"Фантастика 2026-143". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - "Nicols Nicolson" - Страница 1051

Дом сиял чистотой! В восемь рук мы отмыли каждую дощечку на полу, каждую полку, смели паутину с потолка, выхлопали ковры, разобрали кладовую и чердак. Сняли с кроватей постельное белье, с окон занавески. Еся и Лелька снова сбегали на реку, на этот раз очень быстро, и я затеяла стирку.

Близнецы в какой-то момент пожалели, что вообще согласились на помощь, но когда мы, уставшие, но довольные, сели пить чай, собственноручно собранный мной, дети улыбались. Вероника, которая работала не меньше остальных, заснула с куском рыбы в зубах, прямо за столом. Я унесла дочку в спальню, накрыла одеялом и тихонько вышла из комнаты, прикрыв за собой дверь.

Еся и Лелька собирались уходить, когда в окно вдруг раздался громкий стук.

Я точно прибью этого Зафара!

– Да тише ты! – шепотом крикнула ему, зло дернув створку. – У меня ребенок спит!

– Прости. – Парень смущенно улыбнулся, еще сильнее обнажая без того торчащие передние зубы.

Борясь с желанием кинуть в него альму, которая все еще плескалась в ведре на подоконнике, быстро сбегала к стеллажу. Зелье в руках грело душу. Я едва сдерживала коварную улыбку, когда передавала пузырек Зафару через окно.

– Точно поможет? – спросил парень, проверяя бутылочку в свете фонаря.

– Не сомневайся, – оскалилась я.

– На, – Зафар протянул мне маленькую плетеную корзинку, полную яиц. – Корзинку потом приду заберу!

– Придешь… Точно придешь, – усмехнулась я, когда парень уже резво помчался проверять действие зелья.

Окно я закрыла, а обернувшись к близнецам, наткнулась на их подозрительные взгляды.

– Не подумайте ничего плохого… – начал Еся. – Но у вас был такой вид, когда вы говорили с Зафаром, что даже у Лельки спина вспотела от страха. Вы что ему такое дали?

– Маленькие еще, не скажу.

– Ой, да что маленькие-то? Мы днем его голозадым видели, и не только сегодня.

– Он просил у меня отвар для мужской силы. – Я закатила глаза. – Ну… чтобы подольше можно было… Ой, все! Сами додумаете.

– А вы правда преемница Герды? – вытаращила глаза Лелька. – О вас вся деревня говорила. Мы уже думали, что целительницу потеряли, и все, некому нас лечить будет, а скоро зима.

– Если Шерп меня не выгонит, то я буду вас лечить.

– Да поди не выгонит, не дурак же.

– Плохо ты его знаешь, – буркнул Еся, исподлобья взглянув на сестру. – Ладно, пойдем мы, поздно уже.

Я дала детям отвар для Аши, несколько раз повторила, как именно его нужно принимать, пожелала добрых снов и села в кресло у камина. Темнело в нашей части королевства рано, так что уже к девяти часам на улице была тьма-тьмущая, но это еще не значило, что пора спать. Гаскон точно еще не дрыхнет, да и Уля наверняка бодрствует.

Подхватив пузырьки с отваром для старушки, я выскочила на улицу. Вероника после такого насыщенного дня проспит до утра, хотя она и раньше-то среди ночи не просыпалась, значит, не потеряет меня. Альму мы с детьми решили пожарить завтра и сразу отнести новенькому. А сейчас я хотела успеть к Уле до того, как к ним приедет еще один житель.

Глава 9

Гаскон не спал, как я и думала. Мальчишка развел во дворе костер и теперь жарил маленькие кусочки мяса на палочках.

– Присоединяйся, – махнул он мне рукой, приглашая сесть на бревно.

– Я отвар для Ули принесла, – протянула парню два пузатых бутылька. – По ложке на стакан воды утром и вечером…

– Долго ее так поить? Когда бабушка заговорит снова?

– Будем надеяться, что скоро. Новенький еще не приехал?

– Жду с минуты на минуту. Он снова прислал письмо, в котором говорилось время прибытия. – Гаскон замолчал, что-то обдумывая, потом недоуменно воскликнул: – Кто вообще посылает письма с гонцом? Этот мужик явно при деньгах… Надо бы ему другую подушку выдать, а то я положил ему на кровать самую замызганную.

– Все еще надеешься брать деньги за аренду?

