Незабудка. Сила любви - Гир Керстин - Страница 3

– Я буду через двадцать минут. Даже через пятнадцать, если… – Тан взглянул в зеркало заднего вида, откуда болтунья-кузина слушала его, раскрыв рот. – Если потороплюсь. – Он отложил мобильный телефон в сторону.

– Это был латышский? – спросила девушка. – Знание иностранных языков, безусловно, полезно при поиске работы. Потому что сначала, конечно, мы должны найти тебе достойную работу, чтобы наставить тебя на правильный путь.

– Закрой рот! – прорычал по-норвежски Тан. Ему нужно было подумать.

Ближайший полезный портал находился в торговом центре неподалёку. Он арендовал автомобиль под чужим именем, поэтому мог просто его оставить на парковке. Но сначала нужно было избавиться от болтуньи. И желательно немедленно. Он остановился на обочине и достал из ящика для мелочей пояс с большим ножом, после чего вышел из автомобиля и открыл заднюю дверь.

– Матерь Божья, – пробормотала девчонка, когда Тан бесцеремонно вытащил её из автомобиля, уложил на траву рядом с валяющимися пластиковыми бутылками и достал свой охотничий нож.

Двумя энергичными движениями он освободил ей руки и ноги.

– Можешь идти!

Но девушка даже не шелохнулась.

– Ты свободна, проваливай, – повторил он.

– О. – Она огляделась. – Не могли бы вы отпустить меня где-нибудь в другом месте, пожалуйста? Уже темно, я понятия не имею, где мы находимся, а девушке не рекомендуется оставаться одной в такое время, понимаете?

«Серьёзно? Да что с ней такое, чёрт побери?»

– Гарантирую, что сегодня ты не встретишь никого опаснее меня. («И вообще никогда в жизни. Ведь я, Тан Халворсен, чёрт возьми, самый молодой, кто удостоился знака почёта в своём отряде! Разве она не понимает, что ей чуть не перерезали горло? Неужели я действительно выгляжу таким безобидным?») – Раздосадованный Тан обошёл автомобиль и сел за руль.

– Но… я даже не знаю вашего имени, и вообще, я хотела вам помочь, – умоляюще произнесла болтунья. – Если вы дадите мне номер своего телефона, я, конечно, сохраню его в тайне… А вы не могли бы вернуть мне мой телефон?

Девушка была в растерянности. Тан не стал отвечать, а просто захлопнул дверь и нажал на газ. Он даже не услышал, как она прошептала:

– Когда мы снова встретимся?..

«1»

Квинн

– Стоп! – По сигналу Жанны мы остановились. – Вероятно, гражданский патруль. Это часа на два. Постарайтесь не выделяться.

Мы сделали вид, что рассматриваем граффити «Равные права для всех» на фасаде одного из зданий. Впрочем, не выделяться было не так просто, потому что Фарис, как обычно, пошёл на Грань с голым торсом, чтобы весь мир мог полюбоваться его подтянутыми мышцами груди и прессом.

– Ты можешь превратиться в горного льва, но не можешь нафантазировать себе футболку? – с раздражением спросил я.

– Какой цвет ты предпочитаешь? – иронично поинтересовался Фарис, за секунду сменив несколько маек, просто чтобы покрасоваться. С тех пор как он оправился от истории с химерой, он снова стал похож на себя прежнего.

Я закатил глаза.

«Когда он потеряет бдительность, я ради смеха снова нафантазирую ему пушистые кроличьи ушки. В прошлый раз это у меня вышло хорошо. Фарис ходил с ними целых полчаса, даже не замечая. Жаль только, что в реальном мире такое не работает».

– Ложная тревога, – сказала Жанна, которая, как всегда, никого не спросив, назначила себя главной. – Ну же, пойдёмте. А ты, грустный призрак студента, перестань красться за нами. С тобой мы только привлекаем к себе лишнее внимание.

Чёрно-белый призрак в комбинезоне, который увязался за нами от портала, понурил плечи:

– Я думал, что смогу быть полезным.

– Даниэль, ты мог бы подежурить при входе в портал, – предложил я, потому что разочарование, прозвучавшее в его голосе, было трудно вынести. Даниэль умер в 1974 го-ду, но почему-то до сих пор ещё не осознал этого.

