Пробуждение Хаоса. Том 4 (СИ) - Янтарный Дмитрий - Страница 19

Сареф едва слышно хмыкнул. Любопытно, что не ему одному пришло это сравнение с лошадью, которую ласково и умело направляют в нужную сторону. Не говоря уже о том, что Хим, который сейчас самым наглым образом лежал в чужой постели и деловито рассуждал, какая хилереми в чём была хороша, выглядел крайне забавно.

— Хотя, конечно, сейчас мне бы хотелось ещё раз встретиться с Аюми… и взять реванш за некоторые нюансы нашей прошлой встречи, — продолжал рассуждать Хим, — а то посмотрите… молоденьких мальчиков ей, видите ли, раскупоривать нравится. Посмотрел бы я, моя дорогая, в каком месте у тебя теперь пробка окажется…

— Боюсь, теперь это невозможно, — покачал головой Сареф, — после того, что вчера случилось между мной и Орзаной, если ты теперь хотя бы посмотришь в сторону Аюми — она нам обоим рожи расцарапает.

— Так, а это совершенно не имеет никакого отношения к вам и Орзане, — пожал плечами Хим, — мы же это с вами ещё в прошлый раз обсуждали, хозяин. Вы просто отпускайте меня на ночь — и всё, вас ни единая моя эмоция за ночь не побеспокоит. Ну и не говоря уже о том, что всё, что происходит по ночам между хилереми — остаётся между хилереми, и хозяевам вмешиваться в эти отношения считается признаком крайне дурного тона. Так что вот то, что я вам сейчас рассказываю, как мне Иноке своим хвостом лапы щекотала — это вот я вам вот так выказываю своё самое большое доверие, на какое только способен, и вы должны это ценить.

Сареф лишь хмыкнул. Не сказать, чтобы его так уж сильно интересовали подробности… однако Хим сейчас представлял собой огромную груду мускулов, которую хлипкая постель, предназначенная для обычного человека, выдерживала с большим трудом и жалобным скрипом. Поэтому посмотреть, как такого гиганта обездвижили для того, чтобы пощекотать ему лапы, было бы, как минимум, забавно… Если вовсе не сказать…

— Хозяин, — сурово заявил Хим, который, разумеется, отслеживал все мысли Сарефа касательно себя, любимого, — я, конечно, разрешил вам в ближайшие пару месяцев называть себя Милым. Однако после того, как я доверил вам настолько личные детали, то я, как мне кажется, мог бы рассчитывать на то, что вы, зная, как мне неприятно подобное определение, не станете лишний использовать его по отношению ко мне.

— О, нет, — фыркнул Сареф, — милым я тебя вижу тогда, когда по тебе бегает маленький Ники, прыгает на твоей голове и дёргает за уши, а ты лежишь, пыхтишь, недовольно сопишь, но терпишь. Потому что — ну куда ты денешься от маленького ребёнка.

— Ну, до чего же у меня противный хозяин, — закатил глаза Хим, — вот обязательно же выцепит самое унизительное воспоминание — и как начнёт издеваться.

— Да при чём тут издевательства? — удивился Сареф, — это же, наоборот, прекрасно. Ты, будучи хилереми с крайне необычной внешностью, производишь на других Жителей Системы такое впечатление, что они готовы доверить себе своих детей. Этим гордиться надо. Даже Эмиль, будучи крайне предвзятым по отношению к хилереми, не устоял перед твоей харизмой.

— Ну да, вроде как надо гордиться, а вы вечно преподнесёте так, что только стыдно становится, — пробурчал Хим, впрочем, пряча гордую улыбку от этой похвалы, — видит Система, за такую вредность работы в качестве вашего хилереми мне подобные вылазки полагаются намного чаще.

— Ладно, переутомившийся наш, — Сареф поднялся с кровати и потянулся, разминая затёкшие мышцы, — пошли на завтрак — и потом надо будет найти Стива с Вандой и поговорить с ними. Потому что уже завтра у нас начнутся тренировки с Недом… и, если вспомнить, что во время тренировок здесь происходило в прошлый раз, можно не сомневаться: ближайшие несколько дней у нас ни на что другое не будет ни сил, ни времени…

Глава 1.12

Глава 12.

