"Зарубежный детектив 2026-7". Компиляция. Книги 1-9 (СИ) - Дациери Сандроне - Страница 421

Тяжелая дверь с грохотом захлопнулась у него за спиной — онемевшие пальцы Якоба упустили скользкую ручку.

— Что за хрень? — Берг выступил из-за угла, Конрад следовал за ним по пятам. — Поглядите-ка, что это за чудо-юдо к нам принесло? Болотное чудище? — Он и Конрад начали бесшумно, по-хищнически приближаться.

Якоб сжал кулаки перед грудью:

— Я всё расскажу... — выдавил он сквозь зубовную дрожь.

— Да черта с два ты расскажешь. — Берг наклонился так близко, что его глаза оказались в паре сантиметров от лица Якоба. — Хоть слово пикнешь воспитателю, и тебе конец, крысиная морда.

Якоб отступил на шаг:

— Я обо всем расскажу Хорстену, когда он приедет завтра.

— О-о... — Берг склонил голову набок. — Ты возомнил себя любимчиком хормейстера? — Он повернулся к Конраду. — Что скажет на это Хорстен-младший?

Конрад попытался выдавить смешок, но вышло натянуто.

— Лучше бы ты утонул там. — Берг сжал кулаки. — Я заслужил это соло на рождественском концерте не меньше твоего, черт возьми.

Ванг подошел сзади к Бергу. Он уставился на Якоба так, словно не верил собственным глазам.

— Ты выбрался из воды?

— Выбрался. И теперь у нас проблемы. — Берг сделал пару шагов взад-вперед. — Наш Сольвиг собрался нажаловаться Хорстену.

— Хорстену? — испуганно пискнул Томми. — Он же нас убьет, парни.

— Тебя — точно, — прошипел Конрад. — Тебе следовало запереть дверь, чтобы он не зашел. Идиот!

— Хватит, — Берг поднял руку, останавливая Конрада.

— Сам прекрати. Вечно ты защищаешь этого мелкого щегла.

— И что вы планируете делать? — Ванг оттянул ворот свитера, выглядел он крайне взволнованным. — Уже половина четвертого ночи.

— Вышвырнем его на улицу и запрем дверь. Будет ему уроком. — Конрад схватил Якоба за руку, и у того не осталось сил сопротивляться.

— Сам ты идиот, — возразил Томми. — Он же просто оббежит дом и постучит в окно спальни воспитателя. — Он скорчил Конраду рожу за спиной Берга.

Берг повернулся и в упор посмотрел на него:

— Может, у тебя есть идея получше? — И Томми сразу сдулся, как проколотый шарик. — Ну же, думайте! Пока все не проснулись.

— Балкон, — глаза Конрада азартно блеснули. — В главном корпусе у читального зала есть маленький балкон. Запрем его там. Оттуда его никто не услышит. А если что, скажем, что играли в прятки и просто не смогли его найти.

Якоб почувствовал, как паника ледяной судорогой сковала тело.

— Погодите... Постойте. Дайте мне хоть воды! Я так пить хочу! — взмолился он, но Конрад зажал ему рот ладонью и силой потащил за собой.

Они потащили его по коридору, вверх по лестнице и завели в погруженную в темноту комнату.

— Пустите! — попытался крикнуть он, но ладонь Конрада была плотно прижата к его губам. Она была соленой и кислой от пота и волнения.

Якоб сопротивлялся изо всех сил, когда они распахнули балконную дверь. Он уперся ногами в дверной косяк, всем весом заваливаясь назад. Он кожей чувствовал ледяной воздух снаружи и понимал, что должен остаться в тепле. Если ударит мороз, он просто погибнет — его штаны всё еще были влажными, а торс оставался голым. Но старшие мальчики были куда сильнее. Он потерял равновесие и навзничь повалился на бетонный пол балкона, сильно ударившись копчиком. Боль пронзила позвоночник, он хотел закричать, но тут его внимание переключило кое-что пострашнее: глухой стук захлопнувшейся двери. И лязг задвигающегося засова с той стороны.

Он поднялся на ноги. С силой заколотил в закрытую дверь, на секунду даже забыв о пронизывающем холоде. Но воспитатель ни за что не услышит его отсюда. Он звал ребят, выкрикивая их имена по очереди, молил о пощаде, но тщетно — они ушли. Он снова остался один на один с ледяной ночью.

Он уже почти отчаялся, когда в стекле двери появилось лицо.

Глаза Мадса-Петера Ванга белели в темноте, и Якоб ощутил волну облегчения. Он указал пальцем на засов с той стороны, знаками показывая, что нужно просто сдвинуть его, чтобы впустить его внутрь. Он невольно улыбнулся. Ведь именно Ванг бросил ему спасательный круг в озере — конечно же, Ванг спасет его и сейчас. Но Мадс-Петер просто стоял на месте как вкопанный и безучастно смотрел на него. В его глазах читалась полная растерянность. Прошло несколько долгих секунд, после чего он опустил взгляд, сделал три шага назад и скрылся во тьме.

Якоб прислонился спиной к двери, сполз на пол и обхватил руками колени. Так он просидел долго. Постепенно он завалился набок, прямо на холодный бетон. Если он плотно прижимался к углу балкона, ветер почти не доставал его, а у самых пальцев ног из кирпичной кладки стены сочилась едва заметная струйка тепла.

Сколько времени он провел в забытьи, когда засов на двери наконец лязгнул, он не знал. Дверь приоткрылась, и рука с родинкой в форме сердца поставила на бетон какой-то предмет, после чего дверь снова захлопнулась и закрылась на засов.

Это была фляжка. Из синего пластика с оранжевой отвинчивающейся крышкой.

Якоб с трудом сел, нащупал фляжку и, почти пьянея от счастья, почувствовал, что она теплая. Он крепко прижал теплую бутылочку к себе — сначала к груди, затем к животу, стремясь впитать это тепло всем телом, прежде чем сделать хоть глоток. Из-за лихорадочной спешки крышка никак не поддавалась онемевшим пальцам. Горло пересохло, саднило и дико болело после многочасовых криков.

Жидкость внутри пахла травами и имела резкий аромат. Это был чай. Он прижал горлышко к губам и сделал несколько жадных больших глотков. При глотании горло обожгло. «Но не от тепла», — запоздало понял он. Жение было едким, химическим. И вкус был странным, слишком кислым.

Он согнулся пополам и начал отхаркиваться, пытаясь собрать кислую жидкость во рту и выплюнуть ее, но пищевод свело судорогой, его бурно вырвало, а жжение в горле сменилось солоноватым металлическим вкусом крови.

Глава 60

Терье

— Что происходит? — глаза Хелены яростно блестели из-под густой челки. Злость это была или тревога, Терье знал ее слишком мало, чтобы судить наверняка. Но довольной она точно не выглядела. — Мы только что установили подозреваемого по делу Хорстенов. Что случилось такого важного? — Она посмотрела на него, как упрямый ребенок.

— Присаживайся, — Терье указал на стул. Они находились в старом кабинете в цокольном этаже Управления. Обстановка здесь была спартанской: обшарпанный стол, исписанный граффити, пара стульев и пепельница.

Она села с вызывающим видом, и он, в общем-то, прекрасно ее понимал. Он вызвал ее из отдела «Q», точно директор школы — напроказившего ученика на ковер к себе в кабинет. Причем сделал это на глазах у Розы, Ассада и Карла Мёрка — которого вообще непонятно какая нелегкая принесла в подвал Управления в субботу утром.

Она чувствовала себя униженной этим вызовом, но по-другому было нельзя: сегодня утром эксперты-криминалисты сообщили Терье сведения, которые по-настоящему его потрясли.

— Речь идет об убийствах владелицы пекарни «ТаТо» Марье Баккер и ее бухгалтера Кнуда Нильсена. Как ты знаешь, рабочая версия следствия такова: за обоими преступлениями стоят одни и те же люди. — Терье внимательно вглядывался в лицо Хелены, пытаясь уловить хоть какую-то реакцию, но она смотрела на него открыто, не отводя глаз ни на миллиметр.

— Oui (да)?

— Мы проверили телефон Марье Баккер и запросили у оператора распечатку ее звонков и сообщений. Прямо перед тем, как ее застрелили, она получила СМС на голландском языке. Отправитель писал, что хочет поговорить с ней и ждет у черного хода пекарни.

— И это сообщение выманило ее в подсобку?

— Похоже на то. И она была знакома с отправителем. Мы видим, что раньше она уже общалась с этим абонентом. Эксперты обнаружили переписку, где она заявляла, что «больше не хочет в этом участвовать» и «пойдет в полицию». Собеседник в весьма живописных выражениях ответил, что ей не стоит этого делать, иначе... — Терье изобразил пальцами пистолет.