"Фантастика 2026-143". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - "Nicols Nicolson" - Страница 1119

– Балуются? – девочка распахнула мокрые от слез глаза. – Их же наругают!

– Обязательно, – подтвердила Мэй.

Шенни успокоилась, и Ральф унес ее в гостиную.

– Нужно позвать Густава, – вздохнула я, поежившись от холода. – Мы замерзнем до утра, если не заделать окно хоть чем-то.

– Можно завесить старыми одеялами, – предложила Мэй. – Мы ведь не выбросили их, после того, как купили новые.

Идея воспитанницы имела место быть, и мы торопливо вытащили из кладовой все пять одеял. Прибить их к рамам вызвался Ральф. Передал дочь Пирси и притащил на кухню инструменты. Вскоре окно было наглухо забито – хватило двух одеял. Еще три мы постелили на подоконник и пол. В кухне стало темно, пришлось зажечь свечи.

– Знать бы, чьи это дети, – немного рассерженно сказал мужчина. – Стоит поговорить с их родителями.

– Я не видела их лиц, – пробормотала я задумчиво. – Но, подозреваю, что разговор с их родными все равно бы не помог. Леди Райра предупреждала меня, что будут проблемы с соседями. Кажется, нашествие крыс было лишь первым звоночком. Я боюсь оставаться в этом месте, но и другого у нас нет.

– Хочешь испуганно сдаться и сбежать? Не лучшая мысль.

– А что ты предлагаешь? Не терпеть же нападки, в самом-то деле.

– Противостоять, – хмыкнул Ральф. – В следующий раз мы будем готовы.

– К чему, например? Я не могу даже представить, что еще взбредет в голову тем, кто нам пакостит… Мэй?

– Да? – девушка вскинула голову.

– Кто из соседей больше всего ненавидит приют?

– Не могу знать наверняка. Никто, кроме леди Райры не был на стороне госпожи Миртеллы, когда она превратила свой дом в сиротское пристанище. Богатеи, все, как один, были против, чтобы возле их домов бегали беспризорники. Они боялись, что их дети заведут с нами дружбу и нахватаются уличных словечек или, того хуже, заразу какую подцепят.

– А соседские дети с рвением пытались с вами подружиться? – без иронии спросил Ральф.

Мэй задумалась на мгновение:

– Нет. Разве что дочка графа Вельдана. Она совсем еще малышка и одна за ворота своего дома обычно не выходит, но как-то раз сбежала, когда их дворецкий отправился на рынок. Мы играли с ней прямо у дороги, недалеко от ее дома, пока нас не увидел сам граф. Он такой скандал учинил! Весь квартал слышал, какие мы… – девушка тихонько выдохнула, стараясь совладать с эмоциями, которые у нее вызвали эти воспоминания. – Его светлость назвал Шенни грязным выродком.

Краем глаза я заметила, как Ральф стиснул пальцы на спинке стула. Так сильно, что казалось, вот-вот и хрустнет деревянная перекладина.

– Есть ли у него еще дети? – спросил мужчина.

– Да, двое сыновей. Им лет по пятнадцать… не помню точно. Кстати, этот же граф Вельдан после того случая приходил в приют и кричал на госпожу Миртеллу, обвинял ее, что кто-то из нас украл перстень из его дома. Потом, конечно, выяснилось, что воровка его служанка, но его светлости реальный виновник-то и не нужен. Ему только дай повод в чем-нибудь обвинить сирот. Раньше он постоянно писал жалобы в Дом Советов на приют, но пока была жива хозяйка дома, не получал удовлетворений. Госпожа Миртелла пользовалась уважением в Высшем свете. Говорят, она даже как-то раз ездила на охоту с самим королем. В общем, воевать с ней быстро прекратили, так все и затихло. Ну а теперь вот, снова…

– Ну ничего, – Ральф отвел взгляд, отпустил спинку стула, пока та не переломилась, – я попробую поговорить с графом.

– Не стоит, Ральф… – начала я. – Может лучше сообщить властям, что на приют происходят нападения?

– Они не станут искать того, кто это делает. Я просто поговорю, не волнуйся.

– А если это не он подбросил крыс, и не его сыновья разбили окно?

– Вы видели их? – перебила меня Мэй.

– Да, я увидела двух мальчишек. Но, может быть, это вовсе не сыновья графа.

