Войны скавенов. Черная чума - Вернер К. Л. - Страница 245

Из своего нового убежища Винцент видел весь Вартенхоф. От этого зрелища внутри разверзалась пустота. Он был последний живой человек во всем городе. Во время очередной вылазки за едой лесничий видел обглоданные останки Развана. Обезумевший трупоед нашел союзников, не боявшихся тесака.

Винцент был последним человеком в Вартенхофе. А может быть, и последним в Империи, на всем белом свете. Чума забрала многих, а уцелевшие могли сгинуть в когтях нежити.

Воистину боги покинули человечество. Чего такого ужасного Винцент натворил, чтобы они оставили его после гибели всех остальных, лесничий не знал. Он лишь понимал, что остался здесь один.

И это было горше смерти.

На развалинах Вартенхофа прошло несколько недель. Винцент привычно бродил по округе, добывая провизию в домах умерших. Когда хватало сил, он возвращался к себе домой и часами сидел рядом с Миркаллой. Понемногу одиночество приучило его не замечать ее состояния. Он почти мог представить ее такой, как при жизни. Лесничий начал с ней разговаривать, рассказывать ей, что случилось за прошедшие дни. В глубине души он понимал, что это безумие, что жена его — лишь бесчувственная оболочка. Но он знал и то, что, лишившись и этого странного общества, окончательно свихнется.

Надежда забрезжила однажды зимой, когда Винцент шел к жене. Прыгая по крышам, он заметил внизу что-то необычное. Держась за трубу, чтобы не свалиться, лесничий смотрел вниз, в переулок, и тер глаза.

Нет, это был не жестокий обман зрения. Там лежало тело, разложившегося зомби. Он был убит ударом копья в грудь, а верхнюю часть черепа снесли клинком. Такое было недоступно примитивному подобию сознания у нежити. Это сделал кто-то еще… живой.

Винцент поспешил вперед над пустынными улицами. Там и сям попадались новые доказательства того, что в городе кто-то есть — разрубленные тела других зомби. И все же лесничий не мог никого найти. Страх шептал в уши, наполнял его ужасным сомнением. Может статься, здесь и нет никого, и это сам Винцент напал на зомби, но был настолько не в себе, что тут же и забыл!

Вот этого только не хватало. Презрев опасность, лесничий спрыгнул вниз и бросился туда, где лежал один из зомби. Глаза с профессиональной дотошностью присматривались к земле, но чем больше он глядел, тем больше падал духом. Следов не было — по крайней мере, следов живых. Размазанные отпечатки ног зомби было ни с чем не спутать, а кроме них нашлись только следы животных.

Прежде чем отчаяние полностью овладело им, Винцент подумал, что найденных им зомби кто-то все же прикончил. Может, лесничий и не обнаружил их следы, но признаки деятельности отрицать было невозможно. Живые где-то здесь, и он их найдет!

Карабкаясь на ближайшую крышу, Винцент решил продолжить поиски. Ждать первых результатов пришлось недолго. С крыши дома торговца он увидел таверну. Стало понятно, почему на улицах нет активных зомби, — вокруг таверны собралась толпа нежити, сплошное кольцо гниющей плоти. Тому могла быть лишь одна причина: в таверне есть кто-то живой.

Винцент поспешил туда, ведомый отчаянной надеждой и желанием успеть. Кто бы там ни был, он в ловушке. Если только не догадается прорубить потолок, как это сделал он сам…

Винцент подавил в себе страх. Найти кого-то спустя столько времени и тут же потерять, даже не услышав звук его голоса, — нет, это было бы слишком ужасно! Неужели боги настолько жестоки?

Приближаясь к таверне, Винцент увидел, что вся округа кишит нежитью. У него в желудке похолодело, когда среди полусгнивших зомби он заметил тех, с кем когда-то был знаком. Толпа наступала на бревенчатые стены здания, какие-то слабые отголоски разума влекли их к дверям и окнам. Кулаки слепо молотили по забаррикадированным входам в упорном стремлении прорваться внутрь.

С ближайшей крыши Винцент смотрел на них. Прыжок на крышу таверны казался отчаянно рискованным: одно неверное движение — и он рухнет наземь в безжалостные лапы нежити. На миг лесничий задумался: а не уйти ли вообще, оставив людей, запертых в таверне, на произвол судьбы? Но ужасный призрак одиночества пересилил страх, ибо пугал еще больше. Смерть не так ужасна, когда в жизни особо не за что держаться.

