Как построить магическую академию? (СИ) - Кис Ксения - Страница 33

– Значит, у нас будет ужин, – облегченно вздохнула Арея.

– Вы серьезно? Вас только это волнует? – повернулась я к девушке и к разделившему ее радость некроманту.

– А что еще?

– Ну не знаю, может быть то, кто это сюда принес? Это свежее!

– Ну не такое уж и свежее…

– Нет. Свежее, – нахмурился Стайхон.

– Я не понимаю, что вы хотите сказать? – нахмурился некромант.

– Что кто-то из нас втайне прятал от других еду, – озвучил дракон то, что у меня вертелось на языке. – Провести сюда столько было попросту невозможно. Значит, тайно телепортировали.

– А вот теперь послушай, – Крис дернул плечом, будто стряхивая с себя чужую руку, и посмотрел на Лика так, что воздух в подвале стал на градус холоднее. – Ты меня видел, чтобы я таскал банки? Или телепортировал что-то втихаря?

– Я вижу, что ты можешь, – отрезал Лик. – И что больше всех не хотел тут убираться. И сейчас ты слишком нервничаешь. Слишком! Совпадение?

– Совпадения случаются, – хрипло усмехнулся Крис. – И, внезапно, не все вращается вокруг твоих догадок.

– Догадок? – Лик шагнул ближе. – Тут не догадки, тут факты. Тебя учили пространству. Ты не захотел, чтобы мы копались в пыли. Ты первый, кто выигрывает от тайных запасов. Слишком много «случайностей» на одного.

– Лик, – тихо сказала я, чувствуя, как у Криса напрягается линия челюсти. – Остынь.

– И как же я выигрываю? – спросил Крис, сжимая кулаки.

– Не хочу остывать, – тем временем завелся Лик. – Пока кто-то из нас врет, все остальные рискуют. И, кстати, Ингрит, телепорт активировать могла ты. Почему молчишь?

– Потому что я не делала этого, – сказала я медленно, по слогам.

– Ну да, и Крис тоже так говорит.

– Я не обязан никому ничего доказывать, – протянул Крис. – А что же ты дракона не подозреваешь?

– Дракона? Дракон прячет еду? – усмехнулся некромант. – Слишком для них низко.

– А для ведьмы, значит, самое оно, – разозлилась я.

– Хватит, – Стайхон расправил плечи.

Крис смотрел мимо. На перила с ровной полосой чистого дерева среди пыли.

– Ты так и продолжишь уходить от ответа? Почему ты так вспылил? – продолжал нагнетать Лик.

– У меня нет привычки оправдываться, – Крис дернул подбородком к двери. – Особенно перед теми, кто заранее решил, что я лгу.

– Привычки или возможности? – ухмыльнулся Лик. – Сложно продемонстрировать то, чего не делал, верно?

– Лик! – я дернулась. – Еще слово – и...

– И что? – он рванулся ко мне взглядом. – Придумай помягче, Ингрит. У нас тут мед течет по лестнице, а ты защищаешь того, кто...

– Я никого не защищаю, – отчеканила я. – Я пытаюсь сделать так, чтобы мы не разорвали друг друга раньше, чем нас успеет добить то, что реально опасно.

– Реально опасно – это саботаж внутри группы, – не унимался он.

– Реально опасно – потерять остатки доверия, – спокойно сказал Стайхон. – И да, Лик, ты перегибаешь.

– Перегибаю? – Лик усмехнулся безрадостно. – Пусть хотя бы возразит толково.

– Не буду, – сказал Крис.

– Всё, отстаньте от него, – Арея всплеснула руками. – Крис!

Но он уже стоял у двери. Секунда — и дверь открылась, а он ушел.

– Вот что ты за человек? – устало посмотрела я на некроманта.

– А что я? – непонимающе округлил глаза он.

– Мы только недавно зря обвиняли Стайхона. Теперь делает тоже самое с Крисом. Нас жизнь вообще ничему не учит?

– Жизнь может преподнести урок, только когда какая-нибудь история закончится и все выводы будут сделаны. А пока мы так и не знаем, что это за портреты, почему купили именно их, почему они ожили, кто ворует еду. Мало выводов для извлечения уроков.

– Да ну тебя, – насупилась я.

– Я с ним поговорю, – напряженно произнес Стайхон и пошел вслед за боевиком, а я, немного подумав, побежала следом.

Крис обнаружился во дворе. Парень привычно сидел с книжкой и изображал полное равнодушие. Но по его спине и взгляду было видно, как он напряжен.

Я стиснула пальцы до боли и заставила себя дышать ровно. Стайхон шел рядом, молча, но я чувствовала напряжение в его плечах.

