Кротовые норы (СИ) - Мусаниф Сергей Сергеевич - Страница 28

Придется по старинке.

Я откинул щиток шлема.

— Кто там в рубке?

— А кто интересуется?

Надо же.

Полковник-граф-высокопоставленный имперский дипломат оказался не так прост, как я думал, если он до сих пор жив.

— Данил, — сказал я.

— А что случилось с нехорошими парнями?

— Я их убил.

— Всех?

— Пока только семерых.

— Тоже неплохо, — решил он. — Ну и чего ты тогда там стоишь, как неродной? Заходи.

Ходовая рубка выглядела так, словно в ней взорвали гранату. Или палили во все стороны из крупнокалиберного оружия.

Основной дисплей был разбит и прострелен в нескольких местах. В кресле пилота сидел труп с нашивками капитана корабля на комбинезоне, у трупа была прострелена голова. Первый помощник Теренс валялся на полу рядом с ним, у него была сожжена верхняя половина туловища. Кто-то поработал над ним из плазмомета.

В углу дымились еще какие-то останки, но их было так мало, что невозможно было определить, кем или чем этот несчастный был при жизни.

Гришу тоже потрепало. Он держал штурмовой карабин левой рукой, потому что правой у него не было, ее отсекли в районе локтя. Лицо полковника было залито кровью, а в бедре зияла спешно залатанная автохирургом дыра.

— Вон тот парень с какой-то странной штуковиной, — сказал Гриша, указав стволом на останки в углу. — Шустрый, как заяц под кокаином, скакал по стенам, бегал по потолку, насилу его утихомирил.

Судя по всему, Гриша держался на боевом коктейле и обезболивающих, которые автохирург поставлял в его кровь в промышленных масштабах. Когда их действие закончится, ему понадобится врач, а еще лучше — медицинская камера, в которой ему предстоит провести, как минимум, пару дней.

Безвылазно.

И это при условии, что у него нет внутренних повреждений, которые я пока просто не заметил.

— Как ситуация? — спросил Гриша.

— Трудно сказать, — ответил я. — Но, возможно, есть какие-то шансы ее стабилизировать.

— Наших видел?

— Только мертвых.

— Вот теперь ты понимаешь, почему мы предпочитаем разбираться с корпорациями на уровне космических флотов.

На первый взгляд, нейропилот «Марго» в перестрелке не пострадал. Я выдрал его материнский камень прямо на «горячую», немного поколдовал со своей броней, доставая из внутреннего кармана Ген… Младшего, поместил его в гнездо и пробросил линию связи.

— И что ты, по-твоему, сейчас делаешь? — спросил Гриша.

— Почему все меня об этом спрашивают?

«Йу-ху!», — возопил Младший, осознав свое новое положение. «Это то, о чем я думаю, босс?»

«Это космический корабль», — подтвердил я. «И я хочу, чтобы ты взял его под полный контроль. Ты видишь, куда мы летим?»

«Его тащат по навигационному лучу», — подтвердил он.

«Продолжай тащиться», — сказал я. Мне нужна была пара минут, чтобы принять решение о том, что делать дальше, и лучше бы в эту пару минут меня никто не беспокоил.

«Конечно, это не крейсер, но надо же с чего-то начинать».

«Найди мне всех людей на борту и выведи их местоположение на схему в режиме реального времени».

«А ширины канала хватит, босс?»

«Хватит».

«Счас сделаю».

— Это какая-то особая кэмпбелловская магия? — поинтересовался Гриша.

— Не говори под руку.

Я ознакомился с курсом. Час двадцать до того момента, как «Марго» пройдет орбитальную оборону Хорезма. Чуть больше двух часов до посадки на поверхность.

Если мы сейчас развернемся, люди на планете почувствуют подвох и нет никаких гарантий, что они не шарахнут по нам чем-нибудь дальнобойным просто на всякий случай. А грузовик не крейсер, щитов у него нет, и увернуться он тоже не способен.

Но, вполне может быть, что они не будут стрелять. Экономия боеприпасов — дело такое, а им ведь еще с имперцами бодаться.

«Хм», — сказал Младший. «Плохие новости, босс. Не знаю, что тут произошло, но часть системы управления маневровыми двигателями выбита на физическом уровне и отсюда я с этим сделать ничего не могу».