– Да, ты бы очень помог, приятель, – поддержал меня Фарис. – Если бы не ты, то мы бы сегодня попали прямо в туман-дурман. – Повернувшись к Жанне, он тихо добавил: – Вот видишь, он уже не такой грустный. Он просто хочет чувствовать себя полезным членом «Пандинуса Императора». Будь с ним поласковее.

– Как мило, что ты думаешь о чувствах призраков, – сказала Жанна. – Спойлер: они все грустные. Потому что они мертвы. И поэтому абсолютно БЕСполезны.

К счастью, призрак Даниэля этого не услышал, потому что уже возвращался к порталу.

Улица выглядела менее оживлённой, чем несколько недель назад. После восстания чёрных эльфов большинство жителей Города Теней оставались дома. Те, кто был вынужден по делам выходить на улицу, вели себя крайне осторожно и чаще оглядывались по сторонам. Особенно когда останавливались, чтобы поговорить друг с другом. Группы, состоящие более чем из двух существ, теперь считались сборищем, а сборища были запрещены.

Я всмотрелся в голубое небо. Говорят, нексы отправили Сирин кружить и наблюдать за Городом Теней, но Жанна сказала, что это всего лишь слухи, чтобы всех запугать. Я надеялся, что она права, потому что это были страшные существа – убийственные гигантские совы с человеческими лицами. Я определённо не хотел бы столкнуться с ними снова.

– Идём дальше, – приказала Жанна.

Я с трудом удержался, чтобы не толкнуть её в бок.

«Ты можешь многому научиться у Жанны д'Арк – она лучший боец из всех, кого я знаю», – услышал я внутри себя ободряющий голос Гиацинта. Он, который к этому времени уже знал о клубе «Пандинус Император», нашем портале в Город Теней и контрабандном бизнесе Жанны, однозначно приветствовали моё общение с бывшей некс.

«Она единственная, кто может рассказать тебе из первых уст об испытаниях звёздных врат. – Друг Гиацинта Эмилиан недавно в очередной раз указал мне на то, что Жанна д'Арк тоже когда-то была одной из избранных и единственной, кто остался в живых. – Если повезёт, она расскажет тебе больше тех нескольких фраз, которые можно найти в письменных источниках тысяча четыреста тридцатого года. Уже одно это стоит того, чтобы подружиться с ней».

Дружба – это уж слишком преувеличено. То, что мы с Жанной больше не враждовали и заключили нечто вроде негласного перемирия, не означало, что я теперь ей сколько-нибудь доверяю. Она была и остаётся коварной метательницей огня, какой я её узнал в нашу первую встречу, и я ненавидел, ненавидел, ненавидел, когда она отдавала мне приказы. Не знаю, почему я вообще согласился оказать ей «маленькую услугу».

«Никогда-никогда не позволяй Жанне вовлекать тебя в свои авантюры, – не раз предостерегал меня Гиацинт. – Неважно, во что она хочет тебя втянуть и как ловко она это преподносит. В конце концов, она всегда это делает ради своей собственной выгоды, а остальные оказываются в проигрыше».

Я был рад, что сейчас он нас не видит.

– Улица, на которой проживает цель, на одиннадцать часов. Резкий поворот налево через двадцать метров. – Речь Жанны напоминала нечто среднее между навигатором и сержантом.

– Ты ведь понимаешь, что мы не твои солдаты? – спросил я. – Ты можешь общаться с нами нормально?

– Кроме того, детка, мы знаем дорогу к мадам Мирабель, – сказал Фарис.

Жанна вздохнула. Если бы дело не было столь срочным, она, конечно, нашла бы более подготовленных товарищей по оружию: каких-нибудь наёмников с Грани, которые были у неё в долгу, но мы оказались лучшими из тех, кого она смогла в спешке найти. От одного из своих многочисленных сомнительных знакомых она узнала, что ректор Темис и Фрей наняли старого доброго Гектора, чтобы он привёл мадам Мирабель к ним в обсерваторию. Судя по всему, имя мадам Мирабель всплыло во время допроса восставших чёрных эльфов, заключённых в тюрьме, но источник Жанны не знал, в каком контексте. Однако охотничий инстинкт Жанны всё же пробудился. «Если Темис и Фрей вдруг так заинтересовались ею, значит, ей есть что рассказать. В любом случае рыночная стоимость этой маленькой предсказательницы только что возросла в сто раз», – пояснила она. Поэтому мы были просто обязаны спасти бедняжку, пока Гектор не утащил её в камеру для допросов.