землю — и вырастает в другом…

Вопрос с водой был намного проще. Ванда своими лапами хилереми уже умела сотворять целые куски льда, которые затем могла растапливать своим же пламенем. Поэтому для того, чтобы закрыть вопрос питьевой воды ну и небольшого её количества для того, чтобы хотя бы глаза сполоснуть по утрам, было достаточно одного котелка.

И на этом их приготовления, в общем-то, были окончены. По крайней мере, в части того, что с ними будет происходить, когда они в Приграничье всё-таки окажутся.

Однако не меньше проблем было и в том, чтобы туда попасть. Потому что, Сареф был уверен: для того, чтобы получить возможность хоть как-то двигаться дальше (при этом он не исключал варианта, что ему снова как-то придётся искать и уговаривать Хозяйку Тайных Троп), им в любом случае придётся дойти до Предвестника Хаоса и победить его.

А с этим предстояли свои сложности, потому что подземелье было такое же проблемное, как и с Сиреневым Фениксом, которого хоть как-то начали побеждать только после того, как Сареф провёл на него первый успешный подход. Подземелье же Предвестника, по словам тех немногих, кто рисковал отправиться в этот поход, было лютым. Не сложным, не длинным, не запутанным — а именно лютым. Всего туда осмеливались пойти 4 отряда: три пятёрки стревлогов от клана Агруменаш и ещё 1 раз нейтральные наёмники, среди которых даже был один носитель хилереми. Стревлоги до монстра дойти не сумели: подземелье каждый раз лупило по ним с такой огромной силой и выдавало такие сумасшедшие контрпики, что ящеры просто сдавались и поворачивали назад. Нейтральный отряд людей смог добраться до монстра и даже отбит с ним первую фазу. Вот только… как только Предвестнику сбили здоровье до второй стадии, как монстр просто… испарился.

Наёмники честно искали его дальше, полагая, что следующая фаза может быть в другой пещере, они ждали, но нет… сутки спустя командир группы получил оповещение о том, что подземелье обновляется, и потому им нужно покинуть его, если в их планы не входит оказаться в истощённом состоянии в окружении оравы свежевозрождённых монстров.

Сарефа это всё, разумеется, в некоторой степени напрягало. И даже не столько потому, что он боялся, что ему и его группе не хватит силы. В конце концов, он уже умудрялся побеждать и Василиска Вечности, и Чёрного Молоха. И он с тех пор стал сильнее, а Предвестник, как ни крути — монстр всего лишь 4-го уровня. Нет, дело было в другом. Из своего многочисленного общения с нейтральными монстрами Сареф знал, что они, в большинстве своём, любят походы на себя и любят сражаться с ходоками. Кто-то больше, кто-то меньше, но каждый из них, заступая на эту должность, в принципе, отдаёт себе отчёт в том, на что он подписывается.