– Может быть, – согласилась Мэй. – Но к сегодняшнему дню кроме его светлости нам некому желать зла. Точнее, всем уже наскучило бороться с приютом, да и такие подлые дела может совершать только кто-то вроде графа Вильдана. Поверьте, он тот еще фрукт.

Первым из отсутствующих вернулся Эллад, и его тут же послали за Густавом. Мужчина только перехватил два блинчика, быстро запил молоком и убежал. Но каждый из нас успел заметить, с каким счастливым лицом он вернулся домой. Кажется, переговоры с поверенным тетушки у Эллада прошли хорошо. И если он уже совсем скоро вступит в наследство, то значит, покинет наш дом. Интересно, а захочет ли взять с собой Нюру?

На этой мысли я почему-то почувствовала легкую грусть. Рано или поздно мы с Нюрой обе выйдем замуж, у нас будут свои дома и семьи, и видеться каждый день уже не сможем. Для меня это все равно, что потерять ногу или руку. Так же больно и страшно.

Нюрка явилась с работы в хмуром расположении духа, но в то же время была явно горда собой. Мы все в этот момент ужинали в гостиной, пока Густав ремонтировал окно на кухне – точнее, забивал его досками, пока не будет готово новое стекло.

– Работать – это так тяжело! – сообщила девушка с порога. Кое-как разулась, скинула пальто на кресло, не удосужившись разместить его на вешалке.

Эллад собирался что-то сказать, без сомнения – нечто едкое, но Ральф его перебил:

– Расскажешь нам? Садись, поешь. Агата испекла невероятно вкусные блины.

– О, еще как расскажу! – Нюрка плюхнулась в кресло. – Этот гадкий… не знаю, как еще его назвать, – гадкий, как есть!

– Кто? – заинтересовалась Шенни.

– Господин Миккель.

– Узнала имя работодателя? – усмехнулся Эллад.

– Он с самого утра закрылся в своем кабинете. К нему по записи пришла пожилая супружеская пара. Они сидели в приемной больше часа! Вы представляете? Этот… гадкий Миккель даже не удосужился предупредить меня, что будет занят! Я стучала дважды в дверь его кабинета, за что он на меня наорал. Супруги ушли, так и не дождавшись приема.

– Ты ведь работаешь в центре трудоустройства? – спросила я непонимающе. – Разве пожилые могут рассчитывать на работу?

– Не знаю, – пожала плечами подруга. – Да и мне какое дело? Я должна только провожать их к господину Миккелю, а зачем они пришли, меня не касается.

– Насыщенное у тебя было утро, – с каплей сарказма сказал Рил.

Кайл хихикнул:

– Что делала остаток дня?

– Работала, – уклончиво ответила девушка и запихнула в рот блинчик, давая понять, что устала, и больше не станет отвечать на вопросы.

А я Нюрку знала, лучше, чем саму себя. Если бы помимо утреннего инцидента были еще хоть какие-то в течении дня, она бы обязательно рассказала. Значит, ее сегодняшний рабочий день прошел за рассматриванием города из окна приемной. Но я была рада за подругу. Ей под силу только такая легкая работа, как та, что есть сейчас. Может быть, сумеет продержаться на ней хоть с месяц.

ГЛАВА 15

Нюрка отправилась спать со словами: “Тяжела жизнь работающего человека”. Едва дверь спальни за ней закрылась, как оттуда раздался храп. Дети ушли в свою комнату, предварительно обсудив со мной новый переезд. Решили, что стоит вернуть на место мой кабинет, а ребятам уже можно выделить личные комнаты. В доме стало очень тепло, и теперь с комфортом спали все, кроме Ральфа, которому приходилось ютиться на полу пока не купит кровать.

Я осталась с мужчинами выпить травяного чаю перед сном. Тогда-то Эллад и признался, почему вернулся домой такой счастливый.

– Тетушка оставила мне роскошное наследство, – со вздохом и улыбкой сказал он, отпивая глоток горячего напитка. Прищурившись, посмотрел на пламя в камине.

– То, на что ты рассчитывал? – многозначительно спросил Ральф.

– И даже больше. Просторный дом в Четвертом южном квартале, лавку специй, небольшую ферму за городом и… здание бывшего пансионата. Моя тетя выкупила его, хотела открыть в нем школу домоводства для девочек, но не успела.

Я слушала мужчину вполуха, занятая своими мыслями, но на словах о пансионате, вскинула голову.

Эллад смотрел прямо на меня. Потом перевел взгляд на Ральфа и сказал уже ему: