Девичник - Блок Сандра - Страница 1

Сандра Блок

Девичник

Sandra Block

THE BACHELORETTE PARTY

Перевод с английского Ю. Дымант

Печатается с разрешения Taryn Fagerness Agency и Synopsis Literary Agency.

© Sandra Block, 2024

© Перевод. Ю. Дымант, 2025

Школа перевода В. Баканова, 2025

© Издание на русском языке AST Publishers, 2026

Глава 1

Срываю с головы диадему. Крошечными стразами на ней выведено: «Гламурная невеста». Мало того, что выглядит по-идиотски, так еще и жмет ужасно.

– Ну же, Алекс! – Мэлоди оборачивается ко мне с переднего сиденья. – Ты ведь у нас невеста! Без диадемы никак!

– Потом надену.

Приходится соврать, чтобы не обидеть Мэлоди: она не поленилась и специально для меня выбирала эту мерзость.

Лэйни несколько раз поворачивает ключ зажигания, и двигатель, хрипло закашлявшись, наконец оживает.

– Надо все-таки проверить стартер, – поморщившись, бормочет она.

Начало многообещающее, ничего не скажешь. Мы сидим в старенькой «Киа» Лэйни – такого описания более чем достаточно. Впрочем, выбора особо не было: Мэлоди не водит, а машину Джея мне взять не удалось – она ему самому сегодня нужна. Выехав с парковки и преодолев несколько крутых поворотов, мы медленно ползем вдоль улиц Манхэттена.

Толпы туристов осаждают витрины универмага, увешанные традиционными рождественскими декорациями, – кто бы мог подумать, что в эпоху вездесущей компьютерной графики кого-то еще привлекают столь дешевые приемы. На соседней улице мамаши с дочурками выстроились в очередь у входа в дорогущий магазин кукол «Американ герл». Снег усиливается, повсюду кружат крупные белые хлопья, и город смотрится прямо как на рождественской открытке.

– На этой машине в метель ездить невозможно, – жалуется Лэйни, напряженно следя за дорогой.

– Да ладно тебе! – Мэлоди театрально вскидывает руки. Она актриса и постоянно так делает. – Нас ждет настоящее приключение!

Лэйни с сомнением хмыкает, и могу сказать, я вполне разделяю ее настроение: до свадьбы остался всего месяц, а мой репортаж об убийце 666 до сих пор не сдвинулся с мертвой точки. Однако деваться некуда – Мэлоди надавила мне на совесть, заявив, что это будет наша последняя холостяцкая вечеринка, а у Лэйни с ее баскетболом нечасто выдаются свободные выходные. Пришлось согласиться.

Как ни странно, окончательно уговорил меня именно Джей. Сам он из Австралии, и там перед свадьбой обязательно устраивают девичник.

– Вы всю жизнь знакомы, – заявил он. – Они твои лучшие подруги. Оторвитесь по полной – стриптизеров в полицейской форме позовите, пускай из торта выпрыгивают!

Я невольно усмехнулась. Мэлоди еще, может, и согласилась бы на стриптизеров (исключительно в целях борьбы за права женщин), а вот Лэйни мужчины вовсе не интересуют, тем более обнаженные. Спасибо хотя бы, что мы будем втроем. Не хватало еще потащиться в какой-нибудь клуб – шумные вечеринки точно не для меня.

– Скажете наконец, куда мы едем? – спрашиваю я с заднего сиденья.

– Тогда никакого сюрприза не получится, – возражает Лэйни.

Перевожу взгляд на Мэлоди, но та жестом показывает, что твердо намерена держать рот на замке. Устало вздохнув, я откидываюсь на спинку и несколько секунд безуспешно пытаюсь пристегнуть ремень – только потом вспоминаю, что крепление сломано.

С заднего сиденья мои подруги смотрятся довольно комично: макушка Лэйни торчит высоко над подголовником, а вот Мэлоди, напротив, совсем не видно. Они два совершеннейших антипода: Лэйни светлокожая блондинка, худая, по-мальчишески угловатая, и росту в ней все шесть футов[1]; Мэлоди же, имея китайские корни, ростом немного выше четырех футов[2] и при этом весьма женственна и кокетлива. В сказке про Белоснежку Лэйни была бы Ворчуном (если только возможно представить себе гнома-баскетболиста), а Мэлоди – Весельчаком (будь тот поборником интерсекционального феминизма).

