Признание (СИ) - Баранников Сергей - Страница 52

— Я могу рассчитывать это как нападение на должностное лицо при исполнении служебных обязанностей? — прохрипел он.

— Понятия не имею о чём вы говорите. Я лишь могу сказать, что вы превысили свои полномочия, — спокойно произнёс я, хоть голос и дрожал от большого расхода сил. Всё-таки я здорово устал на вчерашнем празднике, сегодня, пока боролся за жизни пострадавших, а теперь ещё и допрос отнял у меня массу сил.

— Ты ничего не понимаешь, — заявил мужчина, поразительно быстро взяв себя в руки. — Если по столице разгуливал агент вражеской разведки, я обязан знать о нём всё: какое задание он выполнял, добился ли успеха, с кем взаимодействовал, как отправлял добытую информацию. Всё! Ради этого можно пожертвовать ментальным здоровьем одного ничего не значащего человека.

— А что, если я скажу вам, что этот ничего не значащий человек спас жизнь человека в метро и за неполных три года практики спас больше сотни жизней? Вы всё ещё с лёгкостью променяете эту жизнь на пустые попытки хоть что-то разузнать?

— Можете быть свободны, — процедил духовник кивнув в сторону двери.

Москву мы покинули лишь на следующий день. Пришлось провести сутки в больнице и почувствовать себя пациентом. Таковы правила, написанные ценой не одной жизни. После серьёзной аварии непременно нужно отправиться в больницу, где целители проведут детальную диагностику и проследят за состоянием здоровья. И если меня с Лерой могли отпустить ещё в тот же день, то Мокроусова придержали до утра.

— Не волнуйтесь, отдыхайте, — успокаивал нас местный заведующий отделением. — Когда ещё представится такая возможность? У нас условия всяко лучше, чем ночевать на вокзале, а снимать жильё в гостинице — не самое дешёвое дело. Следующий поезд на Градовец только завтра, так что торопиться вам точно некуда.

С одной стороны, такая забота была приятной, но мне показалось, что мужчина просто заботится о наполняемости отделения, потому как в палате для четырёх человек у меня был всего один сосед — Мокроусов, а Лера вообще лежала одна. Разумеется, ни один заведующий отделением не захочет сокращать койко-места и персонал.

В больнице нас проведала Элина. Девушка примчалась уже под вечер, когда время для посещения уже закончилось, но я подозревал, что для Гросс эти правила не действуют.

— Вас нельзя никуда отпускать, — недовольно сморщила носик девушка, словно мы маленькие дети, которые озорничали и вляпались в какую-то беду.

— Надо было с нами ехать, было весело, — обиделся Артём.

— Вот уж благодарю за заботу, — хмыкнула девушка. — Я посчитаю это за очень изощрённую попытку намекнуть, что тебе хочется быть рядом в любой ситуации.

— Чего? — не понял парень, а мы с Лерой заулыбались.

— Элина, ты с нами? — поинтересовался Мокроусов, придя в себя.

— Прости, у меня ещё есть дела в Москве, — покачала головой Гросс. — Нужно встретиться с партнёрами отца и уладить пару важных дел.

— Ты не поедешь на поезде? — удивился Артём.

— Нет, доеду на машине. Поверьте, я буду на месте раньше вашего, можете не беспокоиться. Собственно, я уже должна быть в дороге, но как только узнала о случившемся, сразу поспешила сюда. Не волнуйтесь, я уже переговорила с Мечниковым, он говорит, что ничего серьёзного не случилось. Впрочем, вы ведь и сами это знаете.

Девушка поднялась и взяла в руки сумочку.

— Я рада нашему знакомству. Увидимся в Градовце!

— Вы видели, как она на меня посмотрела? — повернулся к нам Мокроусов, когда Элина ушла.

— Ты уверен, что она смотрела именно на тебя? — улыбнулась Лера.

— Думаешь, у Гросс косоглазие? — надулся парень. — Я точно видел, что она смотрела на меня, так… Сложно объяснить сразу…

— Ты только уточни момент, когда Элина посмотрела на тебя. До того, как ты сморозил глупость, или уже после? — поддел я Мокроусова, и тот обиженно замолчал.

Я успел заметить, что между Элиной и Артёмом проскочила какая-то искра, но где Гросс, а где Мокроусов. Это разные миры, которые соприкасаются крайне редко, и, как правило, ничего хорошего от этих моментов не случается.

В Градовец мы вернулись с большой радостью. Несмотря на поездку в Москву, которая должна была показаться приятным путешествием, мне невероятно хотелось домой. Да, именно это место я считал своим домом, поэтому ни Селиванов, ни Шеров пусть даже не мечтают о том, чтобы я сменил место работы. Мысли о продолжении карьеры после обязательной отработки у меня уже кружились в сознании, поэтому я невольно задумывался об этом и разговаривал на эту тему с Лерой. Пока жена меня полностью поддерживала.

Возвращение на работу принесло новые неожиданные вызовы. Не успели мы отчитаться о выполнении этого задания, как Радимов уже придумал новое.

— Костя, хорошо, что ты приехал! — выпалил Егор Алексеевич, увидев меня в коридоре отделения.

— Да я и сам рад поскорее вернуться домой, — ответил я, прекрасно понимая, что радость заведующего вызвана совершенно по другой причине. Скорее всего, уже придумал для меня очередное задание. Тут и предчувствие не понадобилось.

— Дома отсидеться не получится. Есть одно дело, как раз по твоему профилю. Группа геологов обнаружила на севере нашей губернии поселение людей, которые с прошлого века оборвали любые контакты с внешним миром и живут вдали от цивилизации. Как удалось установить, они основали поселение ещё при правлении отца императора Леопольда, а о Михаиле Леопольдовиче и Алексее Михайловиче даже не слыхали.

— Это ведь больше пятидесяти лет получается, — мысленно прикинул я. — Нельзя вот так просто врываться в закрытую экосистему и налаживать контакты. У местных банально не подготовлена иммунная система к современным мутациям вирусов.

— Хорошо, что ты это понимаешь, потому как некоторые коллеги, которые выше тебя по званию, на городском совещании искренне удивлялись моей реакции на эту новость и не видели ничего страшного. В общем, медицинская коллегия попросила меня организовать экспедицию целителей и обеспечить выживание местных.

— Вы предлагаете мне поехать? — догадался я.

— А почему бы и нет? Ты у нас человек хоть и семейный, но детский целитель тоже потребуется, поэтому мы вас с Лерой отправим, а в помощь снарядим Мокроусова и ещё пару человек.

— Всё настолько серьёзно?

— Там шестнадцать дворов, около полутора сотен человек. Можешь представить сколько работы у вас будет.

Я ненадолго завис, представляя огромный полевой госпиталь, который с лёгкостью переплюнет наше отделение. Надеюсь, эти геологи не успели завезти им целую кучу болезней, и мы обойдёмся профилактическими мероприятиями.

— А у них нет своего целителя? — задал я вполне логичный вопрос.

— Увы, но нет. Не знаю, был ли вообще когда-то одарённый целитель в их рядах, но сейчас им нужна наша помощь. Тем более, что местные знахари не знают как справляться с современными заболеваниями. Сам понимаешь, нельзя терять ни минуты. Нужно ехать незамедлительно.

Конечно, мне хотелось остаться в отделении, потому как за последнее время и так выпало достаточно путешествий и испытаний. Но если во мне нуждаются, значит я должен ехать. В Москву, или в тайгу на далёкий север — не имеет значения, потому как пациенты есть везде. И если ждут именно меня, это и есть самое настоящее признание.