Мастер Трав IX (СИ) - Мордорский Ваня - Страница 48

В семи из девяти сосудов смесь погибла. Вернее, превратилась в нечто, совершенно потерявшее изначальные свойства и превратившееся в нечто совершенно другое. Такое сразу на выброс. На каждом сосуде я применил Анализ и вновь это почти не требовало ментальных затрат и давалось легко. Это уже одиннадцатый Анализ за день и никаких проблем я пока не испытывал. Можно было обойтись менее затратной оценкой, но почему-то именно на выжимке она не сработала. И после анализа я понимал почему, от исходной выжимки в сосуде не осталось…ничего. Это было уже другие смеси. Кроме двух сосудов. Там оценка сработала, так как грибная выжимка сохранила свои свойства.

Эти два сосуда дали неожиданно хороший результат. В оба я добавлял ядовитые грибы, которые хорошо «легли» на агрессивную среду пеплогриба. Они дали ему недостающий стимул для развития, и после их поглощения (которое, очевидно, шло не один день) он усилил свои свойства уничтожения грибковых структур. Первым грибом стал белоцвет, а вторым — гнилец. Оба показали усиление свойств исходной выжимки.

Оба сосуда я отставил в сторону. С ними можно продолжать работать. Я вылил в одну емкость все неудачные смеси из сосудов и минут десять вычищал их от всех последствий, используя в том числе и мыльнянку. К сожалению, вонь всё равно оставалась, и хорошо, что я брал изначально ненужные Грэму сосуды. Но, видимо, для дальнейших таких экспериментов у Берга нужно заказывать побольше самых обычных глиняных посудинок, которые будет не жалко выбросить.

Я взял отдельную посудинку и туда слил по небольшому количеству обеих «удачных» смесей — посмотрю как они сработают вместе, усилят ли друг другу или наоборот ослабят. Думаю, на это нужно прилично времени, но и я не сказать что спешу.

Дальше я достал самые важные семена — те, что не смогла определить система в прошлые разы. Две штуки.

Первым взял окаменевшее семя. Оно казалось самым уникальным да и было в нем что-то…древнее.

[Семя [???].

Возраст: неопределим.

Жизненный цикл: приостановлен (существует возможность пробуждения *недостаточный уровень навыка*).

Свойства после пробуждения: недостаточно данных.]

Я хмыкнул. Уже что-то — раньше не было даже этого. Но частичное чтение означало неприятную вещь: даже нового уровня Анализа этому семени мало. Значит, нужен следующий. А то, что я могу его пробудить, если повышу навык я знал и так. Вот только навык пробуждения так просто не взрастить. На это нужно время. Надеюсь, это семя стоит того.

«Возраст неопределим»… Сколько же тебе лет, камешек? Сто? Тысяча? Я покатал семя в пальцах и убрал обратно. Ты подождешь. Ждал сотни лет, подождешь еще немного.

Ладно, идем дальше.

Второе семя — разноцветное, с перламутровыми разводами по скорлупе, переливающимися от зеленого к багровому. Я сжал его в ладони и запустил Анализ.

[Семя-Плетун.

Редкость: невероятно редкое.

Тип: хищное.

Свойства: способно накапливать живу в своих щупальцах и уплотнять ее, усиливая их. Использует для более эффективной охоты.]

Я медленно выдохнул.

Вот именно таких мне и не хватало — хищник, который сам умеет работать с живой. Не просто тратить ее, а накапливать в конечностях и усиливать их. По сути, растение с врожденным аналогом моего Уплотнения. Виа душит массой и шипами, душильник берет числом щупалец, а этот… этот будет бить концентрированной силой. Потенциальный мутант-симбионт с боевым навыком.

И это семя мне притащили мурлыки. Однако с посадкой я пока не спешил, успеется. Не хотелось испортить его. Нужно,,послушать,, его.

Итак, уже тринадцать применений Анализа и только на последних двух я почувствовал напряжение. Но это могло быть не столько из-за количества Анализов, а из-за объектов, из-за их редкости. А редкость и уникальность, как я уже заметил, всегда требует больше мысленных усилий.

