"Фантастика 2026-133". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Карамель Натали - Страница 845

Лидия остановилась. «Гость» внутри зашевелился – не от страха. От возбуждения. Он чуял здесь силу. Власть. Энергию хозяина. Холодная тяжесть в душе пульсировала в такт далекому стуку паровых молотов. Мертвый, механический ритм. Каждый удар отдавался ледяной иглой в висках, резонируя с имплантом.

– Лида... – Верея вцепилась в ее плечо, голос сорвался от боли и нарастающей тревоги. Она всматривалась в чистые, залитые солнцем улочки, отходившие от сияющего пирса.

. – Куда? Где... крыша? – В ее вопросе звучала немыслимая усталость, граничащая с отчаянием. Алая капля крови упала на безупречно выскобленную дубовую доску пирса, оставив роковое пятно на идеальной чистоте.

Лидия закрыла глаза. Грохот оживленного порта – гудки пароходиков, крики грузчиков, звон трамвайчиков – обрушился на нее волной. Но сквозь этот жизнерадостный хаос пробивался другой звук. Шепот. Не в ушах. Глубже. В костях. В самой крови.

«Трубы... Газ... Кровь империи... Ищи...»

Голос гостя – тихий, глухой, навязчивый. Он манил, тянул не к сияющим куполам Святой Софии, а туда, где за изящной линией причала тускло блестели на солнце огромные, новые газгольдеры. Их стальные бока, выкрашенные в сдержанный серо-голубой цвет, выглядели чужеродными громадами на фоне беломраморного изящества, как древние менгиры, притаившиеся на окраине рая.

– Туда, – Лидия ткнула подбородком в сторону промзоны, голос чуждый, лишенный эмоций. – Он там. Его сила. Его... слабость. – Она шагнула вперед, волоча больную ногу, выдергивая плечо из ослабевающей хватки Вереи. Мешок с доказательствами прижала к груди, как щит. – Идем. Пока не упадешь.

Верея замерла. Ужас узнавания мелькнул в ее глазах – не города, а превращения Лидии. Ледяная решимость, гипнотический взгляд, устремленный к индустриальным гигантам... Это был зов не разума, а плоти, захваченной гостем. Зов самого Ричарда, звучащий изнутри.

– Лида, стой! – Верея сделала порывистый шаг, но рана в бедре дернулась белым огнем, согнув ее пополам. Она вскрикнула, хватаясь за повязку, сквозь которую снова проступила алая влага.

– Ловушка! Он... ведет тебя сам! Через эту дрянь в твоей голове!

Но Лидия уже шла. Ковыляла по набережной, мимо аккуратно сложенных канатов и выкрашенных в яркие цвета бочек для пресной воды. Мимо опрятных матросов в белой форме, бросавших на нее недоуменные взгляды. Ее взгляд, невидящий, был прикован к газгольдерам. Гость бурлил внутри, наполняя ее холодной, чужой энергией, притупляя боль в ноге, заглушая страх и красоту окружающего мира. Он чуял цель. Сердцевину паутины.

Верея, стиснув зубы до хруста, сорвала с шеи шелковый платок. Слезы боли и ярости выступили на глазах, когда она с силой стянула им кровоточащую повязку выше, затянула узел туже – в глазах потемнело от накатившей слабости.

– Черт с тобой! – прошипела она в пустоту, глядя на удаляющуюся спину подруги. И, хромая, истекая упрямством и кровью, побежала за ней. Не от веры в путь. От невозможности бросить. От любви, сильнее страха и боли.

Они свернули с сияющей набережной в узкий проулок между двумя складами. Тень поглотила их. Чистота и свет остались позади. Здесь было тише, прохладнее, но и безлюднее. Запах моря сменился запахом деревянных стен, выдержанного зерна и легкой плесени в углах. Шум порта приглушился, сдавленный высокими стенами. Лидия шла уверенно, ведомая невидимым импульсом, биением чужого сердца в груди. Верея спотыкалась, всматриваясь в чистые, но глухие стены складов, ища хоть какой-то знак, выход из ловушки. Лишь глухие двери с массивными замками, аккуратные штабеля пустых ящиков под брезентом и слабый, сладковатый запах старого дерева и пыли. Отчаяние сжимало горло.

– Лида... стой... – хриплый шепот вырвался у Вереи, но Лидия не обернулась.

Она шла как сомнамбула. Нога волочилась, боль притупилась в тисках ледяной концентрации «гостя».

