Девятый. Тетралогия (СИ) - Довыдовский Кирилл - Страница 272

И заработать, и усилить свой дар. Да, рискованный, но для них сейчас все было риском.

– Пара дней на раздумья у вас есть, – сказал я.

Полтора часа спустя

Мы уже давно были в воздухе.

Биркин, Уолш и Платон Егорыч – глава службы безопасности Вератти, занимались допросами социальщиков и составлением планов.

В отличие от Графского Городка в столице Социальная Служба на балансе имела сразу несколько объектов.

Нужно было все тщательно рассчитать. Итоговый план потом будем согласовывать мы с Ефимом, пока же нужно было обозначить контуры.

Я же пока хотел обсудить со Слугой другое.

Когда ему пересказывали произошедшее с Бульдорфом, я заметил, что Ефим явно зацепился за момент, когда граф использовал ту штуку, светившуюся Грязным Истоком .

Оказалось, что он не впервые такое видел.

– Это Черная Жилка, – сказал он. – Очень на нее похоже.

То есть… все‑таки что‑то из внутренностей Красочных  ?

– Да, – кивнул он, нахмурившись, когда я спросил. – Но и не совсем. Их действительно иногда находят внутри Красочных, но очень‑очень редко. В Легионе был приказ сразу же их уничтожать, но я знаю, что некоторые его нарушали. Черные Жилки ценились на уровне Хорд. Иногда даже дороже.

– Они внутри Мыслителей? – спросил я. – Или вообще…

– Нет, – сразу покачал головой Ефим. – Наоборот. В сильных Красочных они не попадаются, насколько я слышал. Никто не знает, откуда они берутся. То есть, понятно, что из Красочных, но такого, чтобы их где‑то было больше… Нет, я такого не слышал.

Я задумался на какое‑то время.

Откуда, интересно, Бульдорф взял такую штуку? Случайно нашел? Или все‑таки знал, где их достать?

– Синдикат ими торгует, – сказал Ефим после паузы.

Вообще, к этой преступной сети отношение у Слуги было предельно отрицательное. Чтобы он признал, что они реально что‑то могут, это была редкость.

Я же подумал, что уж слишком много всего Синдикат знает. Сначала какие‑то легенды про реинкарнаторов, а теперь это. Хм.

– Понял.

К моменту, когда мы договорили, флаеры уже были в часе лета от Бастиона. Остаток времени прошел в обсуждении планов.

Время потекло быстрее.

И вскоре «Имперус‑8Т‑Ч‑2» уже приземлялся на взлетной площадке главного распределительного пункта Социальной Службы на Лире.

Сквозь иллюминаторы виднелась громада космопорта, с тянущимися от него нитями орбитальных лифтов.

Можно сказать, что мы садились практически на заднем дворе у Наместника.

Двигатели «Черепахи» заглохли. Задняя дверь грузового отсека поползла в сторону.

– Свежее мясо? – раздался снизу веселый голос. – А мы уж вас заждались!

Глава 13

Социальная сеть

Флаер встречало несколько человек. Все в темно‑серой форме Социальной Службы, со знаками различия.

Большинство были обычными охранниками. Крупными, с шокерами в руках. Один – тот самый «весельчак» – держал в руках планшет.

– Давай, выводи их! – махнул он рукой, настраивая на своем комме сканер.

Предварительную сортировку социальщики проводили еще в филиалах. Там каждому из детей присваивался специальный код. Он же вводился внутрь специальных наручников. Одни из таких сейчас были и на мне.

Интересный прибор, кстати. Не полноценные боевые кандалы на основе Краски  , но и не просто браслеты.

В зависимости от включенного режима устройство могло ослаблять, усыплять, даже подавлять способности одаренных. Окрашенный Металл внутри ощущался, но совсем немного. Высокотехнологичная разработка.

– Это Щекин, – шепнул мне державший меня за плечо социальщик. – Он главный приемщик.

Маскарад нам пришлось устроить не просто так.

Социальная Служба имела свои не самые плохие протоколы безопасности, которые могли создать ряд трудностей.

