"Фантастика 2026-124". Компиляция. Книги 1-32 (СИ) - "Касим" - Страница 454

Глубоко скрытую боль и тревогу. Страх неудачи, после всех вложенных усилий. И главное, переживания за неё, когда в очередной раз хозяйка отправляла кодекс на рискованное задание.

Каждый раз эти скупые эмоции казались ей дождём, проливающимся на пересохшую, жаждущую влаги почву. И каждый раз она была благодарна Карине.

Как она была бы счастлива, если хозяйка переживала бы за кодекс хоть вполовину так же сильно, как Есеня за брата!

— Он… — Роран осеклась, подбирая слова. — Он сражается, чтобы дать вам шанс уйти. Вам обеим.

Есеня куснула губу и посмотрела назад.

— Моя хозяйка сильнее всех, — улыбнулась кодекс. — Она точно выберется. Я доставлю тебя в безопасное место и вернусь.

— Хорошо, пойдем скорее! — кивнула девчонка.

Они карабкались наверх молча, пыхтя от напряжения. Вспотевшие пальцы скользили по холодному, покрытому капельками влаги металлу. Но ступенька за ступенькой, они карабкались к выходу.

Чем выше они поднимались, тем четче были звуки боя. Она уже могла различить гудение пламени и гулкий стук каменных копий о металл, сквозь переборки видела отголоски ярких аур многих кодексов. И ощущала нечто, заставлявшее ее душу сжиматься от ужаса.

Поднявшись еще на десяток метров, Роран вылезла на небольшую площадку и помогла Есене подняться. Едва девушка ступила на пол, как совсем рядом прогремел взрыв такой мощи, что башня содрогнулась до основания, едва не скинув их обратно вниз. По наружной стене забарабанил град обломков, шипя от жара.

— Черт, да что там творится, — процедила она. — Оставайся пока тут, в безопасности, я проверю снаружи!

Сжавшись у перил, Есеня кивнула. Кодекс окутала себя барьером и бросилась по узкому мостику к люку-двери наружу. Замок с жутким скрежетом открылся, но в грохоте битвы никто даже не обратил внимания на скрип плохо смазанных петель.

Кодекс открыла дверь и, выглянув наружу, едва сдержала удивленный возглас.

Небеса почернели. Среди туч то и дело били жуткие оранжевые молнии, попадая в шпили башен Белогорья. А между ними, в полусотне метров от их укрытия, раскинулась громадная площадка, сплошь усеянная обломками, растерзанными остовами каких-то механизмов и телами кодексов.

Среди дымки горячего пара застыли кодексы, окружившие два силуэта в центре. И Роран могла без труда сказать, что это были Вайнер с кодексом.

Их ауры пылали как два ярчайших факела, слепя глаза.

— Это брат! — раздался сзади вскрик Есени. Девушка высунулась из-за спины кодекса и застыла, глядя на них.

— Огонь! — раздался чей-то возглас, и ярчайшая вспышка осветила небеса. Роран зажмурилась, закрывая собой закричавшую Есеню.

Мощнейший взрыв сотряс громадное сооружение, вихри энергии хлестнули во все стороны, едва не снося их вместе с грохнувшей о стену дверью. Удержавшись за торчащие из пола поручни, они открыли глаза — и обомлели.

Фигуры в центре круга кодексов окружила цепь клубящихся черных порталов. Все стены и площадь вокруг них пестрела от раскаленных от энергии полос и подпалин, раскаленный докрасна металл бугрился и шипел.

А в небе наливался багровым светом пока еще размытый, но уже осязаемый сгусток энергии.

Фигура в центре шагнула вперёд, и только сейчас Роран увидела, что это был Ярослав Вайнер.

Его глаза ярко горели оранжевым сиянием, а в руках горел клинок чистой энергии. Альва собиралась вокруг него, стягивалась к магу, закручиваясь в вихрь.

Происходило что-то невообразимое. Пришествие какой-то новой силы, от которой всё внутри сжималось в страхе и трепетало.

— Мой брат, они же его!.. — спохватившись, Есеня бросилась вперед, но Роран схватила девчонку и прижала к себе.

— Не смей! Это сейчас не твой брат!

В ту же секунду бой возобновился, кодексы одновременно бросились на окруженных. Прижав к себе сопротивлявшуюся девчонку, Роран оглянулась и увидела ослепительную голубую вспышку, поглотившую всех на площадке. Ударная волна хлестнула в стороны, сбивая кодексы с ног.

