"Фантастика 2026-145". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Яловецкий Ярослав - Страница 116

Я повернул голову к габу, что все еще лежал без движения, а затем взглянул на свою ладонь. Кожа стремительно темнела, покрывалась трещинами, а плоть иссыхала на глазах. Мгновение — и мои руки уже напоминали иссохшие клешни векового старца.

— О боги, я же говорила, что ты просто не выдержишь этого, — сказала Мари, почти в панике, будто это совершенно не входило в ее планы.

— Жизнь — боль, — прохрипел я пересохшим ртом, повторяя любимую фразу моего тощего соседа, и повернулся к Ма Ри.

Она наклонилась ко мне, но внезапно замерла, сверкнув хищной улыбкой, и произнесла:

— А судьба, похоже, к тебе и впрямь благосклонна. — И в голос засмеялась.

— Ты чего смеешься? Он же сейчас сдохнет, вот прям сдохнет! — выпалил Тэ Гун.

И я тоже совершенно не понимал, о чем она, чувствуя, как моя жизнь медленно уходит. Я даже ощущал, как она перетекает в тело Габу. Вот только это ему не сильно помогало. Да, его форма начала медленно возвращаться к обычной лягушачьей, но это было все равно что капля в бочке с водой. Я, как никто другой, понимал, что иссохну гораздо раньше, чем смогу ему помочь.

Вдруг что-то изменилось. Жизнь продолжала ускользать из меня, но в то же время во мне словно пробуждалась новая сила: энергия врывалась в тело стремительным потоком, как будто кто-то воткнул в меня насос и начал бешено закачивать силу. Я бросил взгляд на Ма Ри. Она по-прежнему стояла неподвижно, и хищно улыбалась. И тогда я заметил: тонкие травинки незаметно оплетали меня, завивая в нечто вроде травяного кокона.

«Хранитель Земли», — мелькнула мысль. Но эта жизненная сила, дикая, необузданная, пробуждала во мне ярость, кровавую, безумную, всепоглощающую ярость.

Я взглянул на руки: черные, грубые, испещренные узорами шрамов. Они сжимали что-то. Сердце. Живое. Я чувствовал его биение в ладони и, не в силах противиться, жадно впился в него зубами.

Кровь потекла по моим венам. А наслаждение… эйфория, чувство непобедимости и непокорности — ни богам, ни демонам, ни кому бы то ни было.

И тут толстая, словно копье, стрела вонзилась мне в грудь, а следом — еще одна, и еще, и еще. Боль. Ненависть. Я взревел… но было слишком поздно: я умирал.

Теряя последние капли жизни, я сделал шаг вперед и посмотрел на растерзанное тело юной и непорочной девушки, сердце которой я вырвал своими руками.

На ее лице лежала та самая маска — маска, что я нашел когда-то в хижине своего отца, шамана нашего племени. Я помнил, как она лежала в ящике из черного дерева, засыпанная землей, будто похороненная.

Тогда, в тот первый день, когда я прикоснулся к ней, в моей голове раздался голос… голос, что с тех пор никогда не покидал меня.

Моя окровавленная ладонь дрожащими пальцами сняла маску с лица девы. Я надел ее и погрузился в бездонную черную пустоту, где больше не было меня. Остался лишь голос. Он шептал и шептал без устали, заполняя собой все, что еще осталось от моей души.

— Эй, Тэ Хо, ты чего⁈ — вырвал меня голос Тэ Гуна, а после я увидел его — испуганного, пятящегося назад и державшего из последних сил меч, направленный в мою сторону.

— А ты чего?.. — невольно спросил я, удивляясь его поведению и пытаясь понять, что вообще произошло.

— Да ты… когда вылез… ты бы себя видел, — кивнул он в сторону, и я посмотрел. Там лежал разорванный кокон из пожухлой травы, и растерзан он был будто из него вырвался дикий зверь.

— Все, все, опусти ножик, — сказал я, понимая, что, видимо, пока видел те видения, немного терял над собой контроль.

— А, блин! — вскрикнул Тэ Гун, когда в его ногу зубами, или что там у него вместо них, вцепился уже выглядевший нормально мой жабий помощник Габу. Вот только взгляд у него был какой-то… бешеный.

— Да вы все озверели, что ли⁈ — ругнулся Тэ Гун, попытался оторвать его от ноги, но, видимо, сил у него просто не осталось, поэтому он даже не смог устоять на ногах и плюхнулся на зад.

