История Раскола - Торп Гэв - Страница 274

Малекит вышел на железный балкон своей комнаты, Морати поспешила за ним. Он обратил пылающий взгляд на восток и увидел бушующие энергии, собирающиеся среди вершин.

— Дело сделано, — сказала Морати.

Она показывала высоко в небо, на север. Там горели огни, очерчивая горизонт радугой переливающихся красок. Они выстреливали в землю и в сторону исчезающих звезд молниями энергии.

Сквозь это безумство форм и цветов Малекит видел устремляющиеся к небу хрустальные горы и реки крови, леса колеблющихся щупальцев неведомых чудовищ, замки из бронзы и развалины огромных дворцов, равнины, усыпанные изломанными костями, и белесые пляжи, у которых плещутся пурпурные воды, огненные облака и миниатюрные солнца, пылающие циклопическими глазами.

Он слышал рычание и вой, вопли и рокот. Шагом и ползком, на крыльях и прыжками из бездны изливалось войско демонов.

— Открывается Царство Хаоса! — провозгласил он торжествующе. — Проснулись мои легионы!

Шатаясь под ударами магической бури, Тириол пробивался к видневшимся вдалеке фигурам Каледора Укротителя Драконов и его соратников. Все его тело горело потусторонним огнем, восторг боролся со страданием. Он ощущал контрзаклинания своих подвижников, тщетно пытающихся ему помочь. Пряди этих заклинаний пролетали вокруг портала — это маги Сафери пытались снова смирить освобожденную силу.

Тириол понимал, что их попытки бесполезны. Это все равно что вычерпывать наперстком Внутреннее море.

Напор магии креп и усиливался, его тяжесть на плечах мага требовала почти невероятных усилий на каждом шагу, каждый вдох был отчаянной борьбой за жизнь.

Он услышал вой и рычание демонов, потом уже увидел их. Сперва это были лишь хлопья энергии, разбросанные вокруг портала, мелькание клыкастых морд и острые когти, которые тут же снова поглощались общей массой силы. Но, пока он шел, демоны подпитывались магией, создавая себе тела из чистой энергии, танцуя и дергаясь на круговых потоках мистической мощи.

До ушей Тириола донесся шепот, грозящий ему самыми жестокими муками.

Он отрешился мыслями от всего на свете, сосредоточился только на своей цели, ни на секунду не допуская ни одного желания или потребности, которые демоны могли бы извратить. Посох его затрещал и взорвался ливнем щепы, не в силах выдержать текущей сквозь него магии. Амулеты на браслетах, талисманы на шее плевались и шипели силой, мотаясь как на ураганном ветру.

Он продолжал идти.

— К оружию! — взревел Каледор. — Защищайтесь!

Быстрее любого смертного войска демоны скатывались по горам на волнах магии. Перед Королем-Фениксом материализовался зверь с телом слизняка и клыкастой пастью, обрамленной извивающимися щупальцами.

Все мысли о боли и слабости исчезли. Каледор полоснул тварь Латраином, развалив ее на два куска в пламени и искрах магии. Неизъяснимые уродливые твари сыпались с неба на крыльях тьмы; их встречал сияющий клинок, выкованный для Каледора Укротителя Драконов.

Изо всех сил сражались вокруг Короля-Феникса эльфы его армии. Стрелы и копья не причиняли вреда нематериальным сущностям, но у некоторых осталось наследство от прошлого вторжения демонов: копья, мечи и топоры, откованные на Наковальне Баула и обращенные теперь к своей первоначальной цели.

По земле трудно стало ступать из-за магии, небеса наполнились роящимися грозовыми тучами чистой энергии. Каледор глянул вверх, услышав низкий раскатистый смех, увидел нечто чудовищное, бесформенное, но невообразимо страшное. Он бился, не думая, рубя и пронзая всех демонических тварей, попадавших ему под руку.

Целую вечность эльфы жили, строили империю и думали, что всегда будет мир. Слыша хохот и визги демонов, Каледор только теперь понимал, как эфемерно было это существование.

