"Фантастика 2026-145". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Яловецкий Ярослав - Страница 80

— Я сейчас, — сказала мама Чон Ука и куда-то отошла, а затем вернулась с какой-то книгой. — Вот это выпускной альбом нашего сыночка.

Не успела она присесть, как за дверью дома что-то упало, а в дверь настойчиво кто-то начал стучать.

— Эй, Сон Вон, пошли выпьем! — раздался с улицы громкий и явно пьяный голос.

— Да как же он меня достал… — закатила глаза мать Чон Ука, вскочила с места, схватила в руку оружие в виде тапка и стремительно двинулась к нежданным гостям, в которую уже с силой бил обладатель этого голоса.

— Проваливайте отсюда! — рявкнула она, распахнув дверь.

— Я ик… не к тебе пришёл… — пробормотал ввалившийся в дом мужичок в потрёпанной одежде, с заплывшим и посеревшим от постоянного пьянства лицом.

За ним в дом прошёл довольно крепкий парень, на вид лет двадцати, явно его сын — слишком уж похожий он был на этого мужика, разве что не такой пропитый, но, судя по всему, он к этому тоже идёт семимильными шагами.

— Дорогая, я пойду прогуляюсь с…

— Никуда ты не пойдёшь! — моментально осадила мужа мать Чон Ука.

— Да угомонись ты, женщина, — отмахнулся ввалившийся гость, а после его мутный взгляд наткнулся на меня. — А это ещё кто?

— Это друг нашего сына, — с гордостью сообщил отец Чон Ука.

— Никогда бы не подумал, что у припадочного Ука есть друзья, — усмехнулся парень, пришедший с пьяницей.

— Да как ты посмел назвать нашего сына так⁈ — окончательно взбесилась мать Чон Ука и, размахнувшись, налетела с тапком на сыночка пьяницы.

— Да успокойся ты уже! — парень грубо оттолкнул её.

Я перевёл взгляд на отца Чон Ука, стоящего в стороне с выражением полного безразличия. Ну, от него тут ждать помощи точно не стоит.

После этого я даже мысленно извинился перед своим покойным папашей. Он, может, и не был хорошим мужем или заботливым отцом, но если бы кто-то тронул мать, он бы этого точно не оставил.

— Ты чего, парнишка? — пьяница перевёл взгляд на меня.

— Проваливай отсюда, — просто сказал я, глядя ему прямо в глаза. А затем посмотрел на его сынка и повторил ту же фразу, но уже ему.

Незваные гости моментально потеряли интерес и ко мне, и к папаше моего соседа и, что-то бормоча себе под нос, покинули дом, а потом и двор. Правда, тот алкаш пару раз споткнулся по пути, но с курса всё же не сбился.

— Прости, Тэ Хо, это наши соседи, Хегаи. Давай вернемся за стол, — сказал отец Чон Ука, явно стыдясь того, что ничего не смог сделать, а точнее — просто побоялся.

— Я сейчас, — сказала женщина и, покинув гостиную, скрылась в комнате Чон Ука.

Оставшись наедине с отцом Чон Ука, я почувствовал, как повисла неловкая тишина. Мне нечего было сказать, а он, казалось, испытывал стыд за свою слабость и неспособность дать отпор буйному соседу.

Вернувшись, аджума молча положила на стол альбом с темно-синей обложкой, видимо решив сменить тему:

— Вот, посмотри, это наш Чон Ук.

Я поддержал этот жест, не желая углубляться в семейные проблемы, и начал листать страницы. Фотографии были самыми разными: старенькая деревянная школа, экскурсии, знакомые места в Сеуле, даже улицы Каннама с высотками, где случайно попала в кадр башня, в которой я недавно приобрел помещение.

Но на странице с пожеланиями я остановился чуть дольше. Нет, ничего особенного — несколько тёплых слов от девочек, желающих удачи. Но большинство записей были не пожеланиями, а издёвками. Причём все они обращались к «Припадочному Уку» — прозвищу, которое, видимо, преследовало его в школе. Кстати, тот пьяный сосед тоже называл его так…

— Не бери в голову, — сказала женщина, торопливо перевернув страницу. — Просто у нашего сына всегда было богатое воображение, вот и мерещилось ему всякое. А дети, сама знаешь, бывают жестокими.

— Он весь в моего брата пошел, — добавил отец Чон Ука. — Тот в детстве тоже любил придумывать себе друзей.