— Габу, стой, жабья ты морда! — крикнул я, опасаясь, что Тэ Гун пустит в ход свой меч, — и Габу сразу остановился. Нет, его взгляд все еще оставался безумным и каким-то озверевшим, но он замер, не в силах ослушаться приказа хозяина.

— Ну поздравляю тебя, Тэ Хо, теперь ты обзавелся и личным слугой. Правда, не думала, что у тебя такие вкусы, — сказала Ма Ри, чуть ли не смеясь.

— Да я сам не думал… — пробормотал я, пытаясь понять, а на кой оно мне вообще надо.

Нет, конечно, от него какой-никакой толк есть, да и его способности нередко пригождались мне, но блин… почему жаба? Меня же приличные представители мира духов засмеют.

— И еще передай своему слуге вот это, — в руке Ма Ри появилась небольшая ампула с красной жидкостью, отдающей золотом. — Это, конечно, не моя кровь, но все лучше, чем та жизненная сила, которую он хотел извлечь из Чужака. Она бы все равно не помогла. А в худшем случае потомство его бывшего хозяина превратилось бы в злых духов, и за это пришлось бы отвечать тебе, — сказала Ма Ри, а потом бросила взгляд в траву, где совсем недавно лежал обезглавленный Чужак. Но сейчас, кроме маски из темного коричневого дерева, не было ничего, видимо, Хранитель его полностью поглотил.

— Извиняюсь, но этот предмет заберу я, — сначала раздался голос, а потом рядом с лежащей в траве маской появился мужчина.

Выглядел он совершенно непримечательно: невысокий, слегка полноватый, в очках. Одетый в дешевый серый пиджак на пару размеров больше. Он даже напомнил мне моего школьного учителя по истории.

Он потянулся к маске, как Ма Ри раздраженно фыркнула, а после взмахнула рукой. Отчего незваный гость сделал пару шагов назад, а после, поправив очки, посмотрел на недовольную лису. Не знаю, испугался ли он или просто решил избежать конфликта, но, поправив пиджак, он слегка поклонился Ма Ри и растворился в воздухе.

— А кто это был? — спросил я Тэ Гуна, хотя уже догадывался, что это один из представителей клана Цзы, потому что какой бы силой он ни обладал, он был человеком, а не представителем мира духов.

— Один из моих нанимателей, — сказал Тэ Гун, подтвердив мою догадку и явно не желая произносить вслух название этого клана.

— Это я, пожалуй, заберу в свою коллекцию, — сказала Ма Ри, как будто и не было того человека, и потянулась к маске.

— Постой… — выпалил я, вспоминая видение. Но ее пальцы уже коснулись деревянной поверхности маски. Она застыла, но лишь на мгновение. И в тот же миг я увидел ее: лису. Огромную, белую, размером с дом. Ее шерсть сверкала серебром в последних лучах закатного солнца.

— А ты храбрый, демон, — хищно улыбнулась Мари, вновь приняв человеческий облик. Улыбнувшись напоследок, она еще раз окинула взглядом крышу и просто растворилась в воздухе.

— Эй, Тэ Хо, ты же тоже видел лису? — с каким-то восхищением в голосе произнес он.

— И это ее настоящая форма? Интересно, а ее можно погладить? — продолжал он, явно находясь не в себе.

— Конечно, можно, — усмехнулся я.

— Серьезно? — Тэ Гун обрадовался еще сильнее.

— Конечно. Но для начала тебе придется оплатить собственные похороны.

— Я бы попробовал, — сказал он, и мне даже страшно за него стало — вдруг и правда решит такое устроить.

На самом деле я тоже был под впечатлением от увиденного — будто на миг нам открылось что-то, что глаз смертного видеть не должен. В ее, по видимости, настоящей форме было что-то величественное и, можно сказать, даже божественное.

— Черт, — произнес Тэ Гун, с трудом поднимая из густой травы коричневый шарик из своих четок. — Я в этой траве их никогда все не соберу.

— Габу, найди все бусины, а после верни их господину Тэ Гуну. — приказным тоном сказал я.

Я специально добавил приказные нотки, чтобы тот не смог ослушаться. Как-никак, судя по его виду, он так и не пришел в себя. Видимо, жизненная энергия Чужака повлияла на него куда сильнее, чем на меня. Но, думаю, через пару часов это пройдет.

Габу моментально начал исполнять приказ. Правда, делал он это своеобразно: он сначала присматривался к траве, а после из его широкой пасти пулей выстреливал язык, подхватывая из травы бусину.