"Фантастика 2026-143". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - "Nicols Nicolson" - Страница 429

— А ты дралась по-настоящему, до сегодняшнего дня? — Сбил я ее зарождающуюся истерику сменой темы.

— Нет, конечно, что за дурацкий вопрос? Совсем ты тупой стал, будто в сибирских лесах родился!

— А ухажера своего сегодня на пол уложила за треть секунды. Это я к тому, что все нужные навыки для игры в другой лиге у тебя есть. Начнешь играть — проявятся.

— Да я не хочу! Алекс. Меня уже все бесит там. Я на этом сегодняшнем родовом собрании еле высидела. Даже тетушка Агнесса, которая мне про поручительство предков подсказала, на самом деле скользкая гадина!

— Ну, прости. Мы боярские отпрыски. Это наша социальная роль с рождения. И наша среда обитания. Меня могли убить. Я мог сжечь себе гармониум. В конце концов, мог сбежать с актриской в Американский доминион. И ты всегда знала: случись что со мной, семья упадет на твои хрупкие плечи. Плевать судьбе и миру на твои хочу или не хочу.

— Ну не так же рано! Ладно, ты прав. Нытьем делу не поможешь. Ничего уже не исправить. Как думаешь, будет дядя Кеша мстить мне за то, что я его на пост главы забаллотировала?

— Сто процентов нет. Главы семей… Они не мыслят категориями вчерашнего дня и проигранных битв. Для него это рабочий момент. Который вы «проехали». Это не значит, что он не пнет тебя, если ты подставишься. Или не подгадит в важном для тебя деле. Просто он не будет создавать такие ситуации специально. И еще он должен будет получить от такого поступка выгоду. Иначе он и пальцем не пошевелит. Девиз настоящего боярина — рациональность. И разумное распределение ресурсов. А главный ресурс — это твое время и твоя концентрация на чем-либо. — Я грустно усмехнулся. — Тех, кто не следует этим правилам, по оврагам волки доедают. Ну или они сидят веками в младших линиях и паразитируют на могуществе рода.

Возвращался домой я в странном настроении. С одной стороны, ключ у меня! Это прямо успешный успех. Надо радоваться и разливать шампанское по бокалам.

С другой, общение с Викой оставило очень тяжелое чувство. Собственная неспособность помочь с ее делами в башне раздражала. Сестра слишком живая для башни. Сожрут ее. Нет, она молодец, конечно. И боец. Но без поддержки ей будет очень тяжко.

Мать, похоже, совсем семью запустила. Вика ни разу за разговор маму не упомянула. Плохой знак. Я не стал спрашивать в чем дело. Еще до моего изгнания, после смерти отца мать впала в тяжелую депрессию. Тщательно усугубляемую бытовым алкоголизмом. В этом отношении я так понял, ничего не поменялось.

Я завел байк в арку ворот, отключил парение и прислонил машину к стене. И, тут же выхватив револьвер, направил его в ничем не примечательный угол воротного тупичка.

— А ну, выполз из сумрака. Ты кто такой?

В ответ на мои угрозы, сидящий в углу развеял печать незаметности. Долговязая фигура покинула складной стульчик, на котором восседала и вышла из угла на свет.

Я выругался.

— Игорь? Что тебе здесь понадобилось?

Бессменный помощник деда, небрежно шевельнув рукой, породил еще одну печать, которая всосала в себя стул. Пространственный карман, однако.

— Я пришел просить у тебя прибежища. — Ответил Игорь.

ИГОРЬ ПРИШЕЛ ПРОСИТЬ УБЕЖИЩА

Глава 27

Не было забот, купили порося

— Я пришел просить у тебя прибежища. — Ответил Игорь.

— Прибежища? — Я лихорадочно перебирал варианты, проясняющие появления Игоря у моей двери, и не находил ни одного приемлемого объяснения. — Ты переночевать или надолго?

— Если позволишь, надолго. Содержание свое службой отработаю. Да и деньги есть, скопил немного.

— Ладно. Давай в дом зайдем. Чего порог штанами подметать. — Я открыл дверь и снял сигнализацию.

Потом достал империал и подбросил. Анна Иоанновна одобрила.