Воображаемых друзей, а не таких-ли, как тот кабачок на ножках, которого я встретил у них во дворе, а точнее, мелких духов, которых в этих местах, видимо, водилось достаточно много.

— Уж слишком, — фыркнула Аждума.

— Ты и так запретила его вспоминать после того, как…

— После того, как он не явился на похороны твоего отца, и тебе пришлось всё возложить на свои плечи, хотя тебе не было и двадцати.

— У него были проблемы… — попытался защитить своего брата Аджоси, но встретился с разъярённым взглядом своей жены и замолчал.

— Ты раз в жизни попросил помощи для своего сына, а он просто пропал и перестал отвечать на звонки. Так что прошу, больше не вспоминай этого человека, — не унималась мама Чон Ука.

Не знаю, это у них всегда так висело или всему виной был мой визит, но я ещё минут десять посидел и, сославшись, что у меня ещё дела, попрощался с этим семейством и под звуки криков из дома, которые начались не успел я закрыть за собой дверь, я отправился по своим делам.

Мда, папаше Чон Ука сегодня точно не поздоровится, впрочем, сам виноват, — пробормотал я, вдыхая свежий вечерний, хотя, наверное, уже ночной воздух.

— Давай играть! — раздался писклявый крик, и тот самый кабачок на ножках, которого я совсем недавно отправил в полёт, вцепился мне в штанину, едва я успел покинуть двор.

Наклонившись, я подхватил его за шкирку и, подняв, осмотрел. Хотя такое создание я видел впервые, в нём не нашлось ничего интересного, поэтому я подкинул его, словно мячик, и ударом ноги снова отправил в дальний полёт.

— Больно, больно, больно! — раздавалось, пока он летел, пока не упал в густую траву где-то вдалеке.

На заднем сиденье авто меня ждала странная картина: Габу, дрыхнущий на спине, раскинув лапы в стороны, обнажил своё белое брюхо. А рядом валялся пустой пакет из-под снеков, а всё сиденье было усыпано крошками.

Будить его я не стал — не хватало ещё, чтобы он привязался. Кто знает, как отреагирует тот, с кем я должен встретиться, на него? Тем более, он мне, по сути, никто. Вот был бы он моим слугой, думаю, проблем бы в этом не было. Чёрт, только этого не хватало! — меня пробрал озноб от одной этой мысли. Откинув эту глупость подальше, я двинулся в сторону не особо высокой горы, у подножия которой должен был находиться тот, кто мне нужен.

Вроде тут, — посмотрел я на заляпанный грязью экран смартфона, когда спустя час наконец добрался до нужной точки на карте, которую мне любезно скинул тот примат, и огляделся.

На самом деле дорога до сюда была не особо длинной, но я потратил на неё почти час и даже умудрился по пояс провалиться в залитое водой рисовое поле, а после ещё и пару раз, споткнувшись в кромешной тьме, упал в грязь.

В этот момент неожиданно завибрировал смартфон.

— Привет, любовь моя, — сказал я в трубку, осматривая поляну. На ней, кроме наполовину ушедшего в землю камня, который торчал над поверхностью метра на два, ничего не было.

— Ага, так я и поверила, — усмехнулась Сэйрин. — Ты новости читал? Твой чёрный друг вернулся.

— Нет, пока времени не было. Но я работаю над этой проблемой, — ответил я, медленно обходя камень по кругу.

— Быстрее работай. Даже не знаю почему, но мне не хочется, чтобы тебя того…

— Может, это любовь? — отшутился я.

— Не дождёшься. Но ты поторопись — у тебя не так много времени.

— Нормально у меня со временем, — ответил я, не собираясь впадать в панику. Тем более, я и правда сейчас работал над тем, чтобы отыскать этого чужака.

— Ладно, как освободишься — набери мне. Вместе подумаем над твоей проблемой, — Сэйрин сбросила вызов, не дождавшись моего ответа.

Я, конечно, ей наберу. Но помощи от неё точно просить не буду — особенно после нашей первой встречи с Чужаком. Сам как-нибудь разберусь, не подвергая её опасности, как в тот раз, когда поддался на её уговоры.

— Нет, умеет же она настроение испортить, — пробормотал я и, убрав смартфон, ещё пару раз обошёл камень. Ничего примечательного, вроде обычный с виду камень.

Не придумав ничего умнее, я ловко забрался на него — благо, с одной стороны нашлись удобные уступы. Сев наверху, я посмотрел в небо, где красовался полумесяц — молодой… а может, и старой луны.