"Фантастика 2026-124". Компиляция. Книги 1-32 (СИ) - "Касим" - Страница 315

Не пробил, но удар мотнул его в сторону, заставив обернуться. Увидев свой меч в моих руках, он рассвирепел и сжал кулаки. За его спиной воздух задрожал от беснующейся альвы, на глазах сгущаясь в стальные шарики…

— Да кто ж тебе позволит! — я набросился на него, вовсю орудуя мечом. Швед парировал удары руками, но отступал под моим натиском. Стальные пули одна за другой летели в меня, то скользя по клинку, то глухо стуча по броне костюма.

Наконец, швед поймал одной рукой мой меч и замахнулся второй — ударом сверху переломить клинок. Но этого я и ждал. Рывком вытянув меч из хватки, я уперся ногой — и, вложив всю силу, вонзил острие точно в плечевую мышцу поднятой руки. Туда, где броня была самой тонкой.

Со скрежетом раздвигая сталь, меч вошел в плоть. Швед заорал не своим голосом, по клинку заструилась кровь. Выпустив рукоять, я пинком в грудь отправил его на землю и уселся сверху, прижимая коленями его руки к земле.

— Лежи, тварь!.. — я прижал ладонь к его закованному в стальную пленку лицу, между пальцев заструились языки пламени. Швед застонал, пытаясь извернуться, сбросить меня, но все было тщетно.

— Будешь дергаться — зажарю тебя в твоей же фольге, гад! Понял?

Вряд ли швед знал русский, но точно понял, что я говорю. Серебристая пленка брони растворилась, обнажая пыльную, взмокшую кожу.

— Вот и славно.

Я перевернул его и связал руки за спиной, как снаружи в грохоте перестрелки раздался мощный удар. Вся гора содрогнулась от взрыва. Бешеный ветер снес висящее над площадкой облако пыли, открывая взгляду поле боя.

Среди пылающих остовов и раскаленных валунов показались два кодекса, объятые вихрящимися кольцами энергии. из земли между ними торчало свитое спиралью копьё, покрытое глубокими зазубринами.

Израненная, вся в крови, Лили парила над землей, окруженная роем копий. Напротив неё, вытирая кровь со скулы, на земле замерла соперница, окруженная целым облаком каменных глыб.

Кодекс с земляным атрибутом… а ей нереально повезло найти хозяина с той же магией!

Словно по команде, оба кодекса атаковали друг друга. Воздух наполнился свистом летящих булыжников. Оба кодекса взмыли в черное небо, и снаряды устремились за ними. Среди скал эхом разнесся жуткий треск и грохот, осыпая поле боя каменными обломками.

— Вот чёрт! — я сорвал гримуар с пояса моего соперника и бросился наружу.

В груди горело так, словно меня клеймили калёным железом. Так же, когда Лили впервые начертила на мне свою стигмату. Наплевав на боль, я выбежал на площадку, затянутую облачком пыли.

А наверху близилась развязка. Сколько бы копий не создавала Лиливайсс, каменный рой буквально перемалывал их всех и жалил девушку с разных сторон. Тактика тысячи порезов истощала её соперницу, но та не жалела сил.

— Лили!.. Бери всю мою альву!

Девушка подняла руку — и небо расцветилось сотнями порталов. В один миг они исторгли град копий, нескончаемым потоком обрушившихся на её соперницу.

Едва успевая отбивать стальными щитами атаки Лиливайсс, кодекс камнем полетела вниз. На миг я заметил, как вспыхнули ослепительным сиянием её глаза.

А следом над Лиливайсс нависла громадная тень. Увлеченная боем, она заметила её слишком поздно — и громадный стальной таран обрушился на её, сминая как куклу.

С гулом летящего локомотива таран вонзился в землю, уходя в скалу на несколько метров. Всю площадку заволокло пылью, меня и остальных бойцов отбросило назад ударной волной, протащив по земле.

Прокатившись по камням, я вскочил и прокашлявшись, выкрикнул.

— Лили!

Ответа не было. Чудовищный удар не оставил бы от неё и следа… даже кодексу не пережить такое. В груди похолодело, страшное ощущение пустоты черной дырой разверзлось внутри. Стигматы, они же еще на мне?..

Я четко ощущал жар в первой и второй стигматах. И ниже, обжигающий, как раскаленное масло, след… третья стигмата.

