История Раскола - Торп Гэв - Страница 190

Всадники на кабанах не могли больше сдерживать свой боевой пыл и рванулись вперед, наставив пики. Кавалерия наггароттов ждала такого маневра, и передовые эскадроны расступились перед зеленокожими, оставив их ротам, идущим сзади. Сбитые с толку этим действием, орки попытались сдержать своих бешено несущихся скакунов и сменить направление атаки, но ряды их смешались, и тут же сотня пик эльфийских рыцарей, одетых в золото, ударила им во фланг.

Имрик со своего наблюдательного пункта в небе видел всю успешность атаки. Три эшелона всадников один за другим ударили по орочьей кавалерии. Первый отделил передовых орков от остальной массы, следующие два врезались в нее, как золотые лучи света рассекают мрак.

Всадники, не столкнувшиеся с кабанами, скакали дальше, поворачивая влево, чтобы ударить по острию атаки орков, где их было меньше всего. Имрик понял, что задумал Малдиар: врезаться между орками и гоблинами и напасть на их порядки с тыла. Это заставило его изменить мнение о полководческих способностях Малдиара. План дерзкий, но если выйдет, то армия зеленокожих окажется между жерновами яростных рыцарей с тыла и нескольких тысяч пехоты с фронта.

Однако опасность этого плана заключалась в том, что рыцари, оказавшись позади орков, будут точно так же прижаты к реке, как были прижаты орки, и начнут вязнуть в болотистой почве. Они слишком оторвутся от своих тылов, и у зеленокожих хватит времени сразиться с ними до подхода пехоты.

— Какой у тебя план, брат? — окликнул его Дориен.

— Валить орков! — проорал в ответ Имрик, направляя Маэдретнира в крутое пике.

Дориен устремился следом, и два дракона понеслись к земле с неимоверной скоростью. Ветер рвал плащи князей, грозил выдернуть из рук выставленные пики. Позади бешено гнулись на ветру флагштоки седел, хлопали вымпелы.

У Малдиара были собственные соображения, чем поддержать атаку рыцарей. Когда его кавалерия врезалась в ряды зеленокожих, несший его грифон взмыл над ними, полосуя их когтями, и меч наггароттского князя принялся косить зеленокожих полосой синего пламени.

Земля стремительно летела навстречу, и Маэдретнир испустил леденящий душу рык. Орки брызнули во все стороны, в ужасе забыв о наступающих рыцарях. Одних орков зарубили сразу, другие попытались противостоять эльфийской коннице, но не успели подготовиться, и рыцари Атель Торалиена прошли сквозь них легче, чем нос корабля рассекает воду, оставив за собой груду тел и устремляясь к лагерю.

Дориен и Имрик обрушились на орков одновременно. Драконы выдыхали темное пламя, когти их пропахивали в войске орков проплешины, похожие на рваные рубцы на зеленой шкуре. Пика Имрика светилась белым под действием вырезанных на ней рун, и искристый след оставался в воздухе от ее острия, без остановки вспарывающего горла и пронизывающего тела.

Маэдретнир приземлился, раздавив чешуйчатым телом еще нескольких врагов, а Имрик протянул руку назад и отстегнул щит.

Дракон взмахом хвоста подбросил в воздух дюжину орков, одновременно окутав черно-красным пламенем еще вдвое больше.

На расстоянии меньше полета копья Дориен со своим драконом творили то же самое. Орки кишели вокруг, нанося яростные удары по дракону топорами и тесаками, но оружие отскакивало от чешуи, не причиняя вреда. Слышался ясный голос князя, поющего древнюю боевую песню своей родины.

Маэдретнир сомкнул челюсти еще на двух орках, перекусывая их пополам, а Имрик огляделся, думая, куда могли деться воевода орков и его виверна. Ответ он получил в виде размытого вихря, летящего на Дориена сверху и сзади.

Имрик выкрикнул предостережение, но в этом не было нужды. Дориен только притворялся, будто ничего не замечает, и, когда виверна нырнула в атаке, дракон каледорского князя взмыл с земли, расправив крылья. Клыки и когти виверны промахнулись меньше чем на длину меча, хотя воевода орков полоснул черненым топором по хвосту дракона, обрушив на землю дождь чешуи.

Чудовищные создания понеслись вверх, кружа и рыча, каждый старался оказаться выше противника.

