Клифт от Бриони. Дилогия (СИ) - Путилов Роман Феликсович - Страница 20

— То есть ты теперь понял, насколько горек хлеб начальника, когда приходится командовать такими разгильдяями, как мы с тобой. Ладно, не буду тянуть резину, рассказывай, как с работой справляешься?

— Хреново справляюсь, скажу честно. — Небогатов потянулся на стуле, так, что у того скрипнула спинка: — Мне неделю назад дали трёх оперов, все пришли с «гражданки», нулевые абсолютно, годятся только на «шухере» постоять, а спрашивать службу сразу стали за шестерых человек.

«У вас больше всего народу, больше чем на любой линии или территориальной зоне» — передразнил он кого-то из начальства, после чего мрачно продолжил: — Через три месяца их всех разом заберут на переподготовку, поэтому с кадрами полная жопа. Люди приходят, узнают, что почти полгода надо почти бесплатно стажироваться, потом еще три месяца ждать первой зарплаты, да еще работа с одним выходным, с постоянными усилениями, и говорят — на хрен ваша милиция нам нужна, на гражданке даже лучше. Один плюс у молодого пополнения — у одного перца родители богатые, есть права и машина, а то я задолбался за всех, в одного, баранку крутить.

— Могу помочь с результатами, через месяц, примерно. Встанем на трассе и будем фуры с Юга потрошить. Собаки будут, политическое и юридическое прикрытие будет, ты главное людей и пару машин обеспечь, и средства связи, желательно пять — шесть носимых раций.

— Паша, да кто нас пустит на трассу? Там без нас, куча народу кормиться.

— Не бойся, формально и территориально мы в основном будем работать в городе, а во- вторых, я же сказал, что будет прикрытие, может быть даже на областном уровне. С тебя люди, тебе весь успех и результат. Пусть даже ты не будешь раскрывать сбыт на территории района, зато, по моим расчетам, будешь оптовые партии наркоты изымать.

— Паша, ну если реально так будет, как ты говоришь, то я твой должник. — Николай просто расцвел за последние несколько минут, видимо, реально задолбали его начальники и прочие руководители.

— Ну ты, Коля, тоже, губы сильно не раскатывай, может быть, нам через пару недель дадут по рукам, поэтому надо сразу, без раскачки начинать работать, чтобы результат был очень быстро.

— Паша, да мне бы первый квартал нормально закрыть, чтобы «капитана» в срок получить, а там дальше хоть трава не расти…

Тепло распрощавшись с Небогатовым, я вышел на улицу прошел в двести метров сторону улицы Зимовщиков на Льдине метров и встал на обочине дороги.

Опыт, как говорится, не пропьешь. Стоило подождать пару минут, как от здания Дорожного РОВД стартовала бежевая тушка патрульного «УАЗа», чтобы скрипя тормозами, остановиться у пешеходного перехода, прямо напротив моей, «голосующей» фигуры.

— Здорово, парни. — я втиснулся на заднее сиденье милицейского вездехода: — Поехали, добросите меня в сторону Колизея.

— Скажи, что Громов с каждым годом наглее и наглее становится? — Напарники — прапорщики Окунев и Реканов переглянулись, оскалившись.

— Не, если кто-то мне не рад, я не гордый, могу и здесь выйти. Тут ночи не спишь, все о народе думаешь, как бы товарищам своим подсобить…

— Депутат милиционеру не товарищ…

— Погоди… — Окунев всегда был более внимательным к словам: — Насчет «подсобить товарищам» хотелось бы подробностей.

— Ладно, давайте серьезно поговорим, вон у того черного джипа притормози и пять минут постоим. — я откинулся на спинку протертого дивана: — Короче, я попытался мэру подсунуть на подпись положение, относительно премирования муниципальной милиции… Помните, как при Союзе было? Ты грабителя задержал, и тебе через пару дней в Ленинской комнате торжественно премию в конверте вручают? Это когда вы каждый вечер на задворках хлебокомбината паслись и через день «несунов» с мешками хлеба или муки оттуда в дежурную часть притаскивали и у вас премиями, в итоге, полторы зарплаты получалось?

— И что? И что мэр? — милиционеры чуть шеи не свернули себе, обернувшись назад и не сводя с меня ждущих чуда взглядов.

