Парфия и Рим. Четыреста лет побед и поражений - Наумов Леонид Анатольевич - Страница 3

После смерти Ирода Великого по всей стране вспыхнул ряд восстаний, и про одно из них, которое произошло в Галилее, Иосиф Флавий пишет: «Этот Иуда собрал около галилейского города Сепфора огромную толпу отчаянных людей, сделал набег на царский дворец, захватив все находившееся там оружие, вооружил им всех своих приверженцев и похитил все находившиеся там деньги. Так как он грабил и брал в плен всех, кто ему попадался на пути, то он всюду вселял ужас. При этом им руководило желание добиться высшего положения и даже царского достоинства; впрочем, он рассчитывал добиться этого не столько доблестью, сколько дерзким захватом». Зелоты верили, что Бог поможет освободить страну от римского владычества. Но для победы необходимы активные усилия патриотов – вооруженная борьба против оккупантов. Именно Галилея стала центром сопротивления зелотов. В «Иудейской войне» Флавий называет Иуду очень уважительно – «замечательным законоучителем, который укорял иудеев в том, что они, кроме Бога, признают над собой еще и власть римлян». Ниже мы будем подробно разбирать этот фрагмент и увидим, что Иосиф Флавий, скажем так, «был неточен». Об этом политике говорит и апостол Лука: «…явился Иуда Галилеянин и увлек за собою довольно народа; но он погиб, и все, которые слушались его, рассыпались» (Деян. 5.37).

Карта Иерусалима времен Нового Завета

Отзвук этих событий есть и в Евангелии от Луки. «В это время пришли некоторые и рассказали Ему о Галилеянах, которых кровь Пилат смешал с жертвами их» (Лк. 13.1). Трудно сказать точно, о чем идет речь. Скорее всего, о том, что Пилат «возбудил новые волнения тем, что употребил священный клад, называющийся Корбаном, на устройство водопровода, по которому вода доставлялась из отдаления четырехсот стадий. Народ был сильно возмущен, и, когда Пилат прибыл в Иерусалим, он с воплями окружил его судейское кресло. Но Пилат, уведомленный заранее о готовившемся народном стечении, вооружил своих солдат, переодел их в штатское платье и приказал им, смешавшись в толпе, бить крикунов кнутами, не пуская, впрочем, в ход оружия. По сигналу, данному им с трибуны, они приступили к экзекуции. Много иудеев пало мертвыми под ударами, а многие были растоптаны в смятении своими же соотечественниками. Паника, наведенная участью убитых, заставила народ усмириться»[8].

Очень яркий рассказ содержится в Евангелии от Иоанна, после чуда с насыщением пяти тысяч человек. «Иисус же, узнав, что хотят прийти, нечаянно взять Его и сделать царем, опять удалился на гору один» (Ин. 6.15). «Взять Его и сделать царем» – какое выразительное место! Понятно, что, увидев сверхъестественные способности Иисуса, оппозиционные силы пытались провозгласить Его царем. Однако это совсем не входило в Его планы. «Старайтесь не о пище тленной, но о пище, пребывающей в жизнь вечную, которую даст вам Сын Человеческий…» (Ин. 6.27).

Кто эти люди, которые пытались использовать Иисуса в политической борьбе? Скорее всего, зелоты, потому что только они готовились к политической борьбе за свободу.

Однако и после того как Христос отказался от сотрудничества с ними, зелоты не должны были оставлять Иисуса и учеников без внимания. Как относились зелоты к Иисусу? Мы предполагаем, что в Его окружении они были, один апостол носил такое прозвище – Симон Зилот. Некоторые исследователи предполагают, что их было больше. Наверное, установление царства отвечало тайным ожиданиям и некоторых апостолов. По крайней мере, именно так думали сыновья Зевдеевы еще перед самым входом в Иерусалим.

Вместе с тем убежден, что, столкнувшись с выбором «Иисус или партия зелотов», они выбрали бы Иисуса. Однако, может быть, партия зелотов не требовала такого выбора от них. Зелоты могли рассчитывать, что Галилеянин все-таки решит стать царем, и тогда они смогут использовать Его в своей борьбе против Рима. Вдруг Он все-таки решит призвать на помощь «двенадцать легионов ангелов» (Мф. 26.53) и разрушить власть ммперии, тогда они поддержали бы Его в борьбе.

