"Фантастика 2026-124". Компиляция. Книги 1-32 (СИ) - "Касим" - Страница 245

— Хооо, так вот оно что.

Лили растянула губы в дьявольской улыбке. Такой, что Фламия испуганно замерла, вслушиваясь в её тихий голос.

— Бежать спасать хозяина? За кого ты меня принимаешь, дура? За такой же никчёмный и жалкий кодекс, как ты?

На лице Фламии отразился неподдельный страх. Она дернулась назад, но Лили крепко схватила её за руку, державшую меч. Девушка приблизилась к ней почти вплотную и негромко произнесла.

— Мой человек просто убьёт их всех. Я знаю, кого выбрала. Мой человек сделает всё, как надо. А я — убью тебя, тварь.

Фламия рванулась назад, бросая меч, и вскрикнула: по спине полоснуло массивное копьё, вырвав кусок ткани. Кодекс развернулась, швыряя сноп огненных шаров, но Лили там уже не было. Аура альвы появилась сзади, а следом острие копья воткнулось в спину Фламии.

Вопль боли прорезал утреннее небо. Вцепившись в её плечо, Лили подняла девушку над собой и с силой швырнула кодекс на землю.

Огненным метеором она рухнула в полыхающую рощицу, разметав вокруг комья земли и обломки веток. Сила удара была такова, что не будь она кодексом, все кости в теле раздробило бы в кашу. Но Фламия выжила.

Издав полный боли стон, она открыла глаза — над ней стояла Лиливайсс. Горячий ветер трепал её белоснежные волосы, покачивал бледные крылья из энергии за её спиной. Её окутывала альва, жутким багровым шлейфом стелилась у её ног.

— Ты не кодекс… — выдохнула Фламия, закашливаясь.

Девушка стиснула её шею и подняла над собой. Та захрипела, пытаясь разжать хватку, но Лили только сильнее сжимала пальцы.

— А теперь говори. Кто твой хозяин?

Я метнулся навстречу Бойчину, вкачивая альву в барьер. Прятаться за щитом вечно я не смогу, он пробьет его рано или поздно. Надо атаковать, но как?..

Перед глазами встала арена и мой недавний бой. Тот парень со щитом… черт, да как я раньше не догадался?..

Нужно только свернуть щит!

Я на ходу провалился в скачок. Бойчин среагировал тут же, но секундная заминка дала мне спасительное время.

Сосредоточив все силы, я направил альву в барьер, придавая ему форму кулака.

В следующий миг кольцо отмены выбросило меня обратно, под наведенный ствол Бойчина. Он нажал спуск — и мощнейший удар щитом швырнул его назад в стену. Яркий луч выстрела прорезал потолок, осыпая нас искрами и капельками расплавленного металла, я метнулся следом за Андреем.

Сзади раздались выстрелы и крики Балашова. Я влетел в тень и сходу пнул поднимавшегося соперника в челюсть.

Но едва замахнулся, как всь особняк сотрясся от мощнейшего удара. Где-то наверху грохнуло так, что часть потолка рухнула в центр зала. Нам на голову посыпались объятые пламенем обломки, по залу вихрем прокатился раскаленный воздух.

— Мой дом!.. — завопил Балашов. — Эта скотина меня убить решила⁈

Я оглянулся: половина атриума на глазах превращалась в пылающий ад, взрыв буквально разворотил верхний этаж вместе с крышей и теперь он феерически полыхал, рассыпая снопы искр и чадящих обломков.

— На меня смотри! — крикнул Бойчин, пробивая крепкий хук. Я машинально закрылся, принимая кулак предплечьем, но удар бывшего бойца был сокрушительным.

Мотнувшись от удара, я попятился. В ушах зашумело. Андрей же атаковал снова, но теперь я сфокусировался на противнике. Его мощные, но прямые атаки почти пробивали мои блоки, так что приходилось буквально танцевать среди горящих обломков на полу, усыпанном гильзами и кусками стекла, чтобы не поймать фатальный удар.

Подловив изрядно уставшего соперника, я пробил прямой в лицо. Кулак чиркнул по скуле, Бойчин вскрикнул от боли и отшатнулся.

— Брат!..

Балашов, метавшийся между спуском и пылающим коридором атриума, открыл огонь из пистолета. Прикрывшись щитом, пожиравшим последние силы, я метнулся к уцелевшему столбу.

