Холодная малышка (ЛП) - Робин Карли - Страница 3

Я действительно не помню, когда в последний раз испытывал такой искренний интерес к женщине. Вся моя жизнь была подчинена хоккею, и на что-то другое времени просто не оставалось. Если бы мне пришлось начинать сначала, я бы не изменил свой выбор, но мне не очень нравится, что я превратился в клишированного спортсмена, который женат на своей игре. Особенно сейчас, когда друзья детства женятся и открывают ту самую «следующую главу» своей жизни. Моей следующей главой всегда был исключительно хоккей, а счастливым финалом — переход в «Дьяволы Сан-Диего».

— А кем ты работаешь? — спрашиваю я. — Пожалуйста, скажи, что это связано с книгами.

Она дарит мне лукавую улыбку, от которой у меня сладко тянет внизу живота.

— Вообще-то я личный турагент сурка Панксатонского Фила, веришь или нет.

Ее лицо и тон остаются настолько серьезными, что я действительно не могу понять, шутит она или нет.

Прежде чем я успеваю это выяснить, в нишу влетает чья-то фигура и раздраженно рычит:

— Ради оригинального состава «Гамильтона», если ты опять торчишь тут со своей…

Незваная гостья замечает меня и резко осекается. То, как округляются ее глаза, выдает ее с потрохами — как минимум одна из девушек в этой комнате меня узнала. Ее темно-русые волосы взлетают, когда она переводит взгляд с меня на мою спутницу и обратно, недоуменно нахмурившись.

— Ой, привет, — произносит она, выходя из ступора. — Я не хотела прерывать… это. Когда я тебя потеряла, то сразу подумала, что ты сбежала куда-то почитать, но… — Она машет рукой в мою сторону. — Вижу, что ошибалась.

Сидящая рядом девушка слегка задевает мое плечо, незаметно пряча электронную книгу за мою спину.

— Я бы никогда не поступила так некрасиво по отношению к обществу. Это же вечеринка, в конце концов, а не книжный клуб, Кеннеди.

— Никакого чтения, — подтверждаю я с кивком. — Только содержательная беседа.

Очевидно, для них это привычное дело, и мне даже нравится, что я помогаю ей скрыть это маленькое преступление.

— А, ну тогда я пойду, пожалуй, — отвечает вошедшая — Кеннеди — с лучезарной улыбкой и многозначительно поигрывая бровями. — Продолжайте свою… содержательную беседу.

В ее интонации сквозит такой прозрачный намек, что невинная фраза приобретает двусмысленный оттенок, из-за чего щеки моей таинственной читательницы становятся краснее спелого томата.

На мгновение она замирает, словно ошарашенная. Но быстро придя в себя, поспешно прячет читалку в сумочку и поднимается с дивана.

— Мне нужно догнать ее. — Ее взгляд встречается с моим, и она дарит мне робкую улыбку. — Было приятно пообщаться…

— Коул, — подсказываю я.

— Майя, — отзывается она уже на ходу. — Наслаждайся своим виски, Коул.

Я ведь не так уж давно трахался, так почему от звука моего собственного имени, слетевшего с ее губ, в голове мгновенно вспыхивают непристойные картинки?

Я настолько обескуражен реакцией собственного тела, что даже не соображаю, что нужно было попросить ее номер, инстаграм или хоть какие-то контакты. Черт.

Я осушаю стакан до дна и поднимаюсь. Выйдя из ниши, я прочесываю взглядом зал, но ее уже нигде нет. Какая ирония. Девушка, обожающая красивые сюжеты, устроила нам свидание в стиле настоящей Золушки. Туфельки она мне не оставила, но у меня есть ее имя, а это уже зацепка, чтобы выяснить, кто она такая.

Глава 2

Майя

Нет ничего лучше книжного запаха. Этот миндально-ванильный аромат превосходит любой парфюм, свежеиспеченный пирог или букет цветов. Стоит мне перешагнуть порог «Книжного уголка», как он окутывает меня с ног до головы. Стеллажи высотой по плечо делят магазин на зоны и тянутся вдоль стен. Новинки занимают торцевые полки, а бестселлеры и неувядающая классика украшают квадратные столы, расставленные по всему залу. В самом уютном уголке, в глубине, притаились мягкие кресла, где покупатели могут свернуться калачиком с книгой в одной руке и чашкой кофе в другой.

