"Фантастика 2026-133". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Карамель Натали - Страница 651

«А где он может научиться такому, Ваше Сиятельство?» – спросил Анри, уже не скептически, а с робкой надеждой. – «Он же только садовником у меня… У нас нет…»

Елена энергично махнула рукой, отсекая сомнения.

«Где учиться – найдем! В Париже, в Грассе… Главное – желание и талант есть! И если Лука согласен работать на меня, создавать для меня и, возможно, для других дам уникальные ароматы, основанные на цветах моего сада…» – Она сделала паузу, глядя на юношу. – «…то я беру все расходы по его обучению на себя. Мастеру заплачу, снаряжу в дорогу, обеспечу всем необходимым. Это инвестиция в будущее. Наше будущее. Что скажешь, Лука?»

Лука не прыгнул, но его лицо озарилось такой яркой, безудержной радостью, что казалось, он вот-вот взлетит. Он мог только кивать, с трудом сдерживая слезы счастья и выкрикивая:

«Да! Да, Ваше Сиятельство! Согласен! Огромное спасибо! Я буду стараться! Честное слово!»

Анри смотрел на сына, потом на Елену, и на его суровом лице появилось выражение глубокой, немой благодарности. Он поклонился еще ниже, чем обычно.

«Ваше Сиятельство… мы… мы не знаем, как вас благодарить. Вы дали ему шанс… Такой шанс…»

Елена улыбнулась.

«Он его заслужил своим даром. Договорились. Месье Бернар займется организацией». – В ее голове уже формировался бизнес-план: эксклюзивные духи для придворных дам, подчеркивающие статус и уникальность… Да, это могло стать не только прибыльным, но и политически полезным делом. А главное – это было её дело. Начатое здесь и сейчас. Клеманс одобрительно кивнула, а Лисбет с любопытством разглядывала теперь уже «волшебника запахов».

На этой волне безудержного оптимизма и новых планов Елена отправилась на обед. И если завтрак был прекрасен, то обед… Обед был триумфом кулинарного искусства. Каждое блюдо – от нежнейшего суфле из дичи до воздушного десерта с ягодами из сада – было шедевром. Вкусовые рецепторы действительно взрывались от гармонии и совершенства. Казалось, сама Терпсихора кухни танцевала у плиты. Клеманс ела с нескрываемым удовольствием, а Лисбет, наконец освоившаяся, уплетала десерт за обе щеки.

«Месье Бернар», – сказала Елена, отпивая изысканного белого вина, – «пожалуйста, передайте мои самые восторженные поздравления шеф-повару… Марфе, кажется? Ее талант достоин королевского стола. Этот обед… это было волшебство».

Бернар, сидевший с ней за столом (она настояла, что управляющий – не слуга за дверью), кивнул, улыбаясь ее искреннему восторгу.

«Передам, Ваше Сиятельство. Марфа будет польщена».

Когда трапеза подошла к концу, и слуги унесли посуду, Елена вернулась к делам. Клеманс увела Лисбет осматривать сад, оставив их наедине.

«Бернар, насчет Луки, сына садовника Анри. Нужно найти ему лучшего мастера-парфюмера в Париже или, если возможно, в Грассе. Договориться об обучении. Счет я оплачу. Это важная инвестиция».

Бернар, уже успевший привыкнуть к ее неожиданным, но всегда обдуманным решениям, все же удивленно поднял брови.

«Парфюмера? Юноша… Лука? Интересно. Хорошо, Ваше Сиятельство, займусь этим». – Он сделал паузу, его лицо стало серьезнее. Он отодвинул чашку кофе и посмотрел на Елену. В его взгляде была тень старой боли и вины. – «Ваше Сиятельство… Елена…» – он редко позволял себе такую фамильярность, но сейчас это было уместно. – «Позвольте мне… попросить у вас прощения».

Елена насторожилась.

«За что, Бернар?»

«За то, что меня не было рядом тогда… в замке Вольтера. Когда вы остались одна с Филиппом и Анжеликой…» – Его голос дрогнул. – «Я должен был настоять, чтобы граф Гаспар оставил меня при вас, а не в .... Может быть… может быть, тогда все сложилось бы иначе. Вы бы не прошли через… через все это». – Он с трудом подбирал слова. – «Из-за моего отсутствия, из-за той ловушки… вам пришлось повзрослеть так резко. Не по годам. Не по…» – Он не договорил, но Елена поняла: «не по вашей прежней наивности».

