"Фантастика 2026-143". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - "Nicols Nicolson" - Страница 230

- Может, в других странах такое положение дел можно рассматривать, как демократию, то у нас, это приведет к всеобщему обвалу общества, - поддержал я высказывание Терехова.

– Не готова у нас общая масса людей принять идеи революционеров. Где-то вычитал понравившиеся мне слова Пифагора: «Есть три реальных угрозы человечеству: материализм ученых, невежество священников и хаос демократии». Трудно спорить с древнегреческим философом – зрил он в самый корень.

- Да-да всецело согласен. Вот посмотрите, Станислав Владимирович, Германия, Австрия, Турция и Италия готовятся к войне, ни для кого теперь не секрет, кто станет объектом нападения, и кто в эту войну ввяжется. Естественно, Россия всеми силами и средствами станет помогать французам и британцам. Помогать тем, кто натравливает ту же Германию на нас. Не парадоксально ли выглядит такая ситуация? А добавьте к этим бедам работу всяких социалистов внутри страны во время войны. Это может обернуться катастрофой!

- Трудно с вами, Александр Петрович не согласиться. Во многих акциях против России просматривается интерес лягушатников и островитян.

- Вот-вот, даже у вас в Вене тоже отметился французский посол, полез в заминированный дом за «горячими» новостями, там и остался навсегда. А ведь, как мне докладывал Леманн, всю эту комбинацию разработали и осуществили французы. Да, что я вам рассказываю, вы и сами принимали участие в освобождении женщин.

- Принимал.

- Ладно, все это эмоции, давайте поговорим о вашей будущей работе в австрийской разведке.

- Я толком не знаю, чем я буду заниматься. Есть какие-то на меня виды у Штайнлица, но ничего конкретного он мне не сказал, все будет известно после моего отпуска.

- В таком случае, оставим канал связи через Леманна, все ваши каналы на время законсервируем. Агентуру на связь тоже передадите Герту, у вас должны быть на первом этапе свободные руки. Постарайтесь поглубже врасти в структуру разведки, не предпринимайте никаких скоропалительных решений и необдуманных шагов. Начальство Вас будет рассматривать с разных сторон, словно под микроскопом, и если найдет возможность за что-то зацепиться, обязательно возьмет в разработку. Так, что на полгода, самое малое, забудьте об активной агентурной работе, вам нужно зарабатывать авторитет на новом месте, заводить новых сослуживцев. Будьте всегда настороже.

- Стараюсь всегда следовать этой вашей рекомендации.

- Лишней она не будет, в свете того, о чем я вам сейчас поведаю.

- Что опять где-то случилась неприятность?

- Это как сказать, неприятность или куда хуже. Вкратце так. Ваш преподаватель Марта Генриховна, в ходе выполнения последнего задания пропала. Предпринятым розыском установить ее местонахождение пока не удалось.

- Вообще пропала?

- Каналами связи не пользуется, с агентурой не работает. Ко мне попало ее пространное послание, в котором она сообщает о сложении с себя полномочий по семейным обстоятельствам. У меня сложилось впечатление, что Марта Генриховна писала сообщение под чью-то диктовку. Ни одному слову в бумаге я не поверил, не могла она просто вот так взять, и сказать, - «все я устала, я перестаю работать».

- А если обстоятельства сложились таким образом, что работать стало невозможно? Или статус Марты Генриховны изменился?

- Какой статус? Какие обстоятельства? Она пропала! Самое плохое, если она попала в руки германской разведки, те не посмотрят на ее половую принадлежность, потрясут со знанием дела. А знает Марта Генриховна очень много.

- Никуда Марта Генриховна, а вернее сказать, Анна Сёдерстрём не пропала. Писала вам, Александр Петрович, графиня Анна Головко, и, заметьте, под мою диктовку.

- Что-что? Что вы хотите этим сказать? – резко вскочил с кресла Терехов. - Все это время Марта Генриховна была в Вене, рядом с вами? Нет, этого не может быть! Леманн докладывал, что после освобождения вами женщин, Франческа Колетти увезла их в неизвестном направлении, а вы Герту это место не открыли. Почему? Получается, вы точно знали, куда итальянка доставит женщин, и скрывали от всех!!!??? – в крайнем возбуждении возмущенно вскричал Крестный.

