Клан Триединства - Dar Anne - Страница 6

– У нас было твоё ДНК. Ты долгие годы стригла свои быстро отрастающие волосы и ногти – за десять лет я собрала циркониевых частичек твоего тела весом с твой скелет. Также я успела собрать твои слёзы, пролитые на лицо Багтасара – они послужили для тебя длинной памятью: ты помнишь всё до момента смерти Багтасара, но не дальше, потому что твоя последняя частичка, взятая мной, была в этом моменте. Если бы я не собрала твои слёзы, если бы Багтасар не добыл каплю твоей крови незадолго до этого… – в этот момент я вспоминаю, как незадолго до прихода в сознание Дикой Райхенвальд подносил к моим губам капсулу с кровью, и сейчас же понимаю, что это был отвлекающий манёвр – он не пытался напоить меня человеческой кровью, он добывал мою! – Что ж, если бы не эти частицы, твоя память обрывалась бы на моменте перед самым началом Металлической Охоты: ты бы помнила гораздо меньше, чем сейчас.

– Йорун, ты… Я… Я… – у меня в голове взорвалась целая Вселенная.

– Как я уже сказала: ты единственная из живых, сумевшая переродиться при жизни.

Отдельные детали пазла начинают складываться во вполне различимую, поражающе пугающую картину. Вот почему во время Металлической Охоты Йорун и Тофа вместо того, чтобы вступать в бои, разыгрывали отступничество – на самом деле они были оберегаемы с самого начала! Наблюдательницы… Они с их дарами были необходимы для того, чтобы… Чтобы вернуть к жизни павших. У них с Багтасаром изначально был свой тайный план, скрытый ото всех… Быть может, Тофа узнала не сразу, но Йорун всегда всё знала на много шагов вперёд. Им важно было уцелеть, чтобы…

– Йорун, ты… – у меня перехватывает дыхание от вопроса, который я должна задать дальше. – Ты клонировала меня?..

Йорун опускает глаза…

Я перевожу взгляд на Тофу… Рубидий также сверлит взглядом пол…

Они… Что они… Сделали?..

Тофа вдруг начинает лепетать

– Это всё… Багтасар… Я бы не… Мы бы не… Но Багтасар не может без тебя. Он… Он действительно не… Не может… Без него не будет Триединого Королевства, не будет… Нас… Не было бы… Тебя…

В моей голове все лица и фразы начинают сливаться воедино: Дикая, Рат, Теона, Кайя, Беорегард, Борей, Джекки, Тристан, Конан, Кейара – Металлическая Охота… Они ушли… Кайя куда-то переместилась с Теоной, Беорегардом, Конаном… Дикая, Тристан, Джекки, Борей, Рат и Кейара остались… Мы вместе… Всё сделали и… Я выбралась из-под купола… У меня получилось! Я ушла!.. Или… Не выбралась… Получилось и не получилось одновременно?..

…Получилось и не получилось одновременно…

Чувства не смешались – они аннигилировались и в эту же секунду воссоздались в нечто новое…

Йорун и Тофа продолжают говорить, но я, смотря прямо перед собой ничего не видящим взглядом, слышу их слова отрывочно, словно из-под толщи воды…

Тофа беспокойно-участливо щебечет какую-то чушь:

– Рагнхильд подвёл её дар переворачиваться в другую личность – он отработал столь жестоко, что теперь она… И потом… Ну и… Вот так вот… Оказывается, она сдала кровь в моменте, в котором шуточно приняла облик Аурелии, поэтому вернулась к жизни в её образе и теперь… Кажется, она никак не может перевернуться обратно в свою внешность… Аурелия в шоке…

– Аурелия? – мой голос звучит глухо, как перед обмороком.

Йорун:

– Мы вернули многих павших.

Аурелия вернулась к жизни?.. Борей будет рад… Нет… Борей не сможет обрадоваться: он ушёл вместе с Кайей… Вместе со мной…

Тофа:

– Вернули только тех, чьи духи согласились по возвращению к жизни присягнуть клятвой верности Багтасару… Это как… Обмен на жизнь… И вот… Они… Все те кто… Согласился в разговоре со мной, тех Йорун вернула…

– Меня не вернули к жизни – меня клонировали, – мой голос мне не принадлежит.

Йорун:

– Ты сформировалась из собственной плоти и крови… Точь-в-точь такая же… Те же шрамы, память тела и разума… Весь твой опыт и знания при тебе, а так же…

Я закрываю глаза и сжимаю холодными пальцами тонкую материю платья в области живота… Да, моё тело, оно… Оно помнит, как порождало Борея, но… Но правда в том, что оно никого не порождало… Борей родился прежде этого тела… Мне… День?.. Два?.. Сколько мне от роду?!..

