Кицхен готовится к войне (СИ) - Демина Карина - Страница 12

— Надо что?

— Надо? А… так вот, может, сразу и начнёшь себя проявлять?

— Если по следу идти, то без меня. У меня сопли!

— Да след — это ерунда, — отмахнулся Персиваль. — Этот не взяли, другой натопчут. Раз уж танерийцы сюда припёрлись, то сами собой не уйдут. Я о другом хотел. Отчёты.

Сказано это было с придыханием и заглядыванием в глаза.

— В смысле «отчёты»? — Даглас носом шмыгнул.

— В прямом. Ты всегда их писать умел. С чувством, с толком. Обстоятельно. Красиво. Моё начальство тебя не раз в пример ставило, только без толку. Если нет таланта, то его нет. Так что раньше я маялся, а теперь ты есть! Разве не чудесно?

— Нет.

Персиваль пропустил сказанное мимо ушей.

— Так вот, напишешь? О происшествии?

Даглас вздохнул и взял протянутый платок.

— Напишу. Если жив останусь. Тут… — он снова прислушался к ощущениям. И представил, как рассказывает Персивалю о том разговоре с герцогом…

Ничего.

Ни тени давления. Клятва исчезла? Вряд ли навсегда, скорее уж временно. Возможно, то зелье, которым его опоили, подействовало. Или оборот? Он ведь меняет кровь, это Даглас помнил. А что если изменения настолько кардинальны, что и клятва не удержалась? Или всё вместе виновато? Зелья Каэр и оборот? Тогда надо ловить момент.

— Погоди, — он придержал Персиваля. — Не перебивай. Не уверен, что у нас много времени. Про Каэр и герцога ты правильно догадался. Или там узнал. Не важно. Но есть ещё кое-что. Их неспроста направили в ту крепость. Танерийцы готовятся напасть. Крепость безоружна. Она падёт.

И если эти маги так нужны короне, то их надо спасать.

Да и не только их. Там, в крепости, и другие люди имеются. Простые солдаты, которым не повезло.

— Подробностей не знаю, но герцог был уверен, что танерийцы ударят именно туда. Что крепость специально ослабили, чтобы они прошли. Их встретят уже в горах. Ниже. Во всяком случае должны.

И выдохнул.

Прислушался, внутренне готовясь к удавке на шее.

— Ишь ты… — произнёс Персиваль и нос поскрёб. — Прям так и рассказал?

— Да… он поэтому Каэр и отправил. Точнее его друзья.

— А имён этих друзей не называл?

Даглас покачал головой.

— Мы не настолько… друзья.

— Ну да, ну да… — и столько сомнения в голосе прозвучало, что прям шерсть на загривке поднялась.

— У меня была своя роль.

— Окрутить девицу Каэр, жениться и завладеть землями, — кивнул Персиваль. — А у тебя глаза пожелтели. Держи себя в руках. И успокойся.

Это прозвучало довольно жёстко. И Персиваль смягчился:

— Третий оборот за такой короткий период здоровья тебе не добавит. И что куда хуже, если ты вдруг окочуришься, мне точно не видать награды за привлечение в наш клуб неудачников столь ценного тебя.

Стало обидно.

Слегка.

И от обиды ухо дёрнулось. Потом второе.

Даглас сделал глубокий вдох. И выдохнул, усилием воли придавливая тепло внутри себя. Это не дар, это что-то иное, словно клубок из тёплой согретой живым пламенем очага пряжи под рёбра засунули.

— Да, вот так. И дыши. Не позволяй себе срываться. На самом деле оборотни в момент перехода отличаются не только физической, но и некоторой эмоциональной нестабильностью. Но верю, что ты справишься.

— Так говоришь, будто ты с ними дело имел.

— Приходилось. Но и без этого кое-что знаю. Пойдёшь учиться, тебе и про оборотней расскажут, и про эльфов, и в целом… проведешь несколько месяцев энергично и познавательно.

— Если доживу.

Клятва не возвращалась.

— А есть другие планы? — осведомился Персиваль. И всё-таки взгляд его не отпускал Дагласа ни на мгновенье.

— Я клятву давал. На крови.

— Вот это ты зря, конечно, — Персиваль сунул руки в карманы и потянулся. — На будущее избегай. Мало ли, вдруг в следующий раз ведьмы поблизости не окажется?

