История Раскола - Торп Гэв - Страница 217

Оставив удивленного капитана Морской Стражи у костра, Каратриль повернулся и пошел к себе в палатку, стараясь не спешить.

Глава восьмая

НОВАЯ ЛЕГЕНДА

К концу дня ветер стих и снег перестал сыпаться, но похолодало. Корадрель вел свой охотничий отряд обратно к дороге в Тор Акар. На одной паре саней освободили место для тел убитых мантикорой эльфов, на другую погрузили шкуру, голову и когти зверя, чтобы чучельники сделали из них трофеи.

— Кажется, мы тут не одни, — сказал Имрик, показывая на запад.

На фоне заходящего солнца виднелся столб дыма, поднимающийся с лесистых склонов Анул Анриана.

Корадрель посмотрел на запад и нахмурил брови.

— Для лагеря слишком большой огонь, — сказал он, жестом подзывая одного из проводников.

Тот подбежал к своему князю.

— Может, ничего там и нет, но сбегай посмотри. Может, какое чудовище подожгло.

Разведчик рысцой двинулся по дороге и быстро скрылся среди сосен, выстроившихся по обе стороны тропы.

— Что за зверь может сделать такой огонь? — спросил Имрик, уходя вперед с Корадрелем.

Караван саней двигался чуть сзади.

— Кто знает? — пожал плечами Корадрель. — В этих горах такие есть твари, что им и названия не придумаешь. Порождения Хаоса, поддерживаемые порталом.

— Далеко лагерь? — спросил Имрик. Он устал, грудь саднило от удара лапы мантикоры.

— Не очень. — Корадрель вынул из сумки на поясе глиняную бутылочку, открыл ее и с улыбкой передал Имрику. — Вот это тебя надолго согреет.

— Харинай? — спросил Имрик, принюхиваясь к содержимому. Потом сделал глоток спирта с пряностями. Сразу стало тепло, а во рту остался приятный вкус осенних плодов. — Надеюсь, у тебя еще есть.

— Где-то в мешке лежит бутылка, — усмехнулся Корадрель. — В лагере отпразднуем трофей.

Имрик вернул родичу бутылку. Приободрившись, глянул снова на запад, надеясь, что дым — что-то обыденное. Не было у него настроения опять встречаться с бестиями Крейса.

Морская Стража рассыпалась вокруг поляны, держа копья и щиты наготове, они выстроились кордоном вокруг дымящихся развалин хижины. Каратриль подошел с мечом наголо, оглядывая опушку в поисках тех, кто это сделал.

— Здесь! — позвал Неадерин от кучки углей поменьше, вероятно, остатков какого-то сарайчика.

Две вороны заполошно взлетели с чего-то возле ног Неадерина, вспугнутые его криком. Голос капитана прозвучал сдавленно, и он шагнул прочь от своей находки, ссутулившись.

Каратриль быстро подошел к нему и остановился как вкопанный, увидев его находку. Живот свело судорогой.

Непонятно было, сколько в золе тел, но по размерам костей очевидно, что убиты дети. Остатки обгорелой плоти порублены и разорваны. На снегу кровь, много крови. Чуть поодаль, откуда взлетели вороны, были вывалены внутренности. Вмешательство птиц-падальщиков не настолько нарушило кровавый узор, чтобы не узнать руну Кхаина.

Каратриля передернуло при воспоминании о том, где ему случалось видеть подобную мерзость: в логовах сектантов в Лотерне и в крепости Эалит в Нагарите.

— Наггаротты, — сказал Каратриль. — Убийцы, подосланные к Имрику.

— Почему ты так уверен? — спросил Неадерин, стараясь не смотреть на следы преступления. — Это могли сделать и сектанты Крейса.

— Вряд ли, — возразил Каратриль. — Если бы мы такое увидели в Тор Акаре, у меня был бы соблазн тебе поверить. А здесь, в диких местах, слишком маловероятное совпадение. Этих бедняг перед убийством пытали. Это хижина лесоруба. Единственное, что могли знать эти несчастные, — где тут сосны растут получше.

— Так что будем делать? — спросил Неадерин. — Никаких следов, уводящих с этой поляны. Те, кто это сделал, хорошо замели следы.

— Или их не оставили, — заметил Каратриль, вспоминая удивительные способности вороньих герольдов. Если такими же способностями обладают убийцы, то Имрик в смертельной опасности.