Осознание того, что исчисление моей жизни равняется фразе “всего-ничего”, в то время как в этот же момент параллельно существует девяностолетняя Диандра – я! я! я! – разрывает меня изнутри! Я хватаюсь за правую скулу, кожа на которой до сих пор тянет, и… Замираю… С лицом что-то не так… С моим лицом что-то не так! Пальцы чувствуют травмированность!..

Я машинально бросаю взгляд в сторону напольного зеркала, всегда стоявшего в левом углу комнаты – оно отвёрнуто к стене! Кто его отвернул и зачем?!

Я спешу встать на ноги, но стоит мне спрыгнуть с кровати, как Йорун и Тофа резко преграждают мне путь к зеркалу.

– Что происходит?! – я кричу, и их взгляды теряются. – Пошли прочь!

Йорун пытается успокоить меня:

– Диандра, для тебя сегодня достаточно потрясений…

Неожиданно для себя, я толкаю её… С металлической силой… Так, что она ударяется спиной о зеркало, которое, в свою очередь, врезается в каменную стену и… Разбивается… Осколки с шумом летят на пол. Тофа ахает, Йорун продолжает расставлять руки в стороны, не допуская меня… Я… Я не знаю, что сделала бы дальше – расплакалась бы или же озверела от злости, – однако в этот момент позади меня раздаётся звук отворившейся двери. Обернувшись, я замираю от нового шока: Багтасар Райхенвальд! Живой!

Глава 6

Продвигаясь к центру комнаты, Багтасар не сводит с меня полыхающих глаз, как и я не отвожу от него своего откровенно испуганного взгляда. Остановившись напротив камина, он произносит, не глядя в сторону Йорун и Тофы:

– Оставьте нас.

Женщины спешат исполнить приказ… Хотя они проходят мимо Райхенвальда, это не мешает нашему зрительному контакту, так как он значительно выше их голов…

Стоит двери за его спиной захлопнуться, и я, резко развернувшись и припав коленями на ковёр, хватаю с пола крупный осколок зеркала. Я всего лишь хотела посмотреться в него, честно… Всего лишь раз взглянуть… Но Багтасар в этот же момент надавил на мои плечи своим весом. Инстинкт сработал прежде, чем я успела подумать: осколком зеркала, который он стремился отнять у меня, я, во время стремительного разворота, со всей силы врезалась в его плечо… Конечно, я не целясь чаяла попасть в шею – перерезанная сонная артерия надолго бы заняла его, – но он ведь слишком высок… Не рассчитав расстояние, я угодила в плечо – острый зеркальный осколок вонзился прямо в центр бицепса, спрятанного под пиджаком средневекового кроя. Кажется, он даже не почувствовал боли.

Мы одновременно подскочили на ноги – расстояние всего в одну вытянутую руку…

– Я… Прости… Не стоило тебе вырывать из моих рук… Я лишь хочу взглянуть на себя в зеркало.

Пальцы его непострадавшей руки неожиданно касаются моей щеки – чуть ниже пылающей кожи на скуле, – переходят на подбородок… Смотря на меня словно заворожённым взглядом, он наконец произносит неожиданное:

– Великолепная Диандра… Ты прекрасна. Твоя красота неоспорима…

Я вырываю из плеча безумца осколок зеркала – теперь он наполовину металлический, – и сразу же бросаю взгляд в остаток зеркальной поверхности… Шрамы! Ужасные полосы чёрных шрамов на порванной коже правой скулы, тонкая паутина под левым глазом, крупная раздваивающаяся линия на лбу прямо над правой бровью!

Истерика накрыла меня, словно смертоносное цунами дрожащую землю! Отрезвляющее осознание того, что я не являюсь собой, что моя внешность не настоящая – настоящая Я ушла! но Я здесь же! – что лик этой темницы – этого тела! – изуродован, в одну секунду обращает мой внутренний мир в эмоциональный фарш.

Дико закричав, я выронила из своих рук осколок, случайно до крови порезав им руку… Багтасар попытался обнять меня, но я, продолжая истерически вопить, вырвалась… Он оказался за моей спиной… Из моих глаз покатились неконтролируемые потоки слёз… Моё тело, резко вошедшее в напряжение, вдруг перестало ощущать силу… Крича в истерическом рыдании, обнимаемая Багтасаром за плечи сзади, я начала оседать на пол… Он последовал вслед за мной… Входя в силу вопля, я упёрлась правым виском в изножье кровати…