Девятый. Тетралогия (СИ) - Довыдовский Кирилл - Страница 32

Я мысленно хмыкнул. Разводили толстяка по самой простой схеме. Имперцы притворялись его друзьями, которые только и «мечтали», чтобы ему помочь. Нужно только все рассказать и всех сдать. А то, что из-за его же слов, он и сам по полной получит, в куриных мозгах Толстого П, судя по всему, не укладывалось.

— Да я же сам к вам пришел!..

— Верно, но нам нужны подробности. Ты говорил, что у Звездного своя шайка в Городке. Чем он занимается?

— Да всем подряд! Пацаны у него послания носят, в магазинах товары разгружают, пьяных раздевают!..

Последнее вранье, если что. Нет, если кто на наших мелких наезжал, таких мы, конечно, пинали все вместе и деньги забирали, но это уже в отместку. Специально мы ничего такого не устраивали.

— А сам он? — как бы невзначай добавил Моратти. — Ничего необычного с его стороны не видел?

— Необычного? Ну, он наглый…

— Не в этом плане.

Толстяк откровенно начал тупить. Я же мысленно поморщился. На что был намек — очевидно. Все-таки тогда в школе Парсонс смог что-то почувствовать. Полноценным одаренным он не был, но зачатками Чувства Краски обладал.

Моратти задал тот же вопрос на разные лады еще несколько раз, но добился от Толстого только, что «он с ножами неплохо обращается». С одной стороны обидно. Так-то у меня куча талантов! А с другой — неплохо я маскировался. О том, что у меня есть Стихия или Псионика Толстый даже не подумал.

Имперец, выслушивая все это, понемногу скучнел. Явно не на то рассчитывал. Ну и в итоге:

— Агитацию против Империи он тоже ведет? — вышел на другое Моратти.

И вот тут Толстый совсем замялся.

— Агитацию… не знаю…

— Покрываешь его что ли? — бросил Блинт невзначай. — Ну смотри, сам, конечно…

— Что⁈ Нет! — тут же выпалил Толстый. — Урод он тухлокрасный! И… может и призывает он к чему-то, да! Это же Звездные! Они точно воду мутят! Про них и в Бастионе говорят, что они указ императора не исполняют. Точно хотят себе обратно планету вернуть!

— Ну-ну.

Судя по интонации, Моратти совсем скуксился. Общие слова к делу не пришлешь. А вот я, наоборот, задумался.

Мне показалась странной эта оговорка про Бастион. Планету-то я, конечно, собирался вернуть, но откуда слухам было взяться? И самому Толстяку-то откуда знать? Отец что-то рассказал?

Основным бизнесом Вератти была большая рыбная ферма на одном из притоков Быстрой. Наверняка часть продукции уходила в столицу…

Ладно, может он просто так брякнул.

Затем Моратти задал еще пару вопросов, но чего-то путного Толстяк больше не сказал. Обвинял меня во всех грехах, но без конкретики.

Последним вопросом стало:

— Деньги ты откуда взял? Сотня пятипроцентовиков — немалая сумма.

— Так… у отца.

— Хм. Ладно.

Ха!..

Молодец.

Я чуть не дернулся от удивления.

И если уж меня Старик похвалил, то я точно не ошибся. В отличие, кстати, от Моратти. Видимо, он принял задержку Толстого за стыд. Мол, плохо у родителя воровать. Вот только я точно знал, что Чезаре Вератти был одним из самых прижимистых людей во всем Графском Городке. И за своими деньгами он следил внимательней чем за молодой женой — мачехой Толстого.

Да что говорить. Вряд ли бы Толстый Пэ так старательно занимался мелким рэкетом, если бы у него был доступ к отцовским деньгам.

Нет, деньги он точно взял где-то в другом месте.

Где?

На ум мне пришло только одно имя — Бекелев (2).

Неужели все-таки Пашка постарался? Или даже приказ откуда-то выше шел? Нет, вот это точно нужно было выяснить!

— Ладно, я сейчас схожу за вторыми наручниками, — сказал Моратти. Судя по звукам, он поднялся на ноги. — Сниму с малого.

— Вот ты перестраховщик, — бросил Блинт с насмешкой. — Он что, пятый ранг, в двое браслетов его одевать?

— Если можно дополнительно подготовиться, то глупо этого не сделать, — ответил Моратти. — Без меня его не буди.

Он двинул к выходу.