– Крис, – позвала я, остановившись на расстоянии, чтобы ему не казалось, что мы нависаем.

Он перевернул страницу с демонстративным спокойствием, хотя пальцы выдали — лист задели слишком резко.

– Мы пришли не за тем, чтобы давить, – спокойно сказал Стайхон. – Только поговорить.

– Давайте сделаем вид, что поговорили.

– Перестань, – сорвалось у меня. – Никто тебя сейчас не судит.

– Не судит? – Он наконец поднял взгляд. В глазах у него не было ни привычной лени, ни насмешки. – Ты правда так думаешь, Ингрит?

Я проглотила автоматический ответ. Нет, я думала не так. Мы все были на краю и искали виноватого, потому что так проще, чем признать, что мы ничего не понимаем.

– Думаю, – сказала я уже честно, – но при этом понимаю, что этот диалог в подвале был неправильным.

– Я тебя не виню, – добавил Стайхон. Голос у него был низкий, ровный, будто он обволакивал им острые углы. – Я верю в простые вещи: когда спрашивают прямо — отвечают прямо. Крис, ты саботировал нас?

Крис на миг закрыл глаза. Когда он их открыл, там была настоящая усталость, которую он ранее прятал за показной.

– Нет, – сказал он.

Мы молчали. Долго. И это молчание надо было прерывать.

– Тогда почему тебя так это задело? – спросила я мягче. – Не в оскорблении же Лика дело. На такое ты обычно моргаешь лениво и идешь дальше.

Он усмехнулся краем рта.

– Потому что это не про Лика. Это про меня. Про то, что я… – Он запнулся, провел большим пальцем по корешку книги. – Ладно, слушайте… На практике я был в отряде при укреплении Ледернских складов, – начал Крис. Голос у него стал сухим, как пустая страница. – Третий год войны, полевые маги на вес золота, вы же знаете.

– Вас на практику отправляли на войну? – ахнула я.

– Только тех, кто претендовал на диплом с отличием. Да, ведьмочка, не ты одна была лишена именно такого. Но нас держали в стороне, просто показывали, что такое настоящая война, пусть и не наша. Но однажды у нас пропали пайки. Не все — достаточно, чтобы люди начали драться из-за тарелок. Наш квартимейстер решил, что виноваты те, у кого руки «слишком чистые». Маги. Мы якобы «подворовываем» чарами, чтобы не стоять в очередях.

Он пожал плечом, но я видела, как на мгновение дернулась кожа на шее.

– Меня вызвали на допрос. Я оправдывался, – Крис усмехнулся безрадостно. – О, как я тогда оправдывался. Схемы, часы, свидетели. Я говорил до хрипоты. И знаете, что? Пока я говорил, парня из наших — Пеара — уже повели «признаться». Потому что «кто-то должен». Потому что людям нужен виноватый, чтобы не сорваться друг на друге. Я добыл доказательства на следующий день. Слишком поздно. Пеар уже во всем сознался, и я даже не хочу знать, что они для этого делали. А настоящего вора нашли через неделю — это был тот самый квартимейстер. Он кормил свою «семью» при обозе и продавал остальное. И знаете, что самое интересное? – Крис поднял на нас грустный взгляд. – Пеара лишили диплома за трусость, что он сознался в том, что не совершал.

Он замолчал. Ветер шевельнул страницу, и он машинально прижал ее ладонью.

– Но это нечестно! Студентов не должны отправлять на войну! Тем более в которой наше королевство лишь помогает. Их не должны пытать.

– В академии ведьм, уверен, не должны. Но мы солдаты. Моя магия никак не вяжется с моей внешностью, и если бы у меня был шанс поступить куда-то в другое место или не поступать никуда вовсе, а вместе с отцом печь хлеб, я бы так и сделал. Но диплом, это деньги. Думаю, Ингрит, ты и сама это прекрасно понимаешь, иначе бы тут так не боролась за эту академию. Для нас с тобой диплом – деньги. Для Стайхона, видимо, престиж. И заметьте, никто из нас тут не говорит про знания или умения. Мы все боремся за бумажку. Всем ведь плевать, что мы закончили высшие магические заведения, если это не написано на листочке. А этого листочка я первый раз чуть не лишился на практике, а потом я потерял его на выпускном. Я уже устал кому-то что-то доказывать. И да, мой отец пекарь, поэтому я знаю цену хлеба и никогда бы не стал его красть.– С тех пор, – тихо сказал Крис, – когда мне говорят «оправдайся», я слышу «мы уже решили». Я не буду плясать перед теми, кто хочет только зрелища. Если вы хотите правды — ищите ее вместе. Если хотите крови — ищите ее без меня.