— Ведьмы? — Даглас коснулся шеи. — Думаешь, она…

— Ну, я, конечно, не оборотень, чтоб по следу пройти, но тоже кое-что умею. Ты моргай активней, а то, знаешь, желтые глаза, они котикам хороши, а у человека странновато выглядят. Не сочти за критику… висела на тебе печать. И такая, которая тьмой попахивала. А теперь вот сгинула, как будто её и не было. Стало быть, помогли. И как раз, когда я прекрасную тэру Нову на лодочке катал.

Даглас моргнул.

И снова моргнул. А пожалуй, прав, плыло перед глазами. Барсом он как-то иначе всё видел. И нормальным оно казалось. Не мешало. А вот в человеческом обличье выходило, будто одна картинка на другую накладывается. Причём обе какие-то рисованные, ненастоящие.

Раздражает жутко.

— Убрали меня, чтоб под ногами не крутился, а тебе здоровьице поправили… что хорошо, очень хорошо. Но ты и вправду аккуратней в следующий раз. Такие клятвы частенько до могилы доводят. Ладно, если отдышался, то пойдём. Дамы там, небось, переживают. А это не хорошо…

— Почему она не предупредила?

— Кто?

— Ведьма.

— Ну… ведьмы, они вообще как-то не склонны предупреждать, — Персиваль пощупал край куртки. — Да и как ты себе представляешь? Мы для них кто? Пара пришлых офицериков с неясными намерениями. Точнее, подозреваю, очень даже ясными. Ваша с герцогом интрига, как бы помягче…

— Не моя это интрига.

— Не важно. Её и интригой назвать сложно. Сколь заметил, то дамы у Каэр разумные, герцог опять же… так что, думаю, два и два они сложили. Вот и решили тебя порасспрашивать.

Это походило на правду.

— А в процессе клятва всплыла. Её и убрали.

— То есть они знают?

— Что ты собираешься девице голову вскружить и семейное имущество к рукам прибрать? Несомненно.

— Тогда… почему?

— Что?

— Почему я ещё жив? И клятву эту… зачем убрали?

— Может, случайно. Может, пожалели дурака.

На сей раз и обидеться не вышло, потому что Персиваль прав, как никогда. Даглас дурак и есть.

— Кто их, ведьм, разберёт-то? Главное, что оно нам в любом случае только на пользу. И поговорить с очаровательной тэрой надо будет. Хотя и не сейчас. Позже. Когда мы узнаем друг друга получше, проникнемся доверием и симпатией. Такое умение, дружище Даглас, оно не просто полезно, оно жизненно необходимо… Что ты меня взглядом буравишь? Взрослые игры, они такие. Никого не щадят, — Персиваль остановился, приподняв ветку. — Твой предшественник уже пару месяцев в могиле отдыхает…

По спине потянуло холодком.

И сердце забилось быстро, часто.

— Дышать! — рявк Персиваля заставил выдохнуть. — И вообще работать тебе надо, дружище, над сохранением душевного спокойствия. А то этак ты и без клятвы долго не протянешь. Работа у нас дюже нервная, а на каждое переживание замучаешься оборачиваться. Эх, я теперь и выпить не могу. Ты только об этом не распространяйся, ладно? А то ведь весь образ пересматривать придётся…

Даглас только и сумел кивнуть.

— То есть вы знали? В смысле, Корона?

— Знать не знали, тут я не скажу… я, чтоб ты понимал, невысокого полёта птица, а потому и доступ к информации имею ограниченный. Там, — он поднял палец и сам поглядел ввысь, с опаской и сомнением. — Другие люди сидят. Умные. Мы им вот информацию собираем, поставляем, а они её сопоставляют и думу думают, чтобы подумав, послать нас в очередную задницу мира. Где, заметь, чисто случайно оказываются и танерийцы, думаю, такие же, как мы, умниками посланные.

— Коллеги? — не удержался Даглас.

Теперь он вдруг ясно понял, что клятва исчезла. И что дышать стало легче. И в целом-то краски мира сделались ярче, и запахи.

Сама жизнь.

Ощущение, что клятва эта высасывала силы, а он и не замечал.

— Вроде того. Так вот… где-то с полгода тому у герцога ат Доннах, до того пребывавшего в обстоятельствах весьма стеснённых, появилось золото. И в таком количестве, что это не могло не вызвать вопросы. Он закрыл долги. И вернулся в клуб, где ему в последнее время были не рады. А там — и за игровой стол присел, где не стеснялся делать ставки. Приобрел весьма перспективного жеребца…