– Надеюсь, – не стал скрывать парень. – У нас еще не было такого, чтоб кто-то приезжал из города не голодранцем, но вдруг с этим Робертом все иначе. Может, у него были какие накопления?

Едва парень договорил, как из-за забора раздался очень приятный, бархатистый голос:

– Были.

Мы с Гасконом подпрыгнули одновременно. Калитка отворилась, впуская во двор высокого статного мужчину. Я окинула его идеально уложенные черные волосы ошалевшим взглядом, посмотрела на объемный чемодан в руках и поняла: накоплений у этого человека было ну очень много. Чемодан из кожи буйвола – роскошь не для бедных и даже не для богатых. Кожа буйвола доступна разве что кому-то из королевской семьи… Ну мне так говорил Савар, когда я зачем-то обмолвилась, что мечтаю о сапожках из этого материала. Тогда я выслушала столько гадостей от мужа, что навсегда разучилась мечтать.

Мужчина подошел к нам ближе, и света от моего фонаря и фонаря Гаскона хватило, чтобы разглядеть лицо незнакомца внимательнее. Я моментально расправила плечи, выпрямила спину и отругала себя за грязные волосы. Передо мной стояло совершенство, по какой-то нелепой случайности попавшее в богами забытую деревню. Тонкие черты лица, острый аристократический нос, чуть смуглая кожа без изъянов, а глаза… Я бы утонула в них, если бы вовремя не отвела взгляд.

У Зафара появился конкурент. Очень сильный, красивый конкурент, и если мое зелье сработает как надо, а новый отшельник воспользуется ситуацией, у Дарии не останется соперниц. Но что-то мне подсказывало, что Роберт и не взглянет ни на одну местную девушку. Он и на меня смотрел без какого-либо интереса, а я, хоть и не была красавицей, выглядела получше той же Катарины.

Роберт опустил чемодан на землю, выпрямился во весь рост и потянулся. Тонкая ткань рубашки затрещала на крепких мышцах, грозясь лопнуть.

– Я пойду… – пробормотала я, кивнув Гаскону. – Зайду завтра, проверю Улю.

И я позорно сбежала, даже не познакомившись с новеньким. Оказалось крайне неуютно стоять рядом с ним в старом застиранном платье и с засаленными волосами. За последние два дня было как-то не до гигиенических процедур, но сейчас я помчалась сразу домой, и то только затем, чтобы схватить в бане кусок мыла, полотенце, бабушкино платье из шкафа и отправиться на реку.

Мыться среди ночи в холодном водоеме – то еще удовольствие, но я блаженно выдохнула, смыв с себя пыль. Чистые мокрые волосы замотала в полотенце, надела на себя самое симпатичное платье из бабулиного гардероба и вернулась домой. Не сказать, что ее платье было каким-то совсем уж дурацким, но рюши с рукавов я все же сорвала.

Утро началось с дурдома. Я еще не знала, что в Отшельниках почти каждый день такой, и искренне перепугалась. Если бы хоть кто-то сказал, с чем мне здесь придется иметь дело, то выбрала бы другое место для жизни.

Сначала через открытое окно донесся громовой голос Клары. Она кричала что-то о том, что нас всех сожрут, потом кричала на детей, чтобы сию же минуту вернулись в дом. Потом раздались визги детей, хлопанье створок, и на какое-то время все стихло.

Пока я приходила в себя и умывалась, а Вероника сонно хлопала глазами в ожидании завтрака, в деревне творилось черт-те что. Я очень любопытна, но еще я очень люблю свою дочь, поэтому сначала помогла умыться ей, после пожарила два яйца и накормила ребенка. Только когда Вероника принялась за чай, я выбежала на улицу.

На абсолютно пустую улицу. Ни души не видно, хотя часы показывали уже девять утра. Того, кто всех нас должен сожрать, тоже не было. Любопытство оказалось сильнее, а до дома Клары всего несколько метров, поэтому я поспешила к соседке, чтобы выяснить все из первых уст.

Я услышала едва различимый гул, исходящий не понять откуда, повертела головой по сторонам и заметила кружащиеся в воздухе черные точки. Черное облако клубилось и жужжало, медленно летя над деревней в сторону леса.

Мимо промчался плохо знакомый мне мужик. Одетый, слава Создателю. В штанах и рубашке, в какой-то мелкой сетке на голове, с огромным сачком в руке и маленькой бутылочкой в другой.