"Фантастика 2026-143". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - "Nicols Nicolson" - Страница 918

Я рассчиталась, и подхватив корзинку, самым настоящим образом сбежала, поскольку Перен вдруг вспомнила, что у нее где-то завалялась баночка клубничного варенья. Потом куплю, сейчас оно мне без надобности.

У экипажа остановилась, пытаясь вспомнить, что еще забыла сделать. Да вроде ничего. Сейчас домой, там уже скоро Антер привезет продукты и, наверное, сразу печь. Хоть я и не могу ею пока пользоваться, но мне было бы спокойнее, чтобы эта штуковина уже находилась на моей кухне. Ну а пока приготовлю что-нибудь в обычной печке, как раз завтра Мирелла ждет от меня пирог. Я бы предложила ей апельсиновый торт из печенья, но без холодильного шкафа приготовить его невозможно.

— Госпожа, куда на этот раз? — возничий заметно устал. Сидел на козлах, лениво обмахиваясь новостным листком, который выглядел не так, как из издательства Райна.

— Сейчас домой, в Русалочий. А это у вас новости “Серого волка”?

— Это? — мужчина кинул взгляд на листочек. — Нет, местного издательства “Перо”.

— Можно я возьму у вас почитать?

— Берите, конечно. Но в нем ничего интересного, как всегда.

Новостной листок перекочевал ко мне в руки. Я залезла в карету, поставила корзину с вареньем на сиденье и углубилась в чтение.

“Сыры в лавке “Молоко” вновь подорожали. Сколько это может продолжаться?!”

“Воз с яблоками, направлявшийся по Сумрачному лесу, перехватили разбойники. Торговец жив. Отказался от товара и стал разбойником”

“Дочь кузнеца сломала ногу, упав с кровати. Кровать была куплена в мастерской у Викрушена. Не покупайте”

К третьему заголовку я уже хохотала в голос. Вспомнила новости из “Серого волка”, сравнила с этими, и поняла, почему Райн Догрус так популярен.

Следом, за новостью о кровати, шли скучные описания рецептов квашеной капусты, расписание работы библиотеки и музеев. Я быстро пробежалась глазами по написанному, и уже собиралась вернуть листок возничему, как вдруг заметила одну строчку:

“Будет ли бал Зимы в этом году, и найдет ли племянница Его Величества себе мужа? Об этом узнаете из новостных листков “Серого волка”

Все, на этом моменте я уже хрюкала от смеха. Ладно, господин Догрус, признаю — ваше издательство действительно популярно. Но почему вы открыли его не в городе, а в Русалочьем? В чем причина такого месторасположения? Пока раздумывала на эту тему, экипаж подкатил к моему дому. Я вылезла сама, а только потянулась за корзинкой, как ее перехватил неизвестно откуда взявшийся Райн.

— Я помогу. Что это тут, варенье? Люблю клубничное.

— Там нет клубничного, — расстроила я мужчину. — Вы меня выслеживаете?

— Нет, с чего бы?

— Вам лучше знать.

— Ой, да брось. У меня выдался перерыв, вышел подышать воздухом, а тут ты — в экипаже. Это ведь личный экипаж, не общественный. Чей?

— Господин Догрус, это не ваше дело. И вообще, отдайте корзинку!

— Не тяни, банки разобьешь!

Я скрипнула зубами, намереваясь начать ругаться с журналистом, но из-за кареты выглянула Мирелла.

— Алиска! Я договорилась с подругой, она согласна. Только пирог нужно побольше, гостей будет много.

— Пирог? — мы с Райном оба удивленно взглянули на старушку. Я только сделала вид, чтобы мужчина не прознал, что собираюсь готовить для продажи, ну а Райн удивился совершенно искренне.

— Госпожа Брамс, пойдемте ко мне. Выпьем чаю с вареньем, я вам расскажу про музей русалок.

— Музей русалок? Ты была в музее? — Бедный Райн выглядел еще сильнее ошарашенным. — Так экипаж то чей?

Я вырвала корзинку из его рук. С трудом, но у меня получилось это сделать. Подхватила Миреллу под локоть и повела к себе, а господин Догрус остался стоять на дороге, растерянно глядя нам вслед.

— С Антером ходила ведь? — любопытствовала старушка. пока я накладывала малиновое варенье в пиалку.

— С ним, — ответила, и смущенно отвернулась, чувствуя как пылают щеки. Антер мне правда понравился, милый, обходительный, и красивы-ы-ый!

— Ох, Алиска, ты б хоть к миру… к поселку привыкла.

— Что вы сказали? — мне показалось, что я услышала “к миру”. Застыла, сжимая в руках банку.

— Я говорю, ты сначала обживись у нас, заведи знакомства с соседями, и лишь потом начинай романтические отношения. Мужчины у нас, знаешь ли, довольно необычные по отношению к девушкам.

— Обжиться у вас? Что вы имеете в виду?

Мирелла ничуть не смутилась от моего вопроса. Значит все-таки показалось. Это все из-за стресса, в голове черти что.

— Ну да, Русалочий находится на самом краю мира, наши земли сильно отличаются от южных. Погода другая, люди другие. Ты б познакомилась с соседями… Ой, Алиска! А пойдем со мной завтра к моей старухе на праздник. Она будет не против, ей только за радость еще один гость.

— Я завтра иду к Просветителю с утра, не знаю насколько там задержусь.

— Все-таки решилась? Ах, да-да, я ведь читала сегодня утром, что он приезжает в Иженев. Конечно, такой шанс упускать нельзя! Но ты приходи все равно, если тебя до вечера там не задержат.

— Спасибо, обязательно постараюсь. Вот, ваш чай, — я выставила на стол две пиалки с вареньем, чайник, чашки. — Больше угостить пока нечем. Купила продукты у Антера, скоро должен привести, и сразу займусь пирогом для вашей подруги. Как она, кстати, согласилась?

— Еще бы! Я как только сказала, что ты готовишь необычные изделия, так она даже цену не спросила. Диарку хлебом не корми, дай только гостей удивить.

Я снова замерла, перекатывая на языке присказку, произнесенную Миреллой. Вообще в Молоте слова, названия, фразочки почти ничем не отличаются от земных, так что мне, наверное, не стоит так зацикливаться. Но все равно меня не покидало ощущение, что госпожа Брамс чего-то недоговаривает, как будто ей известно то, чего не знает никто больше.

— Вкусное какое, — почмокала старушка тонкими губами. — У кого покупала?

— У госпожи Перен, знакомы с ней?

— Еще бы, кто ж Перен не знает!

— Вы так говорите почти обо всех, — рассмеялась я.

— Перен — особенная личность. Поверь мне, эту женщину не знает только слепой и глухой.

— Чем она так отличилась?

— Лет так пять назад она узнала, что ее муж — на тот момент он был виконтом, с землями и домом, получил свой титул не по наследству. Супруг ее, оказалось, был разбойником! Нет ты только представь что произошло много лет назад — разбойник, на тот момент ему было всего двадцать лет, пришел грабить настоящего виконта, и выяснил, что очень похож внешне на его старшего сына. Сыночка он убил, тело спрятал, и занял его место. Будь на тот момент жива супруга виконта Райндорра, она бы обязательно заметила, что ее сын стал каким-то другим…

У меня глаза сейчас, наверное, были как два блюдца, а Мирелла рассказывала историю с таким спокойствием, словно о лечебных травах вещала.

— Так вот прошли годы, Райндорр помер, разбойник получил наследство. Потом познакомился с Перен, они быстро поженились, у них родились три чудесных дочки — одна из которой хозяйка таверны “Белый гриб”, ты должна была ее видеть в городе. Две других дочери отучились в академии и уехали на север, там вышли замуж, нарожали детей. Пять лет назад мужу Перен стало совсем плохо, он был уже стар и последние недели лежал на кровати не вставая. И на смертном одре ему приспичило признаться во всем жене! Вот я думаю, нужно ли ему было это делать спустя столько лет? Мог бы и промолчать, тридцать лет молча, а тут на те! В общем Перен не вынесла такого удара судьбы, захандрила, а муж ее скончался почти сразу — лекари говорят, что с сердцем были проблемы. Перен собрала свои вещи, продала драгоценности, купила домик в Иженеве и живет теперь там одна. Поговаривают, что в поместье завелись призраки погибшего виконта и самого разбойника. В Росином после такого громкого скандала жителей почти не осталось, люди бежали кто куда, чтобы не приведи Мироздание, не попасться в лапы призрака разгневанного Райндорра. Правда, спустя пять лет, сейчас уже люди возвращаются в свои дома, не найдя себе места в других деревнях.