Этого ублюдка надо убрать! Сняв щит, я влил альву в пистолет и, уйдя перекатом от летящего в меня булыжника, выстрелил точно под ноги князю. Над Балашовым сверкнул щит, но пуля буквально вырвала кусок пола под его ногами. Доски взмыли в воздух, обрушиваясь на щит и пробивая его…

Я прицелился и выстрелил снова.

С криком Балашов выронил пистолет и схватился за простреленное плечо, заваливаясь вперед… прямиком в пробитую первым выстрелом дыру на первый этаж. Раздался грохот рухнувшего тела, за которым полетели пылающие доски и обломки.

— Да сдохни ты уже!.. — взревел Бойчин, швыряя в меня ледяной шар. Я едва успел выстрелить в него и откатиться, как глыба льда разлетелась острыми осколками, осыпая все вокруг и шипя. Андрей ударил снова, буквально выжигая мощь всех своих колец.

В меня полетели глыбы камня и льда, словно я попал под могучую горную лавину. Уйдя в скачок, я метнулся в сторону и выцелил разъяренного противника. По весу пистолета я почувствовал, осталось два-три патрона.

Если стрелять, то в упор!

А Бойчин вошел в раж: одно из колец на его руке треснуло и развалилось, он атаковал вторым. Здоровенный камень полетел в меня, грозя размозжить голову. Всё в щит!..

Булыжник разлетелся, оцарапав лицо острыми осколками. Но на второй удар Андрей не успел.

Я налетел на него, сходу пробивая тяжелый хук в висок. Кулак уперся в подставленный блок, Андрей сжал руку с полыхающим кольцом — будет бить в упор!

Ну уж нет! Вцепившись в запястье, я всадил подонку коленом в солнечное сплетение. Бойчин согнулся пополам, хватая ртом воздух — и напоролся на второй удар, отбросивший его назад.

Ему удалось устоять на ногах, но едва он поднял покрасневшие глаза, я обрушился на него градом ударов. Вкладывая всю ярость в удары, я с криком гвоздил его наглую рожу.

За то, что заставлял поддаваться Медведю! За то, что обманул меня и сестру! За Жанну Плахину! За Есеню, пережившую все мыслимые ужасы! За Егора и всех тех парней, что погибли на арене!

За себя, черт возьми!

Боль пронзала кулаки от каждого удара, но я даже не думал останавливаться, пока не превратил лицо ублюдка в кровавую маску.

Пошатываясь, я отступил назад и закашлялся от гари.

— Т-ты… — пробормотал Андрей окровавленными, непослушными губами, и поднял руку с кольцами. — Лучше бы сдох на…

Кольцо вспыхнуло ярким светом. Я схватил его запястье и, шагнув в сторону, выкрутил руку. Раздался омерзительный влажный хруст, Бойчин закричал, но нашел в себе силы вцепиться второй рукой мне в горло.

— Сдохни!..

А следом раздался выстрел — и я вздрогнул от боли, чиркнувшей по скуле.

— Брат, в сторону!.. — завопил Балашов, снова нажимая спуск, но пистолет лишь бесплодно щелкнул затвором в осечке.

По щеке заструилась кровь. Стиснув зубы, я вытащил отцовский пистолет и приставил к голове ублюдка.

Выстрел.

Рука Бойчина разжалась. Подергиваясь в конвульсиях, он рухнул, как марионетка с обрезанными нитями.

— Ты, тварь!.. — Балашов, запертый пылающими обломками в огненной ловушке возле лестницы, ожёг меня полный ярости взглядом. — Ты сдохнешь!..

Он вскинул руку с альва-кольцами, но я был быстрее. Князь застыл, бессильно глядя на дымящийся ствол отцовского пистолета.

У меня один, максимум два патрона. Оружие непривычное, так что придется блефовать.

— Где сестра?

Балашов перевел взгляд на меня. На пухлощеком, закопченном и исцарапанном лице жирдяя появилась горькая улыбка. Он нервно рассмеялся.

— Отвечай!

— Сидит в подвале, здесь, — князь посмотрел на меня с безумной улыбкой и кивнул в сторону полыхающего крыла особняка. — В том самом, который вот-вот сгорит. Давай, княжич, выбирай! Отомстишь мне, или спасешь сестру? Решай быстрее, а то девчонка сгорит так же, как Ольга!

Глава 26

Отчаявшийся князь смеялся мне в лицо. Кольца на его руках больше не мерцали, инкрустированные в них альва-кристаллы растрескались и помутнели, потеряв силу.

Сплюнув в сторону кровавой слюной, я осклабился ему в ответ. В свете рыжего пламени, мокрый от пота и израненный, я выглядел максимально жутко.