"Зарубежный детектив-2026-8". Компиляция. Книги 1-9 (СИ) - Даффилд Кит - Страница 195

И вдруг впереди возник неясный свет. Дорога расширилась и вывела мимо пары столбов – ворота отсутствовали – на широкую бетонированную площадку. Вдали виднелась темная, будто маслянистая поверхность воды. То, что это не сама река Вестленд, широкая, текущая прямо через болота и впадающая в залив Уош Северного моря, Мэтт был уверен, однако это вполне мог быть один из ее притоков. Местность со всех сторон окружали соленые болота, канавы, запруды и заливные равнины.

Руки крепко впились в руль, пульс резко ускорился. Он остановил машину.

Свет, замеченный им издалека, давал фонарь, установленный на бетонном столбе. Мэтт огляделся по сторонам, однако увидел лишь небольшое строение из рифленого железа рядом с крутым спуском к воде. Что-то наподобие хижины, и поскольку больше укрыться было негде, он решил, что именно там и дожидается тот, кто его сюда вызвал.

Сейчас он сидел в сравнительной безопасности салона и слышал лишь стук собственного сердца. Обратной дороги не было. Что ждет его дальше? Да какая разница… Мэтт распахнул дверцу и вылез наружу.

Дождь уже стих, зато яростный ветер оказался неожиданно холодным. Он вздрогнул и повернулся к строению. На пару секунд закрыл глаза, чтобы привыкнуть к окружающему его чернильному мраку, потом снова стал всматриваться в хижину, стараясь различить хотя бы малейшую тень, хотя бы отголосок движения…

– Отойти от машины! Ладони наружу, так, чтобы я мог их видеть! Смотреть на реку!

Голос раздался из-за спины, Мэтт подскочил от неожиданности. Сукин сын, должно быть, прятался в кустах.

Он поднял руки и медленно отошел от машины.

– Дальше! Еще дальше! Стой здесь! Раздевайся!

Мэтт застыл.

– Я непонятно выразился? Раздевайся! Быстро! К карманам не прикасаться!

Да нет же!

– Эй, подождите! Я все сделал, как велено. Приехал один, никому не сказал. Вряд ли у меня с собой что-то опасное, верно?

– Откуда мне знать, пока я сам не проверю?

– С женщинами все в порядке?

– Они живы. Теперь раздевайся!

– Как вы сами говорите, откуда мне знать? – Мэтт изо всех сил старался сохранять ровный тон голоса и не задавать слишком резких вопросов.

– Неоткуда. Смирись, легавый… Раздевайся!

Мэтт принялся расстегивать куртку. Мысль о том, что его, раздетого догола на холодном мартовском ветру, будет обыскивать маньяк, казалась совершенно абсурдной. Однако, заставив себя думать о находящихся в опасности Лиз и Джемме, он снял куртку и положил на бетон. Ослабил узел галстука, стянул его и бросил поверх куртки. Снял и рубашку, будто сделанную из тонкой марли. И только ощутив, как ветер впивается в голую грудь, он впервые почувствовал укол испуга.

– Все снимай. Включая ботинки и носки.

Баллард расстегнул ремень, потом молнию на форменных брюках. Такое не могло привидеться и в страшном сне. У него нет выбора. Он имеет дело не с каким-нибудь безмозглым бандитом, который первым делом попытался бы дать ему по морде. Нет, враг очень умен, понимает, что делает, и держит в руках все козыри.

Скинув туфли, Мэтт, стоя на одной ноге, снял носок. В босую ногу одновременно впились холод и влажная бетонная крошка. Ему стоило огромного труда снять второй носок; наконец он отбросил его прочь и застыл.

– Тебе что, слово «все» незнакомо?

Трясущимися руками Мэтт взялся за эластичный поясок трусов и спустил их вниз, позволив упасть. Шагнув из них наружу и выпрямившись, он понял, что еще никогда в жизни не чувствовал себя настолько уязвимым.

– В сторону от одежды!

Гравий впивался в ступни при каждом шаге.

– Хорошо, здесь стой. – Мэтт услышал, как сзади приближаются мягкие шаги. – Теперь ложись – лицом вниз, руки и ноги раздвинуть.

– Да вы что, не видите – на мне ничего нет!

– Вот только не надо меня злить. Чем быстрее ты это сделаешь, тем быстрее сможешь одеться. Или ты хочешь в таком виде присоединиться к прочим гостям? – Сзади раздался жутковатый смешок. – Впрочем, одна из них тебя таким уже не раз видела, верно?