— Итак, — важно заговорил Нед, — ты всё же здесь парень. Меня радует твой энтузиазм и желание учиться, однако должен тебя предупредить: техника, которой ты желаешь овладеть — одна из самых сложных, и потому не удивляйся, если у вас первое время не будет получаться.

Прошёл один день. Стив и Ванда во время последней встречи коротко переговорили с Сарефом, но даже он видел, что они больше были увлечены сейчас друг другом. Впрочем, Сарефу оказалось достаточно того, что Ванда донесла наставнику свою потребность в повышении сопротивляемости стихии Хаоса — и тот обещал над этим подумать, в том числе и для Стива.

И вот теперь Сареф и Хим стояли на тренировочной площадке в компании Неда, который, вероятно, успел закончить все свои дела и теперь с азартом смотрел на новоиспечённых учеников. И Сареф не без оснований полагал, что энтузиазм Неда был вызван, не в последнюю очередь, тем, что у него уже давно не было возможности кого-то чему-то учить. В том числе и потому, что возраст неизбежно берёт своё, характер у Неда портится… и потому к более младшим и, в силу возраста, ранимым ученикам его просто не подпускали. А те, кто были постарше, в его уроках, как правило, уже не нуждались.

— Причём сложная эта техника для тебя будет не в силу, собственно, её сложности, — продолжал вещать Нед, который завёл руки за спину и ходил перед ними туда-сюда, — как только ты хотя бы один раз сумеешь это сделать — дальше станет намного проще. Нет, дело несколько в другом. Как думаете, в чём?

Сареф честно задумался над этим вопросом, но ему ничего в голову не шло. Да и что здесь можно было предположить? Любая техника — это ряд действий, который ты осваиваешь некоторое количество времени, зависящее от сложности действий и от твоего желания этой технике научиться. Здесь трудно было предположить что-либо ещё. Зато до правильного ответа очень быстро додумался Хим.

— Возраст, — сказал хилереми, сцепивший перед собой руки и глядя на Неда.

— В точку, — довольно кивнул Нед, — как нетрудно догадаться, подобная техника предполагает, как минимум, временное отречение от своего собственного тела. И, как нетрудно продолжить эту мысль, чем старше тот, кто осваивает такую технику, тем легче она ему даётся. Потому что старое тело — оно имеет свойство изнашиваться, болеть, быстрее истощается и тому подобное. А вот молодое тело — оно совсем не такое. Оно слишком хорошо осознаёт свою молодость и все связанные с этим удовольствия. И от такого тела отречься — пусть даже на время — намного сложнее.

— Какой бы пример здесь можно привести, — продолжал Нед, — возьмём обычный орех, который растёт на дереве. Когда он созрел и упал на землю — то зелёная шкурка, удерживающая плод внутри, снимается легко. А вот если ты сорвёшь с дерева незрелый орех и попытаешься его почистить — то встретишь с её стороны куда большее сопротивление. Тем не менее, как незрелый орех всё ещё можно почистить, так и молодого носителя хилереми можно обучить такой технике. Просто это потребует больше сил.

— Надеюсь, пока всё понятно, — участливо поинтересовался Нед, — если есть какие-либо вопросы — смело спрашивайте. Благо здесь сегодня больше никого нет, после случившегося Адральвез ещё на неделю освободил всех от занятий и тренировок, и все ленивцы клана, естественно, этим воспользовались. Впрочем, ладно, чего уж тут, — пробурчал Нед, — на этот раз уж честно заслужили.

— Вопрос у нас есть, — осторожно сказал Сареф, — но несколько не по теме занятий. Скорее… по последствиям, которые могут наступить.

— Ну, спрашивайте, — великодушно кивнул Нед. Сареф покосился на Хима — и тот кивнул. В конце концов, первым этот вопрос возник у него.

— Скажите, пожалуйста. А ваш хилереми Эгон… он как относится к тому, что вы… ну как бы… на постоянной основе заняли его тело?

Сареф вполне серьёзно ожидал, что Нед от этого вопроса рассердится. Однако нет… Он смотрел на них с большим одобрением и даже некоторой гордостью. Словно ему пришлось очень даже по нраву, что они как вообще додумались до подобного вопроса, так и не побоялись его задать.

— Очень любопытный момент, — наконец, с улыбкой ответил Нед, — полагаю… будет честно позволить Эгону прояснить его самому.