Он смотрел на нее с восхищением и горечью.

«На вас свалилось столько… Но я не ожидал такой силы. Такой… стали. Вы выстояли. Вы победили. Но цена…» – Он снова замолчал, не в силах выразить всю тяжесть мыслей.

Елена молчала несколько мгновений. Она вспомнила тот ужас, беспомощность, грязь унижения. Но вспомнила и ярость, лед решимости, находчивость, триумф побега. Она встретила взгляд Бернара.

«Вы не виноваты, Бернар», – сказала она тихо, но твердо. – «Филипп все равно нашел бы способ. Анжелика бы подыграла. Это была их воля, их злоба и жадность. А то, что я… изменилась…» – Она чуть улыбнулась безрадостной улыбкой. – «Может, это и к лучшему? В этом мире… такая «наивность», как у прежней Елены, смертельно опасна». – Она сделала паузу, и в ее голосе прозвучал новый вопрос, отложенный, но важный: – «Бернар… Филипп… он выполнил обещание? Перезахоронили ли Гаспара? Как положено? В фамильном склепе Вольтеров?»

Бернар кивнул, его лицо смягчилось от грусти.

«Да, Ваше Сиятельство. Вскоре после вашего прибытия в замок де Вольтер. Я лично проследил. Все было сделано достойно. Покойный граф обрел вечный покой среди предков».

Елена кивнула. Несколько секунд она сидела неподвижно, глядя куда-то в пространство перед собой. Потом медленно повернулась к большому окну, выходящему в парк. Золотой свет заливал листву, играл бликами на траве. Она смотрела на эту красоту, на свое новое царство, но мысли ее были далеко.

Бернар видел ее профиль, застывший и сосредоточенный. Он видел, как ее пальцы слегка сжали край стола. Он подумал, что она вспоминает Гаспара. Что скорбь, сдержанная железной волей, все еще жива в ней. Что она оплакивает мужа, которого потеряла дважды – сначала физически, потом – в кошмаре, устроенном его братом. Он восхищался ее силой, но в этот момент ему показалось, что он видит тень прежней, более уязвимой Елены.

Он ошибался.

Елена смотрела в окно, но видела не парк. Она видела лицо Лео – нежное, каким оно было в тот момент близости, с настоящей Лией. И чувствовала… благодарность. Глубокую, тихую благодарность Гаспару за этот дом, за эту землю, за шанс начать все заново. За ту силу, которую он, сам того не зная, дал Елене через свое последнее волеизъявление. Скорбь была за них, но она была светлой, как поминальная свеча. Не раздирающей, а уважительной. И в ней не было места слабости. Только признание прошлого и твердый взгляд в будущее.

Она была уже другой. Более сильной. Более цельной. И этот взгляд в окно был не бегством в печаль, а моментом тихого уважения к человеку, подарившему ей свободу, и подтверждением для самой себя: она использует этот дар по максимуму. Для себя. Для тех, кто ей дорог. Для своей новой жизни.

Она глубоко вздохнула и обернулась к Бернару. На ее лице не было слез, только спокойная решимость.

«Спасибо, Бернар. За все. Теперь давайте работать. У меня с Лукой – большие планы. И надо что-то решить с Лисбет. А еще у меня для вас список идей по хозяйству…» – Она улыбнулась, и в этой улыбке была вся ее новая, стальная сущность, готовая строить и побеждать на своей земле. День был еще долог, а Елена де Вольтер только разгонялась.

Глава 31

Глава 31. Кровь, Мазь и Звездное Небо Возможностей

Послеобеденное время в Домен де Вольтер превратилось в карусель вежливости. На резном столике в кабинете Елены начали появляться изящные визитные карточки и записки на плотной бумаге с гербами соседних поместий. «Графиня де Монфор приглашает отобедать в четверг...», «Маркиз де Сен-Клу просит чести принять Ваше Сиятельство в субботу...», «Виконтесса д'Обервиль надеется на чай в среду...»

Елена перебирала приглашения, чувствуя себя новичком в сложной игре светских визитов. Она позвала Бернара. Клеманс сидела неподалеку, наблюдая за игрой Лисбет с деревянной лошадкой на ковре. Девочка что-то тихо напевала себе под нос, ее бело-русые волосы ловили солнечные лучи.