Хозяйка магазина чуть не поседела раньше времени в прошлом году, когда мы обустроили стойку с кофе и выпечкой. Месяцами каждый удар молотка, и визг дрели воспринимались ею как личное оскорбление. Но новые изменения привлекли свежие лица. Наше удачное расположение обеспечивает постоянный поток покупателей, но нам никогда не помешает дополнительный стимул в индустрии, которая все стремительнее уходит в цифру. К тому же иметь лучшую подругу, знающую всех выдающихся кондитеров в городе, — огромный плюс, ведь благодаря ее связям каждое утро в книжном пахнет просто божественно. Даже Блайт не может отрицать, что свежие синнабоны и датские слоёные булочки добавляют магазину гостеприимства.

Я делаю глоток из большого стакана с кофе от «Boston Bean» и осматриваю зал, наслаждаясь тем, как быстро горячая жидкость разгоняет пелену усталости. Воскресные смены — это всегда сущий кошмар, особенно после бурной ночи. Три порции эспрессо-мартини, которые я умудрилась в себя влить, не давали мне уснуть до трех часов утра, а этого вполне достаточно, чтобы превратить любого человека в брюзгу. И вот она я — с мутным взглядом и полным отсутствием бодрости.

Утро пролетает как один миг. Сначала заглядывает стайка студенток с горячим шоколадом, и мы увлеченно болтаем о романах про ковбоев, прежде чем они уходят с парой пикантных книжек и новым историческим романом. Затем я рекомендую несколько научно-фантастических книг двум братьям-близнецам, которые, по словам их матери, сутками торчат в видеоиграх и срочно нуждаются в полезной пище для ума. После того как мне приходится мягко объяснить ребятам, что элементы научной фантастики хоть и опираются на факты, но все же не заменят им школьные учебники по физике, я мысленно соглашаюсь с их мамой.

Я занимаюсь ценниками для нового товара в заднем офисе, когда Катрина, мой помощник управляющего, заглядывает внутрь и сообщает, что ко мне посетитель.

Прежде чем я успеваю спросить, кто это, она поспешно убегает. Что ж, ладно.

Я направляюсь к выходу в зал, на ходу отряхивая ладони, но замираю как вкопанная при виде гостя. У круглого стола, где разложены наши личные рекомендации и выбор персонала, переминается с ноги на ногу Николас Берретт. Ну надо же. Двукратный обладатель Кубка Стэнли и звездный центральный нападающий «Бостонских Рысей». Еще прошлым вечером он показался мне смутно знакомым, но тогда я списала все на алкоголь и его умопомрачительную внешность. Этот мужчина чертовски хорош собой, он вполне мог бы украсить обложку какого-нибудь из моих горячих романов. И только когда Кеннеди чуть не словила паническую атаку, застав нас за разговором, я выяснила, что загадочный Коул — на самом деле тот самый Николас.

Не мог он просто так взять и случайно забрести в «Книжный уголок». Особенно после того, как сам признался, что за последний год не читал ничего, кроме инструкции на бутылке со стиральным порошком.

Так какого черта он здесь делает?

Я заставляю себя сосредоточиться на этом вопросе, а не на том, как чертовски привлекательно он выглядит. Потому что выглядит он просто невероятно. Его пряди цвета крепкого эспрессо так соблазнительно падают на лоб, что это вряд ли вышло случайно. Джинсы и куртка плотно облегают мускулистую фигуру, не оставляя сомнений — парень явно не прогуливает тренировки.

Как я умудрилась вчера вести с ним нормальный диалог, а не пялиться на него, подобно влюбленной школьнице, ума не приложу. Такие красивые мужчины, да еще и знаменитые спортсмены, не встречаются на каждом шагу. А если и встречаются, то уж точно не приходят ради меня.

Проглотив подступивший к горлу комок нервного напряжения, я делаю глубокий вдох и заставляю себя подойти ближе.

— Присмотрел что-нибудь интересное? — приветствую я его, мысленно молясь, чтобы мой голос прозвучал спокойно и непринужденно.

Внутри же все переворачивается, будто желудок готовится к олимпийским соревнованиям. Еще секунд пять, и я точно возьму золото по панике.