"Фантастика 2026-124". Компиляция. Книги 1-32 (СИ) - "Касим" - Страница 199

— Всё готово, Поля, — я вытащил пачку купюр, полученных от Кирсанова, и протянул ей. — Теперь дело за тобой.

— Сударь, — на её хорошенькое личико набежала тень. — Вам больно? Давайте я лучше…

— Не надо, — я остановил её руку, потянувшуюся ко мне. — Беги, пока не стемнело, передай деньги курьеру.

В кармане завибрировал альвафон. Машинально приняв вызов, я приложил трубку к уху.

— Доброго вечера, ваша светлость. Вы ведь не забыли о нашем уговоре?

Стоит черта помянуть, и он тут как тут.

— Добрый, ваше святейшество. Мой человек уже в пути. Скоро всё будет.

— Чудесные новости! — чуть не взвизгнул елейный голос епископа. — Жду с нетерпением, сударь. Доброй вам ночи.

— Чтоб тебя… — прошипел я коротким гудкам.

— Встреча прошла успешно, господин? — водитель завел вишневый лимузин и покосился в зеркало. Балашов грузно опустился на сиденье и с сопением вытер взмокшее лицо платочком.

— Более чем. Эта стерва отступает, шаг за шагом. Ещё несколько месяцев, и я припру её к стенке, надо только избавиться от этого наглого сопляка.

— Вы про наследника?

Балашов раздраженно раздул ноздри.

— А про кого же ещё? Нутром чую, он уже суёт свой нос в мои дела, не ровен час начнет спорить с тётей, а то и на наследство свои права заявит. У меня чуйка на таких, Симон. Надо было додавить этот дьявольский корень ещё тогда… ладно, езжай уже, достало меня это Вайнеровское гнездилище.

Машина тронулась, князь тихо кашлянул и посмотрел в окно: на пороге показалась рыженькая девушка-горничная.

— А ну-ка постой…

Водитель плавно остановился, едва проехав пару метров, а Балашов прильнул к окну.

Поозиравшись, девушка открыла сумку, вытащила из нее небольшой сверток и сунула себе за ворот, поближе к груди. Затем оправила платье и поспешила к воротам поместья, в город.

— Как любопытно, — князь с ухмылкой почесал подбородок. — Свяжись с нашими людьми в Перевальске, Симон. Пусть проследят за девчонкой. Кажется, у нашего пацана есть свои секреты, пора бы его проучить.

До своей комнаты я дошел с большим трудом: терпеть пульсирующую боль становилось невыносимо. Второпях заперев дверь, вытащил из-под кровати железный ящик с белым крестом. Лязгнув защелками, ящик обнажил ворох всевозможных ампул, бинтов и инструментов в стерильных упаковках. Я вывалил содержимое на кровать, второпях скинул рубашку и скосил глаза на грудь.

Кожа, горевшая так, словно ее облили кислотой, покраснела ровными линиями, складывавшимися в симметричный, сложный узор.

— Чертова стигмата, да как вообще тебя успокоить?..

Последние слова я процедил сквозь зубы: новый приступ боли буквально скручивал всё тело в бараний рог. С тихим стоном я уперся головой в кровать и, нашарив вслепую одноразовый шприц с болеутоляющим, воткнул себе в плечо.

— Давай-давай, ну же…

Несколько минут я сидел без движения, пока острая резь не утихла, уступая место тупой, ноющей боли. Сглотнув, я медленно поднялся: тело бил озноб, на коже выступили капли холодного пота, а на боках и груди начали проявляться громадные синяки после дуэли.

По-хорошему следовало бы позвать Варвару и как следует обследоваться на наличие переломов, да и обработать кровоточащие ссадины и царапины не помешало бы. Но едва я потянулся к бутыльку с антисептиком, новая волна боли снова заставила меня заскрежетать зубами.

Болеутоляющие тут не помогут, нужно что-то иное. Мутным взглядом я нашел инъектор в пластиковом корпусе и вложенный в рукоять пузырек с альвитином.

Лили сказала, что альва сжигает моё тело. Раз так, это должно помочь.

Быстро вставив прозрачную капсулу в инъектор, я прижал его к шее и положил палец на кнопку.

— Не спеши, человек, — донесся сзади вкрадчивый голос Лили.

Тонкие прохладные пальцы опустили мою руку, державшую инъектор, и скользнули на грудь. Успокаивающая прохлада ниточками разошлась по груди, унося острое жжение. Из груди вырвался вздох облегчения: с каждой секундой боль отступала, словно вытягивалась её узенькой ладонью.