По словам допрошенных выполнялось из этого не все и не каждый раз. Но все равно. По итоге было решено, что чем дольше социальщики не будут ничего подозревать, тем чище и тише все удастся все сделать.

Именно поэтому по трапу сейчас я спускался закованный в наручники. Переодетый в какие‑то лохмотья. Вели нас несколько человек из охраны Вератти, переодетых в социальщиков. А еще парочка самых настоящих работников Социальной Службы.

Ефим до последнего протестовал против этого варианта. Но мне захотелось дать шанс тем, кто вызвался. Из тех, в ком я заподозрил сохранение каких‑то остатков совести.

Риска особого не было. Если кто‑то взбрыкнет… Что ж, придется работать по грубому варианту.

А вот если нам удастся зайти внутрь периметра безопасности без подозрений. Это сулило очень неплохие перспективы.

Вплоть до таких, в которые я даже сначала не поверил.

Но все по порядку.

– И это все? – удивился Щекин, окидывая нас взглядом. – Остальная падаль где⁈

– Его Сиятельство везет, – отозвался державший меня социальщик. – Пришлось всю технику на восьмой загнать. Компенсация от местных.

Он указал на уже выбирающиеся из трюма «Бомбардиры».

– Ха! Удачно, значит! – усмехнулся Щекин. – Ладно, давай тогда быстрее с этими.

Щикин просканировал мои наручники и тут же толкнул меня дальше – к охранникам. Почти тут же ко мне присоединился Слухач. А следом за ним и Пако.

Ну да.

Собственно, нам больше некого было маскировать. Я и так беспокоился, что мало детей. Бульдорф ведь в Графский Городок на карательную операцию отправлялся. Так что переодеваться пришлось всем, кто хоть немного мог сойти за беспризорника.

– … а ты че пялишься, шваль⁈

Раздался окрик сзади, а сразу после – удар и звук падения.

Не кого‑нибудь, а Пашки Бекелева.

Да, он тоже был с нами.

Изначальная причина была довольно глупая. Бекелевыми просто некому было заниматься. Везти в поместье, выделять охрану и так далее.

Потому я и принял решение оставить их пока в каюте «Империуса». Ну а когда возник план с маскировкой, я и предложил ему поучаствовать.

Зачем?

Старик посоветовал.

Я сначала подумал, что это такой странный прикол. Я специально до сих пор не сказал Бекелевым, что графа убил именно я. Да, вместе с Флавом и Стариком, но вряд ли для Бекелевых это будет иметь значение.

Но даже пока они не знали, взбрыков от них можно было ожидать в любой момент.

Однако я захотел попробовать.

Граф Бекелев, очевидно, был в курсе дел Хофмана с Социальной Службой. Граф и сам в итоге использовал социальщиков, когда дело до этого дошло.

В общем, мне захотелось, чтобы Пашка сам посмотрел на то, что это такое – Социальная Служба.

И Пашка предложение принял. Даже несмотря на ультимативный запрет матери.

Тонким местом тут было то, как ему удастся сыграть беспризорника…

– Что, уже думаешь, как прирежешь меня во сне⁈ – с усмешкой бросил ему Щекин.

Пашка лежал на земле, в его ногах. Лица его видно не было, но я примерно представлял, что это за взгляд.

Он‑то парень неглупый, но аристократическую гордость так просто не спрячешь.

На всякий случай, я приготовился…

– Запомни, ты даже не мусор! – перестав улыбаться, со злостью прорычал ему в лицо Щекин. – Ты падаль, которая портит воздух!

Выпрямившись, социальщик пнул Пашку по ребрам, и приказал охранникам:

– Этому отметку. И тащите уже всех внутрь!

Фух!

Браслеты у Пашки, как и у меня, были выключены. Просто закрыты для виду. И Щекин, на самом деле, был очень близок от того, чтобы нанизаться на сосульку в метр длиной. Но пронесло.

Дальше нас повели внутрь одного из темных корпусов без окон, которыми была окружена практически вся взлетная площадка. Расположить собственные склады и доки в непосредственной близости от космопорта могли позволить себе очень‑очень немногие. Буквально единицы на всей Лире. Это многое говорило о положении Социальной Службы. Осмотрительность тут точно не была лишней.