— Смартфон свой дай. Гостевой доступ тебе настрою. — Произнес я, зевая.

Быстро скормил данные смарта и биометрию Игоря системе безопасности и повел его на второй этаж. Он с непроницаемым видом следовал за мной.

Остановившись посреди гостиной, ткнул рукой в сторону дивана.

— Сегодня переночуешь здесь. У меня нет другой мебели. И обжил я из дома максимум восьмую часть. Остальное в запустении. Завтра мне с утра на службу. Еду сам себе готовь, я с трудом научился яичницу делать. Завтра вечером поговорим, если все еще здесь будешь. А то у меня был тяжелый день. Я ловил убийцу и таскал его по всему полису. Сражался с огневиком. Потом сестра в ресторане подралась, пришлось ее от тела оттаскивать. Еще и ты здесь. Я, пожалуй, спать пойду.

— К какому времени тебе на службу? — Спокойно спросил он, якобы пропустив мой поток сознания мимо ушей.

— К девяти. Встаю я в полвосьмого.

— Могу я осмотреть дом, пока тебя не будет?

— А без моего разрешения ты не будешь смотреть? Пожалуйста, Игорь. Ходи везде, смотри что хочешь. Мне скрывать нечего. Так и передай совету рода.

— Буду благодарен тебе, если ты не упомянешь о моем присутствии никому из совета или рода. Даже сестре. Я ушел, скажем так, без благословения совета и нового главы.

— Это все звучит очень неправдоподобно, но я не хочу с этим разбираться сейчас. Я спать. В спальню не заходить, даже если тебе покажется, что меня там убивают.

— Как прикажешь, господин.

— И вот этого дерьма я чтобы больше не слышал! Твой господин ушел к предкам. Я, не он.

Игорь в ответ просто склонил голову, а я вышел из гостиной, волевым усилием заставив себя не хлопнуть дверью.

Это что такое, мать вашу, было? Дайте водички напиться, а то так кушать хочется, что аж переночевать негде? С другой стороны, отказать старику от дома с ходу я не смог. Я его с детства помню. Тень деда. Он вел для нас с Викой и двоюродными курсы по внутренней и внешней политике Империи. И занятия по рукопашному бою, между прочим. Всегда спокойный, сдержанный, холодно-вежливый. Мы, помнится, по-малолетству все пытались его из себя вывести довольно дикими выходками, надо сказать. Ни разу не вышло. Ну и что могло привести его ко мне? В голову приходит только посмертная воля деда. Ладно. Места полно, и пусть старик лучше будет под присмотром, чем строит козни издалека. Решено. Оставляем его. И Аня не против.

Печать в этот день поддавалась медленно. К тому же я потратил довольно много праны на короткую стычку с Кузнецовым. Однако уже был виден просвет в конце тоннеля. Еще три-четыре дня, и я зачищу свои центры зрения. А потом и самой печатью займусь. Зря я что ли к маэстро Геллеру в обучение прошел?

Поменяв промокшее от пота постельное белье, я, наконец, улегся спать.

Сны были странные цветные и яркие, похожие на наркотический трип. Но, проснувшись утром, я понял, что ничего не помню.

Утро встретило меня умопомрачительным запахом свежезаваренного кофе и чего-то вкусного, доносящимся из кухни.

Позевывая и почесывая голый живот, я прошлепал по холлу в ванну, по дороге заглянув на кухню.

Игорь что-то смешивал в небольшой кастрюле, вкусные запахи усилились. На плите торчала сковородка с песком, на котором стояла дымящаяся джезва. В ведре виднелись куски упаковки и картонных коробок.

— Я взял на себя смелость, заказать доставку, Алексей Григорьевич. Кое-какого оборудования и посуды не хватало. Также пришлось докупить продуктов. Надеюсь, ты не обижаешься, что я вот так хозяйничаю?

— Пахнет дивно. — Ответил я. — Но я прошу все же все дополнительные траты согласовывать со мной. У меня не так много денег, чтобы покупать лишние вещи.

— Я же сказал. У меня есть сбережения. Можешь считать новые покупки моей собственностью, я их приобрел, чтобы облегчить свою жизнь.