— Ты всегда появляешься без предупреждения?

Не отнимая руки, Лили встала передо мной. На пухлых губах играла едва заметная улыбка, а взгляд, прежде холодный и колючий, смягчился.

— Признаться, ты удивил меня, человек. Зайти так далеко ради победы над другим магом… он был сильнее и мог тебя убить десятком способов.

— Я знаю.

— И всё же, — она дернула уголком рта и легонько проскребла пальцами по моей коже. — Даже зная это, ты проявил волю.

— Ага, а еще изобретательность и изрядную долю упёртости, — усмехнулся я, закрывая глаза. Рука Лили дарила блаженное успокоение после пережитой боли, действуя покруче наркотика.

— Не думала, что ты будешь настолько серьёзен, когда ты говорил о своей сестре.

— Я всегда серьёзен, когда дело касается моей семьи. Ради Есени я пойду до конца.

— Даже если придется пожертвовать собой? Как любопытно, — она сощурилась, словно пыталась просветить взглядом меня насквозь. — Должно быть, ты очень дорожишь ей, раз готов ради неё сунуть голову в пекло. Ты бы так же себя вел, будь на её месте кодекс?

Она убрала пальцы и загадочно улыбнулась.

— Например, если бы это была я? Ты бы рискнул собой?

Её хитрый взгляд вызывал приятный жар внутри. Вот же продуманная бестия…

— Когда у тебя будет хозяин, я надеюсь, он сделает для тебя то же самое. А пока можешь даже не пытаться мной манипулировать.

— Так может станешь моим хозяином? — она сверкнула глазами и приобняла меня сзади. — Твой кодекс будет послушным, если попросишь…

Меня бросило в жар: ощущение её тела, прильнувшего к спине, заставило сердце припустить с места как лошадь на скачках. Тяжелый шелк её белоснежных волос заструился по плечам, шеи коснулось жаркое дыхание.

Скользнув ладонями по моим бокам, она сцепила их на груди и зашептала.

— Ты ведь помнишь свое обещание, человек? Гримуар…

В голове снова прозвенел тревожный звоночек. Контракт, гримуар, хозяин — она любой ценой хочет заполучить меня. В её словах сквозил подвох, но какой?

— Тебе же не выжить без хозяина, верно? — ответил я, кое-как переборов животный позыв. Она скосила на меня чуть обиженный взгляд.

— Мне нужна альва, но чья попало мне не подойдет, — Лили навалилась на меня всем весом. — И без контракта, связанного с гримуаром, ничего не получится. А без гримуара, без альвы, идущей от хозяина, кодекс истощится за считанные дни. Если бы твоей сестре осталось жить два дня, что бы ты сделал, человек?

Она расцепила руки и, невесомо шагая, обогнула меня, выходя вперед. Я не без удовольствия проследил взглядом за её движениями. Полосы на сером комбинезоне Лили подчеркивали утонченность её стройной фигуры, полные бёдра, изящную талию и небольшую, высокую грудь. Чёрт, я не должен был пялиться на неё, но и отрывать взгляд не хотелось.

А ведь только что я чувствовал спиной все её изгибы и формы…

Изящная и опасная, как хищный цветок, Лиливайсс смотрела мне прямо в глаза, ожидая ответа.

— Вот как. Но ты не выглядишь умирающей, Лили, даже наоборот, — я ухмыльнулся и сел на кровать. — Поэтому ты высасывала из меня так много, что едва не довела до истощения.

Она картинно развела руками.

— А что мне оставалось? Мы с тобой в одной лодке, человек. Мы уже связаны. Гримуар нужен нам обоим, и затягивать дальше нельзя.

— Я же обещал, как только Епископ сообщит, что сестра в порядке, то займусь книгой. Я дал тебе слово. Слово дворянина.

Ступая мягко, как кошка, она подошла вплотную и нависла надо мной. На миг её взгляд стал ледяным и беспощадным.

— А я могу верить твоему слову?

— У тебя большой выбор? Ты же сама сказала, мы — в одной лодке. А раз так, мы заодно, и тонуть будем вместе, и побеждать — тоже вместе.

— Я предпочитаю побеждать, — её золотые глаза хищно сверкнули. Лили положила ладони на мои плечи и придвинулась ближе. — Хорошо, я доверюсь твоему слову, человек. А пока — отдыхай, мне потребуются все твои силы, чтобы вернуть книгу.