Ослепленный, оглушенный, весь — игрушка пылающего вихря экстаза и боли, Тириол пробивался вперед по изрытой земле. Сквозь неистовство сердцевины портала его вело лишь внутреннее магическое чувство. С каждым трудным ударом сердца он ощущал, как портал слабеет, магниты не справляются с магией друкаев и силой демонов. Очень скоро она рухнет полностью, и это будет конец всему.

Маг чувствовал себя пылинкой в урагане физически и духовно, но держался каждым клочком силы воли, сохраняя из последних сил осознание себя — и своей цели.

Будто проваливаясь в щель между реальностями, Тириол вдруг понял, что все исчезает. Звуки, смятение, боль — все исчезло, оставив его среди ощущения чистейшего покоя.

Он достиг входа в портал — самого центра этой магической бури.

Получится ли у него задуманное — он не знал, но всю жизнь он изучал работу Каледора Укротителя Драконов и принципы устройства портала. Если он ошибся — разрушение портала только ускорится.

Впрочем, терять нечего.

Опустившись на колени, Тириол склонил голову и сложил руки. Не было ни земли под ним, ни неба над головой. Он, полностью изолированный, плавал в абсолютной пустоте. И даже не знал, живет ли еще его тело. Здесь, в этом тончайшем просвете между реальностями, на серой грани между светом и тьмой, на острие жизни и смерти, несущественны были такие вещи, как смерть и бессмертие, тело и дух.

Разомкнув ладони, он отпустил крошечную пылинку магии, принесенную с собой. Едва ли можно было углядеть сущность в этой малости, способной разве что дать жизнь мельчайшей мошке.

Из раскрытых ладоней частичка магии поплыла вверх — едва заметное мерцание среди огромного ничто.

Отпустив ее, он позволил ей к этому «ничто» прикоснуться — и изменить его.

Магия взорвалась, став наиярчайшим солнцем, заполнив щель между мирами. Барьеры между реальным и нематериальным рассыпались, разрушились последние связи, сдерживавшие Царство Хаоса.

Портал замкнулся — сплошной вихрь магии, захватывающий целый мир. Далеко на востоке остановили свою работу гномьи рунные кузнецы, не понимая, почему находящиеся в работе руны потекли и умерли. В древних поглощенных джунглями городах на востоке прервали свои расчеты бессмертные слуги Древних. Тайные службы чужих обернулись на внезапное изменение мира, холодно оценивая его важность.

Открыв глаза, Тириол увидел, что стоит все на том же острове Мертвых.

— Понимаю, — сказал кто-то у него за спиной.

Тириол обернулся и увидел совсем рядом пожилого эльфа с серебристыми волосами и худым лицом. Маг немедленно узнал этот образ, запечатленный в сотнях статуй и тысячах полотен. Каледор Укротитель Драконов.

Вливание магии разорвало стазис — как и надеялся Тириол.

Величайший эльфийский маг казался спокойным, хотя портал вокруг него бушевал и бесновался. Из этой беспорядочной бури явились другие маги с жезлами в руках, и мантии их развевались чудовищным ветром.

Они взяли Тириола в круг, подняли глаза вверх. Князь Сафери встал в их цепь и увидел точечку ночи посреди магии, на краткий миг мелькнувшую звезду.

— Это добром не кончится, — сказал Укротитель Драконов, — но тут ничего не поделаешь.

Собравшиеся маги подняли посохи и начали песнопения. Сперва не происходило ничего, и Тириол не мог догадаться, что они задумали. Медленно, сначала даже незаметно, круговерть портала стала замедлять движение. Возник новый портал, с центром в середине вставших кругом магов, вертящийся в другую сторону.

Собирающаяся в этом втором портале мощь пустила рябь по магической буре. Рябь, питаемая магией, становилась крупнее, набирала скорость, а главный портал продолжал замедляться. Тириол в изумлении смотрел, как Каледор Укротитель Драконов обратил вращение портала против себя самого. И если магию когда-то высасывали из царства смертных, сейчас ее отводили из Царства Хаоса. Все быстрее и быстрее вертелся новый портал, взрываясь вспышками тьмы на фоне света, выпуская облака чистой энергии против роящихся ветров магии.

Два противоборствующих портала достигли равновесия — и мир застыл.