Дракон Дориена был сильнее виверны и с каждым взмахом крыльев поднимался все выше. Виверна изо всех сил пыталась не отстать, а дракон с неожиданной ловкостью извернулся, ныряя вниз, и его когти рванули шею виверны. Пика Дориена пробила ей левое крыло, но воевода-орк успел ударить топором по плечу дракона, и горящее странным огнем лезвие вонзилось глубоко в его тело. Виверна и дракон принялись рвать друг друга когтями и зубами, Дориен убрал пику и выхватил длинный меч, сверкающий как луна. Князь и воевода обрушили друг на друга град ударов, звери летели камнем к земле, орк яростно размахивал топором, а меч Дориена превратился в сверкающую полосу.

От этого поединка Имрика отвлек стук стрел по чешуе и броне. Он увидел, что орки разбежались, а вместо них кучка гоблинов пытается обстреливать его кривыми стрелами из заросшей кустарником лощины.

— Сожги их, — велел Имрик дракону.

Маэдретнир повернул голову и открыл пасть, похожую на пещеру. Гоблины испустили пронзительный визг, лощина заполнилась дымом и огнем. Имрик снова посмотрел на брата. Дракон Дориена освободился из когтей виверны за миг до падения наземь. Виверна с поврежденным крылом и десятком кровоточащих ран не успела вовремя выровняться и, рухнув на пустошь боком, покатилась, мельтеша ногами и хвостом, оставляя след из чешуек. Воеводу сбросило ударом, он полетел головой вперед и упал в текший неподалеку ручеек.

Пока Дориен снова менял меч на пику, его дракон кружил вокруг упавшей виверны, поливая ее огнем. Сбитая тварь шипела и рычала, неуверенно покачиваясь на двух ногах и неуклюже колотя хвостом среди языков пламени.

— Вверх, — велел Имрик.

Маэдретнир взлетел в воздух и поднял командующего над битвой.

И следа не осталось от двух четких линий боевых порядков. Гоблины под напором каледорцев сотнями побежали к лагерю, а рыцари Имрика ударили по ним со стороны реки. Несколько рот лучников отделилось от главных сил и поливало орочий лагерь залпами стрел, и на острие каждой было магическое пламя.

Невдалеке от подыхающей виверны Малдиар и его грифон перемалывали остатки кабаньей кавалерии. Зверь подбрасывал в воздух визжащих кабанов клювом и когтями, а князь наггароттов крошил всадников, отрубая им головы и конечности. Подошла и вступила в бой пехота наггароттов, гоня волчью кавалерию стрелами и копьями. Вдоль берега реки перестраивались наггароттские рыцари, готовые снова ударить по врагу.

Имрик краем глаза заметил, что воевода-орк вылезает из камышей, так и не выпустив из руки топор.

— Пусть-ка Малдиар поспорит, когда у меня будет голова воеводы, — сказал Имрик Маэдретииру.

Дракон одобрительно буркнул глубоким рокотом и повернулся к предводителю орков. Малдиар тоже заметал врага, и его грифон взмыл над атакующими наггароттами, устремляясь к воеводе.

— Дурак хочет обогнать дракона, — сказал Маэдретнир, летя над пустошью прямо к цели так низко, что быстрые удары крыльев едва не задевали траву и кустарники.

Но пренебрежительное замечание дракона оказалось преждевременным: предводитель орков с бешеным криком пустился бежать к Малдиару, размахивая топором. Малдиар направил грифона круто вниз и поднял меч, на котором блеснул магический огонь.

Воевода остановился, расставил мощные ноги, держа топор в двух руках, глядя на приближение князя наггароттов. Дракон Имрика зарычал и изо всех сил рванулся вперед, чтобы достичь орка раньше, чем опустится меч Малдиара.

Но Имрик видел, что опоздает. Малдиар уже наклонился с седла, держа меч горизонтально для решающего удара, тень грифона стремительно летела по бугристой земле.

Оба князя не сводили глаз с намеченной жертвы. Если Малдиар промахнется, пика Имрика войдет в спину орка раньше, чем наггаротт успеет развернуться на второй заход. Каледорец стиснул пику, сверкающее острие смотрело на воеводу, а грифон Малдиара ринулся вниз для завершающего удара.

И в этот миг дракон Дориена рычащим красным ветром ударил в грифона Малдиара, и всадник с крылатым конем рухнул на землю.