Я понял, что тянуть дальше смысла нет. Тем более, что «малой» это явно и есть Мелкий.

Дождавшись, когда Моратти выйдет, я чуть приоткрыл один глаз. И увидел Блинта, стоявшего на Толстяком П. В руке имперец сжимал компактный черный пистолет. Империум-Т. У Ефима такой, кстати, тоже был. Но ему он всегда предпочитал своего Рвача. «Тэшки» разве что надежностью похвастаться могли. Что кучность, что останавливающее действие у них ниже среднего были. Хотя с расстояния в метр это не так важно.

— Когда меня отпустят? — спросил Толстый П с плохо скрываемым страхом.

— Скоро, — отозвался Блинт.

— Я все сказал.

— Значит, и беспокоиться не о чем.

— Согласен.

Даже сложно сказать, кого сказанное удивило сильнее. Пожалуй, у Толстяка глаза сделались все-таки более круглыми, почти как блюдца.

С моей стороны, если что, это вообще было не позерство. Если бы не «пилик», с которым расстегивались наручники, я бы ничего говорить не стал. А так, раз уж все равно себя выдаешь, почему бы не сделать это еще и красиво?

— Ты…

— Ага.

Я резко дернул рукой с зажатым в руке ножом.

Было не до сантиментов, так что бил я Разрезом в полную силу, и прямо Блинту в открытое горло.

Шею ему разрезало до самых позвонков. Рука дернулась, но пистолет я от выстрела удержал. Заранее подпер спуск Телекинезом.

После также аккуратно уложил тело Блинта на пол.

— А-а… — открыл рот Толстяк, явно готовясь завыть.

— Мертвецов что ли боишься? — опередил его я.

Не сумев, видно, справиться с голосом, он кивнул.

— Ну и зря, — отмахнулся я. — Нечего нас бояться.

И нет. Вот теперь.

Теперь у него глаза стали, как блюдца.

Я тут же подобрал пистолет, проверил предохранитель. И перебежал в другую часть гаража, встал за бронированными колесами.

— Большой Пэ, — уже оттуда позвал я.

— А?.. — испуганно пискнул он.

Да, если он так будет пялиться, то никакая «смена позиции» не поможет.

— Глаза закрой.

Я думал, придется объяснять, но тот даже секунды не помедлил. Меня едва с ног хлопком не сбило!

Что ж, чудненько!

Взяв ворота под прицел, я приготовился ждать, когда…

Выстрел!

Грохот донесся откуда-то снаружи. Вроде как — со стороны того самого жилого дома.

На секунду все внутри меня превратилось в лед.

Никакой логики в том, чтобы убивать Мелкого со стороны Моратти сейчас точно не было, но если он это сделал…

Выстрел!

Выстрел!

Мысль оборвалась также резко, как появилась. Мелкий, конечно, паренек юркий. Но вряд ли, чтобы с ним справиться, потребовалось бы несколько выстрелов.

Я подбежал к воротам, осторожно выглянув наружу. И увидел, как Моратти, стоя у того дома, стрелял куда-то в сторону поля. В кого или во что — не очень понятно. Но стрелял. А после…

Хлоп!

Ответным залпом снесло балку, о которую опиралось крыльцо. Боеприпас явно был на основе Краски!

Моратти только чудом не задело, и он тут же юркнул внутрь.

И кто это, блин, нарисовался⁈ Вы мне так Мелкого заденете!

В общем, ждать точно было не вариант, так что…

— Не оставляй меня тут! — крикнул Большой Пэ сзади.

Я даже слегка прифигел.

Это он еще чего-то просить будет?

— Тебе кто глаза открыть разрешил?

— Не оставляй!.. — все равно пискнул Толстяк, хотя глаза обратно закрыл.

Он может что-то знать, — раздался в голове голос.

Да помню я!

— Сиди тут! — бросил я Большему Пэ. — Здесь с тобой ничего не случится. Разберусь со всем — вернусь.

— Я буду ждать!

Я только головой покачал.

И тут же кинулся к выходу. Там, сосредоточившись на Ясновиденье, просочился между створками. Была в Ясновиденье такая техника — как, кстати и в Пути Меча — когда максимально усиливаешь предчувствие, но на очень коротком отрезке. Секунда или около того. Используется исключительно во время боя. И в теории позволяет предугадывать удары, уклоняться от пуль и все такое.

Не то, чтобы я эту штуку прям освоил, но тот же Бун, когда я был сосредоточен, вообще по мне попасть не мог.