Она была завершена. Нужно лишь её применить. Если ещё не поздно, если это может спасти Лили!

Я поднял книгу, сжатую в руке — и в мою кисть вонзился стальной шип, вылетевший из пыльного облака. Книга звякнула замком о камень.

А в облаке пыли показалась фигура с полыхающими синим глазами.

Кодекс стали. Меч в её руках поблескивал голубоватым светом, по клинку стекали капли крови. Она шла убивать.

Я провалился в квантовый скачок, мгновенно раскрывая перед собой черный провал бездны, и протянул к ней руку.

Липкая жижа обволокла руки, затягивая в себя… ну уж нет, не сейчас! Давай мне всё, что можешь!

Энергия послушно облекла руки… но бездна тут же схлопнулась, а надо мной взмыла в высоком прыжке кодекс с занесенным мечом.

Как назло энергия медленно обтекала руки, вытягиваясь вперед.

Оранжевый свет блеснул на лезвии кодекса стали — и меч, чертя дугу, начал опускаться на меня…

И в тот же миг ослепительное копьё чистейшей энергии ударило из-под моих ног, пронзая кодекс.

Выронив ставший бесполезным меч, она обхватила пронзивший её шип и исторгла хриплый, полный боли крик. В ту же секунду шип растворился, кодекс рухнула на землю, а позади неё показалась покачивающаяся фигура Лиливайсс.

— Добей, сейчас!..

Кодекс стали вскинула руку, над ней снова засверкали стальные копья, готовые довершить начатое.

Но отправить их в нас с Лили она уже не успела.

Сжав в кулаке всю накопленную энергию бездны, я направил её в кодекс. Сияющий золотом клинок располосовал её тело надвое и растаял без следа.

Кодекс рухнул на землю, а за ним посыпались и стальные шипы, больше напоминавшие обмылки. Издав последний вздох, она растворилась в тусклом голубом свечении.

— Вот и всё… — хромая, Лили подошла ко мне и прижалась к груди.

— Ты молодчина, — я приобнял её за плечи. — Всё позади.

— Тихо… — буркнула она, пряча лицо у меня на груди. — Мне нужна энергия, а не похвалы. О, а еще ты чувствуешь? Твоя стигмата.

Она подняла глаза, её взгляд сочился ехидством.

— Третья стигмата завершена. Отныне всё будет иначе.

— Топай, давай, — я вывел пленного офицера из развалин бункера. Петровский в окружении нескольких бойцов оглядывали поле боя, больше похожее на лунный ландшафт. Позади него, возле испещренного вмятинами от пуль броневика стояли Кирсанов и Аксеньева. Софья активно дышала в ингалятор, а Егор, баюкая на руках автомат, безучастно глядел на оплавленные останки первого грузовика. Попавший под удар броневик буквально испарился до заднего моста.

Я толкнул пленного вперед: на его пальце поблескивало посеревшее альва-кольцо. Его работа. Лишившись кодекса, офицер совсем сник, лишь изредка тянулся пальцами к рации на поясе.

— А вот без этого обойдешься, — я снял рацию и быстро сунул в карман.

— Что там, Вайнер?

— Пленный, — я подвел шведа к командиру. — У него был кодекс, и я думаю, он много интересного расскажет на допросе.

— Не помню, чтобы я приказывал брать пленных, — фыркнул тот. — В любом случае…

Не успел он договорить, как позади раздался глухой хлопок, а за ним — два мощных взрыва. Мост через ущелье содрогнулся — и со скрежетом сминаемых балок рухнул в пропасть, утягивая за собой громадные колонны опор. Стоявший на краю мостового полотна грузовик, сверкнув фарами, завалился назад и ухнул следом за всем остальным.

— Какого… — Петровский обернулся к нам с пленным: швед устало скалился, глядя на осыпающиеся в пропасть обломки некогда надежного моста.

— Похоже, сигнал на подрыв дошел только сейчас, когда сошли помехи от альвы, — я пожал плечами.

— Пленного — ко мне! — велел он ближайшему помощнику. — Остальным, обшарить руины снизу доверху! Сигнал на подрыв мод гать кто-то из выживших, или вообще автоматика. Проверьте всё как следует!

Почти час мы обшаривали руины в поисках выживших. Нашелся только перепуганный связист, забившийся в какой-то угол в самом начале атаки. Перепуганный или нет, гад успел спалить радиостанцию и обесточить узел связи вместе со всеми устройствами.