Конечно, сам Иисус другого ожидал от иудеев. «Иерусалим! Иерусалим! избивающий пророков и камнями побивающий посланных к тебе! сколько раз хотел Я собрать чад твоих, как птица птенцов своих под крылья, и вы не захотели!» (Лк. 13.34).

Мы знаем, что Христос знал о грядущей своей гибели в Иерусалиме. Он понимал, что силы тьмы огромны. Но очевидно также, что долго время надеялся, что Иудея и Иерусалим встретят Его не только враждебностью и не только надеждой на чудесное могущество. Наверное, если бы это произошло, судьба еврейского народа была бы другой.

С точки зрения зелотов, не понимающих замысла Иисуса, все складывалось в целом неплохо. Иисус вошел в Иерусалим под возгласы «Осанна (Хошиана)!», «Спасай нас!». Это возглас, которым приветствовали царей.

«Благословен Царь, грядущий во имя Господне!» — кричал народ, по свидетельству другого евангелиста (Лк. 19.38). Речь шла о появлении царя Иудейского, который должен был разрушить римское господство.

Иисуса поддерживали прежде всего галилеяне, ведь именно среди них Его проповедь получила наибольшее распространение. Здесь следует учитывать контекст. Восстания в Иерусалиме происходили чаще всего в дни религиозных праздников, о чем сообщает Иосиф Флавий. Это понятно: растет энтузиазм и возбуждение народа. Но главное, что в город стекаются десятки тысяч паломников, которые и являются основной силой восставших. «Огромные толпы народа собирались в город не только с целью помолиться, но и для того, чтобы выразить свое негодование по поводу насилий» римских властей[9]. Среди паломников выделяются свой наивной и самоотверженной верой и неприятием Рима галилеяне – земляки Иисуса. Наоборот, сами иерусалимцы часто скептически относятся к сопротивлению и не хотят рисковать. Так, например, во время восстания 4 года до н.э. «городские <…> жители старались умыть себе руки от соучастия в восстании, объявляя, что они лично ни в чем не нарушали спокойствия; ради праздника они были вынуждены впустить в город народную массу, но <…> ничего общего не имели с мятежниками»[10].

Историки давно обратили внимание на одно обстоятельство. В Евангелии от Иоанна сообщается, что в аресте Иисуса, видимо, принимала участие когорта – «воины и тысяченачальник» (Ин. 18.12). В латинском тексте написано трибун когорты! Зачем? То, что мы знаем о событиях той ночи, не предполагает привлечения такого количества солдат. Там были только Иисус и апостолы, у них было «два меча»… Для этого более чем достаточно двух десятков легионеров. Если Пилат поднял ночью когорту и направил ее за город, то это говорит о его большой тревоге. Когорта должна была фактически оцепить всю Масличную гору, перекрыть все тропинки и подавить любое возможное сопротивление. По сути, Иоанн говорит нам: римские власти не имели ясного представления о том, что проповедует Сын Человеческий, видели в нем бунтовщика, ожидали кровопролития. Вместе с тем если попытаться взглянуть на происходящее глазами римского префекта, то многое станет ясно. Он видел во всем происходящем явные признаки мятежа.

Вспомним и другое. Главные обвинения в адрес Иисуса, которые озвучивают старейшины перед Пилатом: «Мы нашли, что Он развращает народ наш и запрещает платить подать кесарю, называя Себя Христом Царем» (Лк. 23.2). Именно этот вопрос и задает префект первым и, поняв, что перед ним не заговорщик, сразу меняет отношение к Нему.

Следует учитывать еще одно обстоятельство: зелоты в своей борьбе против Рима, видимо, рассчитывали на помощь иудеев Парфии.

В правление императора Калигулы произошел политический кризис. Антииудейски настроенные публицисты в Александрии обратили внимание императора на то, что «все-де подданные Римской империи… воздвигают в честь Гая алтари и храмы и всюду почитают его, как бога; одни только александрийские иудеи считают позорным воздвигать в честь его статуи и клясться его именем»[11]. Император решил покончить с этим и направил приказ наместнику Сирии Петронию «воздвигнуть в храме Господнем его статую, если же они окажут сопротивление, сделать это с оружием в руках». Наместник Петроний с двумя легионами и союзническими войсками подготовился к выступлению (хотя и не рвался выполнять приказ). Зиму римские войска провели в Птолемаиде и весной были готовы к походу.