Скрипнув зубами, Мэтт опустился на землю. И вздрогнул, коснувшись всем телом холодного сырого бетона. Раздвинул ноги, резко вздохнув, когда неровная поверхность царапнула кожу в интимном месте, потом раскинул обе руки. Уколы испуга слились воедино и превратились в нечто близкое к полноценной панике. Еще недавно он надеялся на удачу; теперь он понимал: для того, чтобы перехитрить этого говнюка, потребуется как минимум охренительное чудо.

Какое-то мгновение Баллард прикидывал, не следует ли резко вскочить и броситься на похитителя. Однако ясно, что тот продумал все варианты и либо вооружен, либо готов к схватке. А ему в нынешнем положении не сказать чтобы было до драки. И, разумеется, если он здесь умрет, голый, в темноте и одиночестве, то так и не получит ответа ни на один вопрос, а главное, даже не попытается спасти Лиз и Джемму.

Лежа ничком на обжигающе холодном бетоне, словно витрувианский человек да Винчи[82], Мэтт призвал на помощь всю свою храбрость. Убийца ни в коем случае не должен понимать, как ему страшно.

– Так устроит?

– Вполне, благодарю. – Он слышал, как позади похититель внимательно осматривает одежду, проверяя каждый шов, каждую подкладку.

Затем раздались приближающиеся шаги. В основание шеи что-то уперлось. Что-то холодное, как бетон, и твердое, как железо. Ствол.

– Твое первое движение будет и последним.

Баллард поверил.

По всему телу быстро и умело пробежали руки. Мэтт крепко зажмурился и старался думать только о двух женщинах, которые сейчас в плену, возможно, страдают от ран. Ради шанса их спасти он готов вынести все, что угодно.

– Ноги вместе.

Он снова скривился, когда бетонная крошка впилась в плоть.

– Хорошо, теперь можешь подняться, очень медленно. Одевайся – только брюки, куртку и ботинки, ясно?

На него упал луч фонаря. В ярком свете кожа казалась бледной, почти белой. Он встал и шагнул к одежде. Нагибаясь за брюками, рискнул бросить взгляд в сторону похитителя, но разглядел только неясную тень позади ярко сияющего светового круга.

– Отвернись, легавый. Еще насмотришься на меня, когда придет время. Теперь шагай в сторону дороги, по которой приехал.

Мэтт, странно чувствуя себя в туфлях на босу ногу, медленно двинулся к въезду на пристань. Через несколько шагов он заметил в пробившемся на секунду сквозь тучи лунном луче другой автомобиль, припаркованный у самых кустов. Внедорожник.

– Подойди к машине со стороны багажника и положи руки на стекло. – Ствол легонько коснулся коротко подстриженных волос на затылке. – Это просто небольшое напоминание на случай, если тебе придет в голову какая-нибудь глупость.

На запястьях – не сказать чтобы совсем уж неожиданно – защелкнулись наручники. Теперь он был совершенно беспомощен.

Холодный ветер с реки впивался в каждый сантиметр открытой плоти, куртка на голое тело почти не грела.

Его ухватили за плечи и развернули лицом к похитителю. В свете фонарика Мэтт увидел уже знакомое по фотографиям лицо. Наглый взгляд, бородка, седеющие волосы.

– Кто ты такой? – прошептал он, стуча зубами от холода.

– Много хочешь знать. Тем более когда между нами все только начинается. – Шагнув вбок, убийца распахнул дверцу багажника. – Мы еще успеем с тобой наговориться. А пока что прошу прощения. Прежде чем мы присядем напротив друг дружки и перейдем к обещанному разговору, у меня еще есть дела, и мне будет не до тебя. Так что…

Мэтт почувствовал, как его что-то укололо в бедро, опустил глаза и увидел, как похититель выдергивает шприц.

Слабость навалилась почти немедленно; к тому моменту, когда убийца затолкал его в багажник, в голове уже отчаянно шумело. Последней мыслью, прежде чем он провалился в ревущую тьму, было: все-таки стоило разработать хоть какой-нибудь план.

Глава 29

Разбив всю группу на отдельные команды и назначив им то, что на данный момент казалось разумными направлениями расследования, Дэвид вместе с Брином отправился допрашивать Эди. Впрочем, в душе он сомневался, что Мэтт был способен настолько ошибаться насчет своего друга. Да, парочка была странной, и Дэвид не питал иллюзий насчет бывших преступников, и все же ему не верилось, что Мэтт позволил бы столько лет водить себя за нос. За первые десять минут Кларксон не сказал ничего такого, что заставило бы его переменить свое мнение.