- Разве Ольга Николаевна ничего не рассказала?

- Уж больно сильно ее травонули похитители. Она помнит только замечательный рыцарский замок, очаровательного кавалера и горы в округе. В Берне у нее началась горячка, всю дорогу до Лондона Ольга Николаевна находилась в бреду. Откровенно говоря, доктор не давал обнадеживающего прогноза. А вдобавок ко всему Марты Генриховны вместе с Романовой не оказалось. В пору за голову хвататься, в поисках пропажи. Посольские тоже молодцы, не удосужились узнать имя человека, передавшего им Ольгу Николаевну. Я хотел дать команду Леманну расспросить вас и Колетти должным образом, чтобы прояснить судьбу Марты Генриховны. Видите, как здесь все непросто? А вы со своими шуточками.

- Никаких шуток. Я абсолютно серьезен. Марта Генриховна Берг, незаконнорожденная дочь короля Дании – Анна Сёдерстрём, в настоящий момент является моей законной супругой графиней Анной Головко. Также у нас есть сын Стас.

- Как такое стало возможным? – удивился Терехов. – И откуда вам известно ее происхождение?

- Кого освобождал в Вене, я не знал. Были две женщины без сознания, замотанные тканью. Попросил Франческу Колетти оказать мне услугу, по доставке женщин в наш замок Тарасп - я почему-то решил, что там женщины окажутся в большей безопасности. Уважаемая фрау Колетти мне не отказала, и выполнила все в точности. Женщинам не открыла имя их спасителя и место, куда их доставили.

Ольгу Николаевну спустя несколько дней по просьбе Марты, отец отвез в Берн, где передал сотрудникам российского посольства. А Марта Генриховна осталась в замке с ребенком. К тому времени служанка и кормилица, приехавшие вместе с Мартой и Ольгой Николаевной, отбыли в Британию.

Вы правы, Александр Петрович - Марта настоящий профессионал, она к концу второго дня пребывания в замке знала, к кому именно забросил ее случай. Сам я смог разобраться в сложившейся ситуации спустя две недели, попав в замок. Там я узнал, что у нас с Мартой есть сын Стас. Там же я обвенчался с Мартой-Анной. Моя любимая жена приняла моих детей от первого брака, и Степан с Софией уверены, что Анна настоящая их мама. Так что статус Марты действительно изменился, она стала замечательной матерью троим нашим детям. И, при всем к вам уважении, теперь их воспитание в мое отсутствие – ее главная забота, уж извините, Александр Петрович.

- Подождите, а когда госпожа Берг успела родить вам сына? Все преподаватели Фоминово были под неусыпным контролем, контакты фиксировались и отслеживались. К Марте Генриховне никто из курсантов не мог подойти ближе, чем на два шага, она одними подначками могла заставить краснеть и бежать без оглядки любого из вас. Не верится, что вы, Станислав Владимирович, смогли очаровать и покорить неприступную красавицу, да еще оказаться в ее постели. Не верю! Вас обязательно должно было выявить наружное наблюдение. За домом госпожи Берг вели наблюдение два стационарных поста и пешая пара, и, смею заметить, там работали штатные сотрудники, настоящие профессионалы.

- И, тем не менее, мы встречались по месту жительства Анны, и отношения у нас длились почти до самого выпуска. Её в начале весны внезапно отправили на задание. Анна уже носила под сердцем моего сына, и мне об этом не сказала. Родила Стаса в Лондоне, пыталась совмещать обязанности матери и разведчицы. После венчания я настоял, чтобы Анна сложила с себя служебные полномочия. У нас трое детей, им нужна нормальная мама, если не получается иметь нормального отца.

- Так-так, то есть вы хотите сказать, что не менее шести месяцев, обучаясь в Фоминово, состояли в любовной связи с госпожой Берг?

- Александр Петрович, мы жили как муж с женой, но только невенчанные, мы любили и любим друг друга. Да, церковь не одобряет, и даже презирает людей, живущих в грехе, но никто об этом не знал, кроме нас с Анной. А перед вступлением в законный брак мы искренне покаялись, и получили отпущение своих грехов. Согласитесь, Александр Петрович, разве любовь может быть грехом?