В этот момент их позвал один из морских стражников, осматривавший опушку. Неадерин и Каратриль подбежали посмотреть, что он нашел.

— Оплошали твои убийцы, — сказал Неадерин, становясь на колено и рассматривая клочок снега, укрывшийся между корнями дерева. Каратриль увидел на белом несколько красных капель.

— Пошли на северо-запад, — сказал он. — Больше тут ничего нет, собирай своих. Надо спешить, если хотим предупредить Имрика.

По зову своего капитана солдаты, чуть позвякивая на ходу доспехами, вбежали в лес, торопясь догнать убийц.

Солнце почти скрылось за горой, на востоке небо стало темно-синим и показались первые звезды, серп Сариоур поднялся над горизонтом. Элтанир знал, что его дичь близко. Боль в голове почти стихла, сменившись ноющим ощущением, неотвязным напоминанием. В легком ветерке слышался запах дыма, идущего от огня где-то на севере, что совпадало с показаниями лесоруба.

Другие убийцы, тоже почуяв это, рассыпались цепью, двигаясь между стволами сосен, стоявшими почти вплотную. Элтанир шепотом читал мантру, заклинание, притягивающее магию портала. Колдовство клубилось вокруг, изгибаясь и извиваясь, пропитывая тело.

Глянув на остальных, он увидел, что они заняты тем же. Вот только что семь фигур в черном прятались в тени, и вот их уже нет.

Ступая так легко, что ноги не оставляли следа на опавших иглах и лесной подстилке, Элтанир крался на север. Ухали совы, под ногами бегали мелкие зверьки, не замечая его присутствия, а он скользил между деревьями, держа наготове лук. Впереди замелькало оранжевое — костер. Элтанир наложил стрелу, на ее кончике блеснул яд из черного лотоса. Убийца чуть сместился, чтобы лучше видеть костер. В лагере стояло с полдюжины больших палаток, между ними ходили охотники в плащах из львиных шкур. Элтанир прислонился к дереву и стал ждать, когда покажется его цель.

До него доносились смех, отдельные строчки из песен. Крейсийцы были в хорошем настроении. Элтанир не мог даже припомнить, как ощущается подобная радость. Он получал удовольствие лишь от убийства и когда причинял боль другим.

Последние лучи уходящего солнца лились сквозь кроны над головой, сливаясь с дымом костра. Хлопнул полог палатки, и вышел эльф в броне, с мечом у пояса. Он не был одет в львиный плащ, и Элтанир узнал его сразу: тот самый каледорец!

Изнутри поднялась кипящая ненависть: убийца вспомнил испытанную им муку, выжженное в мозгу изображение его цели.

Имрик пошел прочь от костра, направляясь куда-то вправо от Элтанира. Тот переменил положение и бесшумно скользнул из одной тени в другую. Сидящие на ветвях птицы не замечали его присутствия. Он снова увидел свою цель — Имрик стоял на полянке, глядя в чистое небо.

Поднимая лук, Элтанир не сводил глаз с князя. Мягко оттянул тетиву, приятно ощущая в руке тугую нить, смакуя момент смерти. И с довольной улыбкой выпустил стрелу.

Облака разошлись, и Имрик смотрел на звезды, вспоминая названия созвездий, которым его научила мать. Потом глянул вниз — и его глаза поймали что-то на краю поляны. Линия следов от лап в неглубоком снегу, и каждый в несколько раз больше его ладони. След белого льва не спутать ни с чем.

Внезапно Имрик уловил какой-то летящий блеск, не думая, бросился в сторону, выхватывая меч одним плавным движением, и сверкнувшее лезвие располосовало пополам стрелу, пролетевшую на волосок от плеча.

Что-то шевельнулось слева, и он снова уклонился, отбив плашмя мечом вертящийся кинжал.

— Тревога! — крикнул он, вертясь на месте и стараясь высмотреть нападающих. Но видел только темноту. — Убийцы!

Он услышал топот тяжелых прыжков и обернулся с мечом наготове.

Из леса вылетел лев, высотой в холке в рост князя, клыки оскалены, белый мех блестит под звездами. Каледорский князь увидел взгляд темно-желтых глаз, горящих свирепым голодом. Имрик отскочил от бегущего на него льва как раз в ту секунду, когда ожидал прыжка.