Я огляделся вокруг. Сожжённых панелей было больше десятка, сколько кабелей за ними пострадало, это даже Трехглазому Джо неведомо. Восстановить все это в какие-то вменяемые сроки не сможет даже бригада профессиональных ремонтников, да они бы и заниматься таким не стали. Гораздо быстрее заменить все поврежденные модули и пробросить связи заново, и по деньгам примерно так же выйдет.

Два-три дня работы крепких профессионалов при наличии запчастей, которых под рукой нет. И времени найти их, даже если они на борту, тоже нет.

«И какие у тебя остались варианты?»

«Немного. Могу тормозить, могу чуть разогнаться, а вот с маневрами напряг».

«Атмосферные двигатели?»

«С ними все норм».

Похоже, выбора-то и не было. Сесть мы еще худо-бедно сможем, а вот вернуться к имперцам — сильно вряд ли. А что мне делать на Хорезме? Младшую сестру императора спасать, что ли?

Младший вывел мне схему с расположением людей на борту, и их оказалось меньше, чем я думал. Если выбросить из уравнения нас с Гришей, то в живых осталось всего шесть человек. Похоже, имперский десант хоть на что-то годен.

Четверо были у реактора, двое двигались сюда. Вероятно, все они враги, но сколько из них ниндзя?

Скорее всего, двое.

Четверо у реактора — обычные люди, спецам не было смысла толпиться там в таком количестве. Только мешать друг другу будут.

«Задрай все переборки», — приказал я Младшему.

«Ай-ай, босс».

Парней с силовыми мечами это не то, что не остановит, а даже не замедлит, зато всех остальных заставит понервничать.

— Так ты собираешься объяснить мне, что происходит? — спросил Гриша.

— Непременно, — сказал я. — Когда вернусь.

— Я буду здесь, — пообещал он, уселся на пол, привалившись спиной к одной из уничтоженных панелей, и положил штурмовой карабин себе на колени.

Глава 15

Щелк.

В Танцоре больше не было необходимости, и я отправил его во тьму до наступления худших времен, когда он понадобится мне снова. Все-таки, стрельба нравится мне куда больше рукопашной.

Четверо у реактора оказались совсем не киборгами «Ватанабэ» и никаких проблем мне не доставили. Четыре выстрела, четыре трупа, как по учебнику.

Они были последними.

Один из тех двоих в коридоре таки был ниндзя, и вот с ним мне пришлось повозиться. Он даже умудрился легко ранить меня в левую ногу, но автохирург имперской десантной брони отработал штатно, убрал боль, закрыл кровотечение и впрыснул мне в кровь дозу боевого коктейля.

Не знаю, как выглядят зайцы под кокаином, но парень оказался довольно шустрым, и я промахнулся по нему целых шесть раз, и дважды мне пришлось блокировать его удары силовым мечом. Наверное, в этой схватке я превзошел самого себя и вышел за пределы возможностей, потому что в итоге он таки ошибся, и я поймал его на противоходе. Уворачиваясь от шестой моей иглы, он оказался в зоне досягаемости меча, и мне удалось рубануть его по ноге в районе колена, после чего он утратил часть своей прыти, и мой седьмой выстрел оказался точным.

Но на всякий случай я выстрелил в восьмой и девятый разы, чтобы он уже точно не встал. А то мало ли, резервный источник питания подключится или еще что…

В Стрелке тоже не было необходимости, но отзывать его я не стал, потому что слишком хорошо себе представлял, что будет со мной после возвращения в базовый профиль. Мигрень такой силы, что я даже подумать ни о чем не смогу, а ведь ситуация выправилась только на время, и не факт, что дальше не будет хуже.

Каждая лишняя минута в профиле Стрелка только поднимала цену, которую мне придется за все это заплатить, и, возможно, в итоге я просто вырублюсь часов на шесть-восемь, но произойдет это не прямо сейчас. По моим прикидкам, до того, как меня насильно выкинет в базовый профиль, оставалось еще часа два или что-то около того.

Времени впритык.

Я вернулся в ходовую рубку, и Гриша действительно все еще был там.