Любовь без обмана (СИ) - Беженарь Дарья - Страница 19

И достала купленную по дороге бутылку красного вишнёвого вина.

Пока ждала заказ, привела себя в порядок. Надела новое платье — нежно‑розовое, с лёгким клёшем. Оно мягко облегало фигуру, придавая образу нежность и женственность. Нанесла макияж: тушь, лёгкий румянец, блеск для губ. В зеркале отразилась девушка, которую я давно не видела — живая, чуть взволнованная, но красивая.

Вспомнила слова Евгения Родионовича о соцсетях. Достала телефон, сфотографировала стол: свечи, блюда. Подписала: «Жду любимого с работы».

Время — 21:00. Арса всё нет. Обычно в это время он давно уже дома.

Волнение нарастало. Решилась позвонить.

— Да, — раздался его голос, холодный и отстранённый.

— Привет… А ты… скоро?

— Эль, переигрываешь. Ты ненастоящая невеста, если что.

— Я в курсе… Я просто хотела… поговорить, извиниться за вчерашнее.

Молчание. Тягучее, неприятное.

— Так тебя не ждать?

— Я буду, когда буду.

— Ладно.

Я положила трубку. Слёзы потекли сами собой. «Какая же я идиотка. На что я рассчитывала?»

Не стала убирать со стола. Взяла на кухне штопор, открыла вино. Первый бокал выпила почти залпом — тепло разлилось по телу, но не успокоило. Второй — медленнее, пытаясь собраться с мыслями.

Потом решила примерить бельё, купленное с Таней. Встала перед зеркалом. Ткань ласкала кожу, линии подчёркивали фигуру. Я повернулась, рассматривая себя.

Включила музыку — плавные ритмы наполнили комнату приглушённым теплом. Я начала медленнотанцевать. Улыбка сама появлялась на губах: взмах волосами, поворот головы… В этот миг ячувствовала себя свободной, лёгкой, почти невесомой. Отдавалась танцу полностью.

Повернув голову, я увидела его. В дверях стоял Арс. Его лицо было непроницаемым, но взгляд — оценивающий, изучающий.

— Ой! — я рванулась к шкафу, накидывая халатик. Ткань скользнула по коже, укрывая меня от его пристального взгляда.

— Ты каждый день теперь так будешь меня встречать? — его голос звучал насмешливо, с едва уловимой издёвкой.

— Как? — я старалась говорить ровно, но голос дрогнул.

— Выпившая и в белье?

— Я просто… Я роллы заказала, креветки, мидии и думала извиниться за вчерашнее, — слова лились торопливо, словно пытаясь опередить его мысли.

— А вино?

— Думала… выпьем за перемирие, — я опустила глаза, боясь увидеть в его взгляде то, чего не хотела видеть.

— Ты пытаешься меня соблазнить? Эль, зачем? — в его голосе смешались недоверие и лёгкая усмешка.

— Нет! Нет! Ничего такого. Я просто… Это бельё я сегодня купила в магазине. Просто померить решила. Тебя же не было, — я говорила быстро, пытаясь оправдаться, но понимала, что каждое слово звучит неубедительно.

— Зачем тебе такое бельё? Парня у тебя нет? Соблазнять ты меня не собираешься? — он шагнул ближе, его голос стал тише, но от этого ещё более напряжённым.

— Я… я… — я запнулась, не зная, что сказать. Слова застряли в горле, а сердце колотилось так громко, что, казалось, он мог услышать его стук.

Арсений подошёл вплотную, поставил руки по обе стороны от меня. Я вжалась в стену, чувствуя, как холод поверхности контрастирует с жаром, разливающимся по телу. Его близость пугала и одновременно будоражила.

Он приблизился ещё ближе.

— Ты этого хочешь? Чтобы я тебя трогал своими грязными руками… — его пальцы скользнули по моей талии, оставляя за собой след из мурашек.

— Грязными губами… — прошептал он, проводя губами по моей щеке, скулам, спускаясь к шее. Его дыхание обжигало кожу, заставляя каждый нерв напрячься.

— Потом ведь придётся просить Авидзбу, чтобы он тебя пристрелил? — его шёпот звучал почти игриво, но в нём таилась угроза, которую я не могла игнорировать.

— Арс. Не надо… Пожалуйста, отойди! — мой голос дрожал, я пыталась отстраниться, но стена за спиной не давала возможности уйти.

— Читай по губам, — он замер, глядя мне в глаза.

Я уставилась на его губы, боясь произнести хоть слово.

