Девятый. Тетралогия (СИ) - Довыдовский Кирилл - Страница 231

Мой Разрез, видимо, повредил что‑то в его внутренних настройках. И теперь он представлял из себе нечто вроде кляксы из плоти и щупалец. Гд‑то в центре еще виднелась человеческая фигура. Но пока у Туманова была явные проблемы с тем, чтобы взять свою же силу под контроль. Аристократы дружно откатились от выхода. Кого‑то, кажется, схватило…

Да, может и хорошо, что Джимпо меня вытащил. Не факт, что даже с помощью Меча я смог бы нанести Туманову какой‑то серьезный урон.

В любом случае, моментом нужно было пользоваться.

Барьер Бенджамина мы раздолбали. Сам «четвертый наследник» был занят тем, что пытался как‑то сдержать‑вразумить Теобальда.

Каверне сейчас, кажется, тоже был где‑то там. Видимо, все‑таки забеспокоился, что Бенджамин сможет договориться и выйти из Зала без него. Это хорошо…

– Джимпо, сможешь выкинуть пару человек из зала? – спросил я быстро. – Любых, но главное, чтобы факультетских. Пока барьера нет.

– Кхм… – он чуть прищурился, глядя в сторону выхода. – Пять сек.

Хлоп!

Парень исчез. Нет, не пять секунд. Кажется, секунды четыре.

Хлоп!

– Готово, – широко улыбнулся он, снова появившись рядом.

– Это… эм, круто.

– Ага! Дальше что?

Дальше, по идее, надо было только найти Баминга. Ну и, видимо, уже выходить самим.

В то, что кому‑то удастся найти Чиза Порти, я уже совсем не верил. А значит Бенджамину с Каверне придется объединиться и создать общий факультет. Пятя ученикам при этом мест не хватит, и они останутся в Зале…

Так‑то у них еще оставался шанс выйти всем вместе. Для этого нужно было просто довериться друг другу. Чтобы кто‑то один сформировал факультет, вышел из Большого Зала… и исключил двадцать учеников. Тогда у второго хватило бы народу, чтобы создать еще один факультет, и тогда оставаться в Большом Зале не пришлось бы вообще никому…

Вот только я в такой расклад не верил.

От слова совсем.

Бенджамин еще мог бы довериться кому‑то из своих. По крайней мере, мне так казалось. А вот Каверне… Каверне нет. Он бы не поверил никому. А уже ему никто не поверил бы тем более. Не тогда, когда ставки столь высоки.

И, кстати, о ставках.

– А это все, кто устроил? – спросил я Джимпо.

Большой Зал отличался от того, что было буквально десять минут назад. Количество светляков, висящих в воздухе, стало совсем небольшим. Если бы не огоньки, подвешенные уже самими стихийниками, были бы совсем сумерки.

Также изменился потолок. Звезды и туманности, что виднелись прежде, почти полностью померкли. И теперь сквозь потолок давила почти непроглядная темнота. Было даже ощущение, что постепенно просачивается сквозь прозрачную крышу.

Многочисленные окна на высоте нескольких метров, сквозь которые прежде проникал свет уличных фонарей, тоже потускнели. Будто покрылись плотными слоем пыли.

Все вместе это создавало немного пугающую обстановку. А уж с учетом, что до конца шестого часа – и времени, отведенного директором на распределение – оставалось уже меньше получаса…

– Баминга там не видел? – спросил я Джимпо.

– Это такой немного плюшевый? – отозвался он. – Да, его тот четырехрукий держит.

– Сможешь…

– Нужно, чтобы он отпустил, – быстро ответил Джимпо. – От этого громили… Короче, сложно объяснить. Помехи какие‑то, не могу рядом с ним прыгать.

– Гм… ладно. Короче, давай так.

Я объяснил Джимпо план. Времени не было, так что сразу приступили и к исполнению.

Страсти среди аристократов к тому моменту совсем накалились. Бенджамин пытался призвать всех к порядку. Но народ уже прям нервничал. Причем касалось это не только аристократов поменьше, но и тех, кто прежде чувствовал себя предельно уверено.

Та же Альба Капетинг (5)  нервно поглядывала в сторону выхода. А Александра Теплова (5)  и вовсе устроила едва ли не истерику, требуя уже сформировать факультет и вывести ее из Зала.

Наблюдал я за всем этим из‑под прикрытия брошки Спарка, которая успела к тому моменту восполнить заряд.