Не знаю, каким гномом стала бы я сама. Простачком или Скромником меня не назовешь, а имена Чихуна и Сони едва ли отражают черты характера. Думаю, я где-то посерединке – уж как минимум в том, что касается роста и цвета волос. Я всегда была между ними: с тех самых пор, как мы делили комнату во время учебы в Коннектикутском университете, мне постоянно отводится роль арбитра и миротворца. Джей прав – мы знаем друг друга всю жизнь.

– Ну, хоть подсказку дайте! – Подавшись вперед, я упираюсь локтями в их подголовники и просовываю голову между кресел. – Всего лишь одну крошечную подсказочку!

Они переглядываются.

– Это связано с твоей стажировкой, – сдается Мэлоди. – С расследованием, которое ты ведешь.

– С расследованием? – в недоумении переспрашиваю я, барабаня пальцами по обивке. – Вы про убийцу 666? Мы что, к нему едем?

– М-м-м… нет, – Мэлоди неодобрительно косится на меня. – Нет, Алекс, к твоему маньяку мы не поедем.

– И вовсе он не мой маньяк! – возмущаюсь я.

В ответ красноречивая тишина.

Ну, ладно. Надо признать, я действительно несколько зациклилась на Эрике Майерсе за то время, что готовила материал по этому делу к десятой годовщине совершенных им убийств. Джей поначалу жаловался, что весь дом завален жуткими фотографиями, а я всего-то искала зацепки, которые (что, впрочем, крайне маловероятно) могли пропустить на месте преступления полицейские, вот и разглядывала снимки: колото-резаные раны, разорванная цепочка, залитый кровью кулон в виде бабочки…

Мне хотелось сенсации – чего-то такого, что в мгновение ока превратило бы меня из незадачливого стажера в полноценного репортера медиакомпании «Краймлайн». Зарплату, конечно, мне бы сильно не подняли, однако это стало бы первым шагом на пути к карьере телеведущего.

Мэлоди наконец находит какую-то радиостанцию с поп-музыкой, и мы продолжаем пробираться сквозь снег, оставляя позади все городские достопримечательности, небоскребы, гудящие улицы, магазины и толпы туристов. Мне нравится Нью-Йорк, и все же я испытываю невероятное облечение всякий раз, когда оказываюсь за городом. Конечно, не мне жаловаться: у меня отличная работа и, благодаря моему замечательному жениху, прекрасная квартира. Все дело в том, что я выросла в Вермонте, и мне больше по душе открытые просторы. Возвращаясь от мамы, я иногда испытываю странное ощущение – будто город затягивает меня невидимой сетью. Джею этого никогда не понять. Как бы то ни было, криминальные репортеры в Вермонте все равно не требуются.

Колеса то и дело буксуют в снегу, и мы движемся очень медленно. Лэйни отчаянно вцепилась в руль, стараясь держать машину ровно. Она включает дворники, и резиновые щетки со скрипом елозят по стеклу.

– Кстати, а где Джей? – интересуется Мэлоди, закидывая в рот жевательную резинку. – Думала, он выйдет тебя проводить.

– Он на этих выходных с Грегом.

Сбоку от дороги возникает семейство оленей – и тут же скрывается в лесу.

– Вы наконец познакомились? – Лэйни, удивленно выпучив глаза, смотрит на меня в зеркало заднего вида.

– Ну да, – не вдаваясь в подробности, отвечаю я.

Джей все хотел выбрать подходящий момент – желательно после нашей помолвки. Роман у нас вышел, что называется, бурный, поэтому долго ждать не пришлось – мы и нескольких месяцев не повстречались, когда я к нему переехала.

– И как прошло? – спрашивает Мэлоди, вновь пытаясь настроить радио.

– Нормально.

У меня сейчас нет ни малейшего желания об этом говорить: я собиралась развлечься, а не обсуждать Грега. В нашу первую встречу с сыном Джея мы пошли в японский ресторан, потом вместе ели мороженое, и за все время Грег не сказал ни слова. Впрочем, я и сама понятия не имею, о чем разговаривать с двенадцатилетними. Джей заверил меня, что все в порядке. В тот день я никак не могла понять, понравилась ли я Грегу, а сейчас практически уверена, что нет.