— Я. С тобой. Не буду спать. И не нужно пытаться что‑то изменить, — каждое слово звучало чётко, безжалостно, как приговор.

Я отпихнула его, собрав всю волю в кулак.

— Какой же ты…

— Какой? — он приподнял бровь с ухмылкой на лице.

Не отвечая, я схватила тарелки с роллами, мидиями и креветками. Направилась к двери, стараясь не смотреть на него, не показывать, как дрожат руки.

— Эй, куда ты это понесла? Я от ужина не отказывался.

— Иди на хрен, — выпалила я, не оборачиваясь.

Спустилась на кухню. Руки дрожали так, что едва удержала крышку мусорного бака. Одно за другим — роллы, мидии, креветки — всё полетело в тёмную глубину.

Заставила себя включить кофемашину. Щёлкнул рычаг, зашипела пара, и этот привычный звук вдруг ударил по нервам — настолько он не совпадал с хаосом внутри. Налила кофе в кружку. Сделала глоток — горячо, горько, как и всё сегодня.

Вышла в сад. Ночь обнимала тихо, почти ласково. Бассейн мерцал под лунным светом, словно зеркало, в котором отражалась вся моя растерянность. Устроилась на шезлонге, подтянула колени к груди, обхватила их руками, будто пытаясь удержать саму себя.

Слёзы катились без остановки — тихие, горячие, без всхлипов. Они стекали по щекам, падали на платье, оставляя тёмные пятна.

«Я не заслуживаю такого обращения. И больше никогда в жизни не позволю ему меня унизить. Закончилась дурочка Эля».

Ночь была тёплой, звёздной. Небо раскинулось над головой, как бескрайний шатёр, усыпанный бриллиантами. Красота вокруг казалась насмешкой: «Вот она, романтика, о которой ты мечтала. Но не с ним». Я закрыла глаза, пытаясь унять боль, которая сжимала сердце, как тисками. Дышала глубоко, считая вдохи и выдохи, но мысли всё равно возвращались к его словам, к его прикосновению, к этому ледяному «Я с тобой не буду спать».

Не заметила, как уснула. Проснулась от прикосновения к руке — тёплого, почти нежного. Словно кто‑то осторожно проверял, жива ли я ещё.

— Эй, пошли в дом. Замёрзнешь же, — его голос был тихим и мягким.

— Не хочу, — я отвернулась от него, пряча слёзы, которые снова навернулись на глаза. Не хотела, чтобы он видел, как мне больно.

— Элька, я ведь как лучше хочу. Прости, если обидел. Давай попытаемся найти общий язык и подружиться. Нам ещё полгода жить вместе. Не стоит всё усложнять… — он говорил тихо, почти шёпотом, будто боялся спугнуть меня.

Я подскочила с шезлонга, развернулась к нему. Внутри бурлила обида. Слова рвались наружу, обгоняя друг друга.

— Услышь меня. Не себя, а меня. Я не собиралась тебя соблазнять. Белье и прочую одежду мне помогала выбрать Таня. Зачем мне оно? Да просто у меня никогда не было такого красивого белья. Было удобное, недорогое, одежда из секонд‑хендов. Поэтому, конечно же, я, как любая девушка, захотела почувствовать себя красивой и купить что‑то женственное, на что у меня в обычной жизни никогда бы денег не хватило. И надела я его для себя. А не для того, о чём подумал ты. И ужин накрыла, чтобы извиниться за своё поведение и грубые слова. Я была не права. Но ты… повёл себя…

— Как мудак. Согласен… Давай договоримся впредь без оскорблений и упрёков. Ладно? Мир? — он протянул мне мизинчик, и в его глазах мелькнуло что‑то, похожее на раскаяние.

— Мир, — я обхватила его мизинец своим, чувствуя, как напряжение понемногу уходит.

— Будем дружить?

— Будем, — ответила я, и впервые за вечер мне показалось, что между нами появилась тонкая нить понимания.

Он раскрыл руки. Я придвинулась ближе, и он обнял меня. Тепло его тела, запах его кожи — всё это приятно успокаивало, несмотря на недавнюю боль.

— Прости, — прошептал он.

— И ты меня, — ответила я, уткнувшись носом в его плечо.

— Пошли спать?

— Пошли, — согласилась я, чувствуя, как усталость берёт своё.

Мы зашли в комнату. Тишина окутала нас, словно мягкое одеяло, смывая остатки напряжения.

— В качестве мировой, сегодня можешь поспать на моей кровати, — Арс непривычно искреннеулыбнулся.