Плюс теперь я двигался исключительно Тихим Шагом. Так что, надеялся, что увлеченные своими делами аристократы меня не заметят.

Там как раз разгорелся горячий спор. И, да, как я и думал, нашлись те, кто сообразил, как повторить мой фокус с выходом из зала. Но и загвоздку я также предугадал верно.

Каверне категорически настаивал на том, что формировать факультет должен именно он…

– Нет, ты серьезно? – уже с раздражением бросила ему Альба. – Никто в здравом уме не доверится Каверне!

– Обидно такое слышать, милая, – отозвался тот с привычной усмешкой. – Особенно от тебя, милая…

– Рауль, ситуация серьезная, – добавил Бенджамин. – Глупо сейчас терять пять человек…

– Что ж ты тогда тянешь?

– Ты прекрасно все понимаешь, – со вздохом ответил Александрит. – Я могу дать слово…

– Не интересует, – отмахнулся Каверне. – Да, и клятвы на Стихии тоже не предлагай. Сам знаешь почему!

Последнее предложение он произнес явно парадируя. Я смысла не понял. Но Александрит ощутимо нахмурился. Он видимо намек считал…

– Хватит, – раздался голос Туманова.

И, да, он все‑таки сумел «прийти в себя». Выглядел он даже бледнее себя прежнего, волосы торчали в разные стороны, костюм был порван, но по крайней мере из него больше не торчали щупальца.

– Вы все равно не договоритесь, – сказал он. – Сделаем один факультет. Тем сильнее будем.

– Согласен, – уже через секунду добавил Каверне. И улыбнулся. – Решения будем принимать коллегиально.

– Тоже согласна, – бросила Теплова. – Только давайте уже быстрее!

Довольно быстро вся аристократическая верхушка пришла к единым выводам, и тогда уже выбора у Бенджамина не осталось.

Они начали торопливо решать, кто останется в Зале.

– Думаю, никто не будет против того, чтобы заморозить всех не из нашего факультета здесь, – вставил также Каверне. – В назидание предателям, так сказать.

Речь шла про «отбросов» и, конечно, эту идею поддержали.

Я к тому моменту подобрался к выходу на расстояние метров десяти. Как раз та точка, которая была мне нужна. И уже там, сосредоточившись, зажег Меч и, использовав Разрез, повторно разбил барьер Бенджамина, который тот к тому моменту восстановил.

Грохнуло.

Раздались крики, а сразу после них – хлопки.

Джимпо принялся одного за другим выкидывать через дверь народ с факультета Чиза. Я в свою очередь, резко сменил направление. Приближаясь теперь уже к четырехрукому Гривосу.

Убедился, что Каверне смотрит в другую сторону…

…и тут же полоснул Гривуса Мечом.

В этот раз специально бил просто чтобы он выпустил Баминга. Сработало…

Хлоп!

Аристократ из моей группы исчез со следующим хлопком. Я же отпрыгнул обратно, а после создал большую Телекинетическую Стенку отодвигая аристократов, создавая коридор для «отбросов».

В следующие секунды успело проскочить еще несколько человек. Потом снова что‑то грохнуло…

И внезапно потухли уже все светляки в Зале.

На миг все погрузилось во тьму. Потом аристократы снова зажгли свои, но они разогнали мрак едва‑едва. И только рядом с выходом. В глубине же Большого Зала почудилось нечто, отчего даже у меня волосы едва ли не дыбом встали…

Сквозь крики паники донесся усиленный голос Бенджамина, требующий карточки. Про «отбросов», к их счастью, все забыли. И они почти без препятствий стали выбегать наружу.

А следом и аристократы, наконец, создали свой факультет.

Выходя, меня все‑таки заметил Каверне. Но задерживаться не рискнул. А я не стал приближаться, дожидаясь пока дорога расчистится.

Ну и вскоре в Большом Зале кроме меня и Джимпо осталось всего несколько человек…

Тех, кто не вошел в окончательный список.

Двое стихийников, которых я не знал по именам, но одного из них помнил – он охранял «загон» с отбросами.

И еще троих.

Чель Бару…

Иван Снегов…

Нико Делакия…

Перед тем, как выйти, татуированный аристократ Валор бросил взгляд на свою Слугу. Еще дольше задержалась Альба Капетинг, глядя на друга детства. Но в итоге оба ушли.