Шепотом вознеся молитву Таалу, Винцент прыгнул. Он едва не промахнулся и руками вцепился в кровельные доски. Сжав зубы от боли, причиняемой занозами, лесничий старался не соскользнуть, не ослабить хватку. На какой-то миг он повис над толпой зомби. Винцент рискнул глянуть вниз и похолодел, поняв, что многие перестали атаковать окна и двери. Они собрались под ним и тянули к нему когти, едва не хватая за ноги. Взвыв от ужаса, лесничий напрягся изо всех сил, подтянулся и влез на крышу, подальше от кошмарной толчеи.

Тяжело дыша от усталости и пережитого страха, он несколько минут не мог пошевелиться и просто лежал на досках. К действиям его побудил звук раскалывающейся древесины и пронзительные вскрики, мучительные, нечеловеческие. Лесничий тут же принялся кромсать доски топором, пока не пробил окошко в комнату.

Винцент не медлил. Как только дыра стала достаточно большой, он прыгнул вниз. Спешка не дала ему сначала посмотреть туда — повести себя хоть чуть осторожнее, что, между прочим, много недель спасало ему жизнь. Ошибка едва не оказалась фатальной.

Внизу была спальня, теперь так провонявшая мертвечиной, что у Винцента на глазах выступили слезы. Пытаясь проморгаться, он не заметил фигуру, неловко поднявшуюся с постели и двинувшуюся к нему. Он осознал ее присутствие, лишь когда ему в руку впились цепкие пальцы.

Винцент заорал от боли, чувствуя, как когти погружаются в тело. Он попытался развернуться, чтобы ударить нападающего топором — и застыл на месте. Даже личинки, кишащие на том, что осталось от лица, не мешали узнать сержанта Андреаса. Еще ужаснее, однако, было то, что зомби будто узнал его, и гнилое лицо исказила ненависть.

Винцент позабыл обещание, которое вынужденно дал Андреасу, но даже в таком жутком состоянии зомби помнил. Помнил и желал отмщения!

Прежде чем Винцент смог обрушить на него топор, Андреас схватил его за руку и остановил оружие. Теперь, когда обе руки были обездвижены, лесничий не знал, как избежать щелкающих зубов нежити. Он оказался втянут в кошмарный танец, шагая туда-сюда по темной зловонной запертой комнате с ужасным чудовищем, жаждущим его смерти. С каждым движением силы покидали его вместе с кровью, хлещущей из разодранной руки.

Кружась по комнате, Винцент прекратил попытки вырваться из хватки Андреаса. Вместо этого, собрав последние силы, лесничий сомкнул пальцы на гнилой плоти зомби и остановил чудовище. Яростно рванувшись вперед, он бросился на противника, толкая его к запертой двери.

Человек и нежить обрушились на дверь, удерживавшую зомби внутри, и разнесли ее. Они вылетели на лестничную площадку и перелетели через балюстраду. Дерево затрещало от удара, когда Винцент и Андреас рухнули на пол внизу. Винцент оказался сверху и постарался сделать так, чтобы зомби принял на себя тяжесть удара. Он услышал хруст костей, когда Андреас ударился о твердый деревянный пол.

Сам он был не в лучшем состоянии. Винцент почувствовал, как что-то хрустнуло в левой ноге, и закричал, когда при падении вывернулось запястье. Весь побитый, он попытался встать с раздавленного зомби, но обнаружил, что тот не ослабил хватку.

Андреас принял на себя удар, но не осознавал, насколько пострадал. Зомби накинулся на Винцента, клацая челюстями, перекосившимися от удара головой. Лесничий отпрянул, пытаясь избежать обвиняющего взгляда чудовища.

Поднимая за собой зомби, Винцент кричал, зовя живых, забаррикадировавшихся поблизости. Если только они смогут ему помочь, прежде чем Андреас свершит свою ужасную месть!

Гнилостное дыхание зомби обдало его, когда чудовище приблизилось, пытаясь вцепиться ему в глотку. Винцент оттолкнул мертвеца, понимая при этом, что вскоре неутомимая нежить одолеет его собственные силы, которые были уже на исходе.