Вдруг – Лидия замерла. Резко. Верея едва не врезалась в нее. Тупик. Глухая кирпичная стена склада. Но Лидия смотрела не на стену, а вверх, где между коваными пожарными лестницами зиял черный провал арки старого виадука. За ней, в просвете, все так же тускло блестел стальной бок ближнего газгольдера, теперь казавшийся огромным и угрожающим в этой тесноте. Запах горячей смазки и металла доносился сверху, от железнодорожных путей, проложенных по виадуку.

– Туда, – прошептала Лидия, голос безжизненный, но с железной волей, не ее. – Через пути. Под ним. – Она указала на узкую, темную щель под аркой виадука, где среди аккуратно сложенных, но покрытых пылью железнодорожных шпал угадывалась тропинка. Она вела к массивным, запертым воротам в стене, за которой явно начиналась промзона. Запах мазута и металла здесь был сильнее.

Она схватила Лидию за рукав, пытаясь встряхнуть, вернуть.

– Одумайся! Нам нужен врач!

– Но надо идти… – Голос Лидии был монотонным, лишенным воли, как эхо.

– Лидия, угомонись!! – Верея вскрикнула. Резкий хлопок по щеке оглушил грохот поезда.

Лидия вздрогнула всем телом. Черные, бездонные глаза мигнули, сжались. В них – вспышка смятения, боли, а затем чистый, животный ужас. Она отшатнулась, прижимая руку к пылающей щеке. Ледяная маска рассыпалась, обнажив изможденное, испуганное лицо девушки, потерявшей все.

– Верея... – Голос сорвался на надтреснутый шепот. Слезы – горячие, неконтролируемые хлынули градом.

– Я... я не... Он... он звал... – Слова путались, захлебываясь рыданиями. «Гость» внутри бушевал, сбитый с толку, яростный, но ее собственная воля, страх, боль – прорвались сквозь его контроль.

– Тихо… Тихо, солнышко… – Верея шагнула вперед, забыв на миг о ране. Крепко обняла Лидию, прижала дрожащую голову к плечу, игнорируя липкую кровь на одежде. – Все хорошо. Я здесь. Это я. – Голос низкий, успокаивающий, полный материнской нежности, скрытой за бунтарским фасадом. – Это не ты. Это оно. Но ты сильнее. Слышишь? Сильнее.

Лидия вцепилась в Верею, как утопающий. Тело сотрясало глубокие, разрывающие душу рыдания – выплакивая страх, боль, потерю, ужас от того, что ею почти завладело. – Прости... прости... я испугалась... за тебя... – вырывалось сквозь слезы.

– Ничего, ничего, – Верея гладила ее по спутанным волосам, сама едва сдерживая дрожь от боли и облегчения. – Мы вместе. И мы выбираемся отсюда. Сейчас же.

Она осторожно отстранилась, глядя Лидии прямо в залитые слезами глаза. – Забудь газгольдеры. Забудь его ловушки. У меня есть план. Настоящий. – Слабая, но решительная улыбка тронула ее губы. – Мы идем домой. В особняк Коробейников. Здесь, в столице. Там моя... тетка Аглая. Она строга, как скала, и стара, как эти камни, но она семья. Там мы в безопасности. Там перевяжут раны. Там... найдем силы для настоящей войны. Доверяешь мне?

Лидия, всхлипывая, кивнула. Доверие было хрупким, как тонкий лед после оттепели, но оно и было. «Гость» затих, отступил, подавленный волной чистой, человеческой связи.

– Доверяю, – прошептала она, вытирая лицо грязным рукавом.

Глава 16: «Долгожданное спасение»

Путь через лабиринт все более благопристойных, но не менее мрачных кварталов стал испытанием на выносливость. Верея, стиснув зубы, вела их, опираясь на Лидию лишь для равновесия, каждое движение отзывалось огнем в бедре. Лидия ковыляла, больная нога ныла, но боль была своей, человеческой, а не навязанной гостем. Они миновали чугунные ограды парков, мрачные фасады банков, пока не вышли на широкую, пустынную улицу, застроенную не домами, а крепостями из темного камня. Воздух чище, но холоднее, напряженнее.

Особняк Коробейников стоял отдельно, отбрасывая длинную тень. Не дворец, а древний бастион – глухие стены, тяжелые дубовые ворота с выкованными из черного металла знаками сплетенных змей. Мрачное величие и непробиваемая тайна.

Верея подвела Лидию к калитке в стене. Резко дернула за невидимый шнур колокольчика. Глухой звук, как стук в склеп. Вечность ожидания. Калитка со скрежетом приоткрылась.