А через мгновение она ощутила, как неудержимая сила вырывает альву из её тела. В глазах потемнело, девушка пошатнулась и упала на землю.

Глава 30

Белогорье. Центральная площадка комплекса.

Концентрация альва-частиц 379,4 на миллион

— Держись, Лили!..

— Хозяин! — девушка обернулась ко мне, сжимая в руках подозрительно знакомые предметы. Её аура разрасталась, пульсируя вокруг оружия, как живая. Сразу пять кодексов осаждали её, не считаясь с силами, и не меньше их рвалось ко мне.

Я едва успел среагировать, как сразу две воительницы обрушили на меня удары своих копий.

— Гхх!..

Скрипя зубами, я заблокировал клинком их атаку и рубанул по ближайшей. Сияющий металл её копья брызнул снопами искр. С криком девушка отшатнулась, а её тут же прикрыла другая, налетев на меня как ураган.

— Ты больше не человек!.. — рявкнула она и с яростным криком ринулась в атаку. Её объятый пламенем двуручный меч вгрызся в мой клинок. Удар протащил меня назад полметра, а кодекс буквально взорвалась шквалом смертоносных атак. Я блокировал их своим мечом и отступал под бешеным напором, шаг за шагом, на контратаку или передышку она не давала и шанса.

Краем глаза я заметил, как Лили взмыла в воздух, поливая летящих к ней соперниц лучами чистейшей энергии из двух пистолетов. Те самые, из шведской лаборатории…

Удар!

Мой щит вспыхнул и погас. Увидев шанс, кодекс с криком рубанула снова ко моему мечу. Энергетическое лезвие треснуло и исчезло во вспышке света.

Холодная волна ужаса пробежала по спине, тесня жар от альвы.

Я невольно замер, глядя на пыхнувший искрами обломок рукояти в руке.

— Сдохни!.. — взревела соперница, занося горящий меч.

В голове пролетели сотни мыслей за одно мгновение. Не уклониться, не успею. Уйти в скачок — не поможет, даже в замедлении её меч попадет по мне. Вокруг нас собралось столько альвы, что даже скачок не выйдет без помех.

Остаётся стигмата. Тело еще не восстановилось с прошлого применения, по руке текла кровь, и есть риск сжечь её, если использую снова. Но лучше рука, чем голова.

— Отмена, — шепнул я и высвободил энергию в третью стигмату.

Боже, Лили, пусть тебя не зацепит…

Вспышка синего света озарила Белогорье. Волна анти-альвы прокатилась по комплексу. Пламя в глазах кодекса угасло, она запнулась и, качнувшись, упала к моим ногам. А следом за ней повалились на землю другие её соратницы.

Я со стоном отшатнулся от лежащего на земле кодекса. Тело ворвалось такой болью, что на миг я ослеп. В ушах стоял нестерпимый гул и свист, разрывающий перепонки. Пронизывающий до костей ледяной ветер прошелся по площадке, но я даже не ощутил его за жгучей, разъедающей болью. Казалось, открылись все раны разом, кости провернулись в суставах, а легкие вывернулись наружу и втянулись обратно.

Хватая ртом воздух, я сморгнул выступившие слёзы и осмотрелся.

На искорёженных плитах пола, среди вздыбленной, обожженной стали и обломков химер пополам с каменным крошевом скользил багровый туман. Сквозь мерцающее полупрозрачное марево было видно, как вяло шевелились поверженные кодексы. У меня сжалось сердце.

— Лили? — я обернулся, ища спутницу взглядом.

— Хозяин…

Из тумана проступила знакомая худенькая фигурка. Пошатываясь, Лиливайсс переступила через обломок химеры и пошла ко мне. Комбинезон её потемнел от крови, на боку и бедрах свисали обожженные лоскуты ткани. Её глаза тускло светились альвой — видимо, нашего с ней запаса впритык хватило, чтобы пережить атаку.

На бедре тускло светилась глубокая рана, словно из тела вырвали кусок мяса. Человек давно бы умер. Перешагнув через беспомощно лежащую соперницу, Лили посмотрела на меня — и на кодекс, мгновение назад едва не убившую меня.

— Тварь… — налитые оранжевым глаза Лили сверкнули. — Как ты посмела, моего хозяина…

Я обернулся: кодекс поднималась, с трудом держа меч. Её взгляд расширился.