Из редкого у меня оставалось еще два семени, которые я не определил, но их я оставлю на вечер. Сегодня нам предстоит поход к гнилодарцам и я не хотел оказаться там совсем без Анализа. Мало ли для чего он мне еще пригодиться? Но в целом, даже на текущий момент я как минимум удвоил свои возможности, а это означает больше варок, больше экспериментов, и больше незнакомых растений, которые я могу определить.

Хорошо, теперь следующий на очереди вопрос лимита связей. И для его проверки мне нужен был проверенный, неприхотливый материал. Такой, из которого можно наделать кучу мутантов для тестов.

Душильник.

У меня дома до сих пор хранились его семена, на которых я тренировался в навыке пробуждения. И теперь пришла их очередь прорасти и мутировать. Я взял длинный деревянный ящик, насыпал земли и высадил ровными рядами сорок семян, а затем подпитал каждый из них настолько, чтобы в них запустились процессы мутации. Завтра они все взойдут, и тогда я начну считать свой предел пока не упрусь в потолок.

После этого я снова направился к своей сети сорняков, и еще на подходе понял, что что-то изменилось.

Земля вокруг них выглядела уставшей даже за такой короткий срок. Трава вокруг пожелтела, а прочие мелкие сорнячки оказались высосаны. Я присел, коснулся ладонью узла сети и присвистнул: двенадцать сорняков поглощали всё вокруг с утроенной силой. Их совокупная мощь оказалась намного больше, чем если бы каждый из них работал по отдельности. Что, конечно, логично… Однако я как-то не ожидал, что это произойдет так быстро.

Вот, значит, как: они почувствовали за собой силу и начали выкачивать всё вокруг. Вот только они не мутанты, и высосав вокруг себя всё они не смогут найти другое место, а просто обрекут себя же на гибель, застряв в этом безжизненном месте. Жадность до добра не доводит.

— Мелкие паразиты… — вздохнул я.

Они высасывали рассеянную живу из почвы: делали то, чем и вредны все сорняки мира — брали, не отдавая. Оставь я их здесь, через неделю этот угол сада превратится в мертвую плешь. Оно мне не надо.

— Нет уж, ребята, — пробормотал я. — Вам не место среди приличных растений. Пора на выселение.

Я взял корзину, лопатку и переместил их туда. Почти сразу использовал большое количество живы, чтобы и в них тоже запустить процессы мутации. Сегодня пересажу эту сеть в лес и посмотрю что из нее получится. Все-таки когда она мутирует, то сможет с помощью своих щупалец перемещаться и поглощать другие растения. Даже интересно, что за чудище из этого получится, и как повлияет изначальная связанность корнями на итоговый результат? Получу ли я что-то вроде Душильника-старшего?

Закончив с сорняками, я провел еще один эксперимент, мысль о котором мелькала еще во время создания сорняковой сети: а что, если собрать сеть из разных растений? Подключить, скажем, к мощным сорнякам слабый росток чего-то полезного, быстро подтянуть его до нужного уровня за счет общего потока и отключить?

Этим я и занялся: вновь создал небольшую сорняковую сеть и замкнул ее на росток восстанавливающей травы.

Прошло всего несколько минут и сеть просто уничтожила чужеродное растение, а вслед за ней пошла «цепная реакция»: сорняки, несмотря на «общность» корней, начали жрать друг друга.

Я почесал голову. Да уж…жаль. Конечно, для полной уверенности нужно еще несколько экспериментов, причем возможно не на столь агрессивных растениях как сорняки. Может с обычными растениями при подсадке «чужака» всё будет в порядке?

Надо пробовать.

Это лишь самые первые эксперименты. Я пока не знаю про сети почти ничего.

Ладно, теперь можно продолжить старый эксперимент — окружить свой забор живой изгородью. Передняя часть перед калиткой уже была оплетена обычной, не мутировавшей изгородью, часть оплел ловец, отъевшийся с помощью насекомых, и еще дюжина черенков была мной посажены в разных местах забора. За это время они вымахали до двух метров каждый, и оплели каждый свой участок плетнем упругих, шипастых побегов. Я прошелся вдоль них, срезая черенки. Те были крепкие, с две ладони длиной. Почти два десятка штук я рассадил по всему периметру ограды. Приживутся, разрастутся, сомкнутся — и тогда уже я сплету их корни в единое кольцо. Будет живая стена.