— Да ничего хорошего. Финансисты разнылись, что денег в бюджете нет и если вам платить за каждого пойманного жулика, Город разорится.

— Вот суки!

— Согласен. — продолжил я: — Ну, в итоге, меня заставили лепить сказочную эрзац — хрень с нематериальными мерами поощрения. Ну, помните, как в уставе — фото героя на фоне знамени части, грамоты и благодарственное письмо на родину.

Судя по унылым физиономиям моих бывших коллег, ни одна из озвученных мер нематериального поощрения их не впечатлила.

— Ну и я, чтобы вас в этот «блудняк» не вовлекать, предложил в качестве эксперимента первоначально «откатать» это положение на роте ППС и участковых Центрального района.

— Ну и? Что хорошего то? — поторапливали меня коллеги понимая, что ради обсуждения очередного эксперимента властей, я бы не стал искать с ними срочной встречи.

— Вы понимаете, что мое имя не должно прозвучать? Вообще, мы с вами, практически не знакомы и не виделись уже несколько месяцев? — я строго оглядел своих приятелей.

— Не волнуйся, мы могила…

— Я считаю, что вам надо поговорить со знакомыми из Централки…

— И что сказать?

— Слышали такое понятие «итальянская забастовка»?

— Это что, жуликов не ловить?

— Да нет, жуликов ловить надо, и это однозначно. А вот к административной практике надо отношение переменить. То есть перестать составлять протоколы на всяких разных мелких хулиганов и прочих «появление в пьяном виде в общественных местах».

— И что это даст?

— Парни, а вы помните день, когда решили, что милиционер должен за проезд в метро платить?

— Ну да, что-то такое было.

— Ну, вот и надо повторить, а то ведут с нами не как с людьми, а как с животными, над которыми можно преспокойно ставить свои преступные и сомнительные эксперименты.

Иногда ближайшее окружение действующего Президента напоминали мне большевиков осени семнадцатого года, которые, захватив власть в огромной стране, не имели понятия о том, что с этой властью делать. Но те дворяне и интеллигенты были одержимы идеей все изъять, поделить, а потом отменить государство, как механизм насилия, эти же хотели все изъять, подгрести под себя, а государство сделать максимально дешевым механизмом, в идеале, вообще не требующим никаких социальных затрат.

Попытка обязать милицию платить за проезд в метро была одним из этих социальных экспериментов, который трусливая власть «финансистов — экономистов» трусливо провалила. Нет, никакого организованного сопротивления не было, противодействие было хаотичным, но повсеместным. Где-то отделы по охране метро отказались спускаться под землю и заступать на дежурство, так как чтобы пройти к месту несения службы они должны были ЗАПЛАТИТЬ. Где-то наряды территориальных отделов отказывались спускаться в метро и забирать оттуда задержанных там дебоширов и хулиганов. В общем, на следующий день, как и много раз до этого, трусливая власть демократических финансистов эксперимент свернула, как неудачный и милиции вернули право передвигаться бесплатно любым общественным транспортом.

— Вы парни как думаете, на какую сумму Город получает штрафы с составляемых вами протоколов?

Прапорщики озадаченно переглянулись — очевидно, что данный вопрос никогда не входил в сферу их интересов.

— Так вот, милиция на эти штрафы сама себя содержит, этой суммы хватает, чтобы содержать весь гарнизон Городской и областной милиции, все двадцать тысяч человек, причем заметьте, вневедомственная охрана, опять же, на свое содержание зарабатывает по хозяйственным договорам, еще и прибыль приносит.

Видимо, циферки, с которыми я ознакомился в своем новом поприще, заставили моих собеседников по-другому взглянуть на многие вещи. То, что государство не умело и не хотело собирать эти самые штрафы — это было другим вопросом, ГАИ, к примеру, прекрасно справлялось с этой проблемой. Любой водитель, рано или поздно, приходил в подразделение ГАИ, но там с ним отказывались о чем-то разговаривать, менять или выдавать документы, оформлять продажу машины, пока не будут погашены все, числящиеся на человеке штрафы. Можно было сколько угодно орать, сотрясая кулаками и доказывать равнодушному сотруднику ГАИ, что срок давности по административным штрафам всего шесть месяцев, и они не имеют право…