"Фантастика 2026-133". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Карамель Натали - Страница 1045

– Некоторые догадались вернуться.

– Зачем?

– Это спасло им жизнь. Стоило вновь окунуться в озеро, как язвы и коросты сходили. Кожа возвращала молодость, зубы очищались, суставы опять становились гибкими. Пластина молодости не изменила себе. Но болезнь уже не излечивалась полностью. Нужно было окунаться в озерные воды дважды в день. Те, кто выжил, оказались навсегда к ним привязаны. По разным слухам, это не то тридцать, не то сорок женщин.

Они стали черноитами. Изменилось не только их тело. Изменилась сама глубинная суть. Они утратили часть своей личности, взамен которой, как это бывает с артаками, пришла другая. Более того, казалось, что с каждым днем они сливаются друг с другом, прорастают единой червоточиной.

– Это как?

– Сложно сказать, что тут правда, а что слухи. Но Тирхствин рассказывал, будто все эти женщины становились похожи друг на друга. Одинаково красивы и молоды. Цвет глаз, волос, даже черты лиц – все становилось одинаковым. И они начинали говорить, как один человек: продолжая общую мысль или произнося что-то одновременно. То, что пришло взамен их личности, было единым, хоть и разбитым на части между всеми этими людьми.

– Жуть, – прокряхтел Громбакх. – Обязательно об этом говорить, когда мы в полуверсте от леса?

– Излечить женщин не удалось. Но и бросать их семьи не захотели. Все они принадлежали богатым родам, так что уход получили соответствующий.

– Ну да, – хохотнул Громбакх. – Стальную цепь на горло.

– Цепь? – не понял я.

– Да, – кивнула Миалинта. – Их сковали единой цепью вокруг озера. Только не стальной, а лайтанной. И никаких ошейников.

– Зачем?

– Они впадали в забытье. Утрачивали человечность. Забыли родных, забыли прошлую жизнь. Иногда порывались уйти в лес, а там их ждала смерть. Не пришлось бы ждать, пока растрескается кожа. Дикие звери и насекомые быстро сделали бы свое дело.

Все годы они так и лежали вокруг озера: на ошелинных подушках, в окружении арфисток, краснобаев, кочевых акробатов. Неприятная, должно быть, картина. Кругом – запустение, дикая пуща, а вокруг озера – музыка, веселье и богатая жизнь.

– На цепи, – добавил охотник.

– На цепи, – согласилась Миалинта. – И казалось, что так будет продолжаться бесконечно долго. Никто не знал, будут ли пленницы вообще стареть. Сколько проживут. Как умрут. Про них даже перестали судачить. Хватало и других историй с лигурами и проснувшимися пустышками. А двенадцать лет назад, я только приехала в Багульдин, из Лаэрнора не вернулся подвоз. Простые крестьяне, поставлявшие овощи, мясо, зелень… Не вернулись кочевые артисты. Не вернулись родственники, приехавшие проведать озерных пленниц. Никто не вернулся. Повозки ехали в одном направлении – в Лаэрнор. Тех, кто уехал в лес, больше никто не видел. Не вернулись ни гонцы, посланные наместником Целиндела, ни стражники, посланные его комендантом.

Тогда из Матриандира приехал отряд кромешников[49]. Им поручили разобраться с тем, что творится в лесу, и при необходимости убить привязанных к озеру женщин. Смерть от меча была не такой страшной. Все понимали, что теперь едва ли кто-то согласится возить туда еду, ухаживать за пленницами… Из кромешников никто не вернулся. Что именно там произошло, неизвестно.

Эльгинцы запретили въезд в Лаэрнор. Распорядились установить заграждения по линии каахнерской стены. Но они и не понадобились бы. Никто и не думал туда лезть.

С тех пор Лаэрнорского леса боятся. Вот тогда на Старой дороге и объявились все эти контрабандисты, крысятники, наемники. Ставили времянки на окраине леса, жили там. А в последние два года, по слухам, стали пропадать. Отсюда и все суеверия. Говорят, влияние лигура вышло за пределы озерного городка, за пределы разрушенных каахнерских стен и теперь поглотило весь лес.

– А где наш следопыт? – неожиданно спросил Теор.

Мы только сейчас заметили, что тюфяк Тенуина в самом деле пустует.

– Пошел на разведку, – пробормотал сонный Громбакх.

– Ночью?

– А ты наблюдательный… Если что… сможешь в училище преподавать.

Следопыт вернулся глубоко за полночь. К этому времени Миалинта успела пересказать самые интересные из слухов, связанных с Лаэрнорским лесом, и теперь я если и не разделял суеверных опасений Громбакха, то по меньшей мере частично признал их обоснованность.

Закрепив защитную сетку на входе, следопыт беззвучно приблизился к окну. Постоял перед ним несколько минут и только после этого лег на тюфяк.

– Что там? – спросил я как можно тише.

– Сигналы.

– Какие сигналы?

– Не знаю. По ту сторону дороги, на холме. Кристаллами мойны. Одинаковые колебания. Девять раз. Один и тот же узор. С долгими промежутками.

Сигнал…

– Кому?

Тенуин не ответил.

– Думаешь, люди Птеарда?

– Вряд ли, – отозвалась Миалинта. – Они бы не стали ждать. Давно бы напали.

– Выследили и ждут подмогу, – предположил я.

– За это время подмога пришла бы.

Громбакх, всхрапнув, перевернулся на бок. Он давно спал. Наши тихие голоса его не беспокоили. Теор, полностью скрытый в темноте, судя по всему, тоже спал.

– Думаю, это люди Эрзы. – Миалинта приподнялась на тюфяке. – Знаю, мы просили только четырех людей в сопровождение. Она могла не послушаться. Выслала вперед еще парочку наемников, чтобы они проверяли дорогу. Не хотелось бы угодить в западню. Она знает свое дело.

– Логично, – согласился я. – Тен?

– Да?

– Это могли быть люди Эрзы?

– Сигналы подавал Феонил.

– Ну вот. – Миалинта опять легла.

– Кому-то на Старой дороге? – не понимал я. – Спрашивал, все ли там в порядке?

– Не знаю. – Тенуин говорил так тихо, что я старался не шевелиться, хруст соломы заглушал его слова. – Но ему никто не ответил.

– Может, ты не заметил?

– Может быть. Но сигнал повторился девять раз. Один и тот же. С разными промежутками. Это много.

– И что теперь?

– Спим. Завтра будет видно.

Глава 5

Совий дол

Нордис положил молот на щербатую плиту карнальского камня. Поднял чашу с загустевшей брагой, в которую с вечера добавил измельченные растения и раскрошенную рияжную лепешку.

– Он там еще долго? – прохрипел недовольный Громбакх.

Густ посмотрел на него с немой яростью. Говорить в эти минуты не полагалось. В руках наемника был зубач – клинок с тонким, длинным, чуть изогнутым лезвием и заточенными до блеска зазубринами. Густ держал его плашмя на раскрытых ладонях.

Нордис продолжал начатое. Сделал несколько шагов вперед. За его спиной Феонил суетливо выложил свое оружие – два коротких стилета. Он во всем подражал гирвиндионцу. Даже заготовил такую же чашу, правда, вместо браги вынужден был использовать хмель.