"Фантастика 2026-124". Компиляция. Книги 1-32 (СИ) - "Касим" - Страница 189

Будущее группы зависело от исхода этой перепалки, это понимали все. И особенно — Егор. Как человек, решивший диктовать свою волю другим, он понимал: даст заднюю сейчас — и считаться с ним больше никто не будет, будь он хоть цесаревич.

— А иначе я размажу тебя по всем стенам, и мне плевать, кому ты побежишь жаловаться, безродный ублюдок. — он оскалился, зыркая на остальных, и сгреб меня за грудки, поднимая с места.

Ой зря.

Силищи в нем было достаточно, чтобы поднять меня, но и на такого лба можно найти управу. Едва он выпрямился, я провел руки между его локтей и коротким движением вывел суставы здоровяка на излом.

Застонав от боли, он ослабил хватку. Я без труда стряхнул его руки и вцепился в ухо с блестящим частоколом пирсинга.

— Жаловаться на такого придурка — ниже чести дворянина, — тремя пальцами я выкрутил его ухо так, что острые иглы пирсинга ощутимо впились в кожу. Здоровяк застонал и согнулся в три погибели. Улыбнувшись застывшим в ужасе сверстникам, я практически под ручку спустил Егора к кафедре и, выпустив ухо, коротким пинком под зад отправил на пол.

Первые ряды дружно охнули.

Довольно технично кувыркнувшись, он тут же вскочил на ноги и принял боевую стойку. Я с трудом сдержал уважительный кивок, глядя на его движения. Даа, он явно был не дурак в боевых искусствах. Впрочем, таким должен быть любой дворянин.

— Мальчики, пожалуйста, не ругайтесь! — не выдержала стоявшая у доски тихая девчонка в толстых очках. На дворянку не похожа, так что едва к ней обернулись несколько учеников, она опустила глаза и отвернулась обратно к доске.

Кирсанов же и бровью не повел. Продолжал пялиться на меня так, словно дыру хотел прожечь.

— Из какого ты рода, свинья? — прорычал он, до скрипа сжимая кулаки.

— Вайнер, — в гробовой тишине ответил я.

Трое девиц на первом ряду напряженно переглянулись. Парень, сидевший за ними, напряженно кашлянул, кто-то поднялся с места, явно намереваясь вмешаться.

Мне уже было понятно, какой будет реакция ребят. И неотрывно смотрел только на Кирсанова.

Он разжал кулаки и, обнажив крупные зубы, засмеялся.

— Вайнер! И это ты распинаешься тут о чести? Нищеброд и предатель, ты совсем свихнулся? Не, вы видели этого урода? Сын изменника будет мне рассказывать о чести!

Кто-то из одногруппников облегченно выдохнул, парочка даже засмеялась вместе с Кирсановым. Я с улыбкой обвел взглядом аудиторию.

Терпение, Ярослав, этот придурок уже почти на крючке. Пусть раздухарится посильнее. Нужно только забить очередной гвоздь в его самолюбие.

— Для дворянина ты слишком много болтаешь, — я хищно улыбнулся в ответ. — Ни дисциплины, ни мозгов. Такие, как ты, только на людях храбрятся, а на деле — ты очередной мамкин сосунок.

Кирсанов изменился в лице. Лицо побледнело, на глазах расцветая багровыми пятнами злости. Яростно раздув ноздри, он навел на меня напряженный палец и процедил, чеканя слова.

— Жалкое, обнищавшее посмешище. Я слышал, как десять лет назад, когда опричники пришли карать Вайнеров за измену, твой отец на коленях умолял их сохранить тебе жизнь. А твоя мать, как последняя шлюха, предлагала себя какому-то солдату, только бы её не убивали!

Смеявшиеся с ним минуту назад студенты мгновенно замолчали. Даже девчонка в толстых очках, протиравшая доску, застыла как вкопанная, уставившись на нас. Десятки глаз смотрели на меня.

Вот и оно. Слово сказано.

Непростительное оскорбление чести дворянина.

Похоже, до раздухарившегося Кирсанова тоже начало доходить, что он сделал. Натянув кривую усмешку, он уставился на меня и добавил.

— Я могу сделать так, что через месяц ты прибежишь ко мне и будешь на коленях умолять о дозе альвитина. Нихрена ты не сделаешь мне, Вайнер. У тебя ни власти, ни денег, ни силы. Ты просто мелкий, зазнавшийся прыщ, возомнивший себя наравне с дворянами.

Резко, на каблуках я повернулся — и подлетел к девчонке, застывшей у доски с тряпкой в руке. На ходу вырвал мокрую, пропитанную грязью тряпку, я рванул обратно. Краем глаза заметил, как в приоткрытой двери аудитории показалась Софья.

Она что-то сказала, но я даже не расслышал — в ушах боевыми барабанами гремела разогнавшаяся кровь.

— Ты… — начал Егор, но едва открыл рот, как я занес руку — и врезал тряпкой по роже Кирсанова.

Окружающие нас студенты застыли в изумлении. А я громко и отчетливо произнес.

— Егор Кирсанов. Я вызываю тебя на дуэль.

Глава 6

Измазанная в серых следах мела и грязи, рожа Кирсанова вспыхнула от гнева.

— Принима…

— Оба, прекратите немедленно! — звонкий голос прервал его, не дав договорить.

В кабинет влетела Софья и встала между нами.

— Пошла вон, староста, — Егор сдвинул её в сторону и потянулся ко мне, явно намереваясь начать дуэль прямо здесь. Но едва он коснулся моей формы, как сзади донесся суховатый скрипучий голос.

— В чем дело, молодые люди?

— Профессор Потёмкин! — прошептала Софья, глядя на дверь восторженными глазами.

Цыкнув, Егор отпустил мою одежду. Мы оба обернулись к двери. В аудиторию вошел высокий, подтянутый мужчина в сером костюме с лацканами, отороченными золотой нитью. Блеснув узкими очками, он прошел через весь кабинет и, смерив нас строгим взглядом, обернулся к застывшим на своих местах ученикам.

— Ну?

Один из студентов поднялся с места.

— Ваша светлость, ээ… Вайнер вызвал на дуэль Кирсанова!

— Вот как? — он обернулся к нам с усмешкой. — И что же вам сделал господин Кирсанов?

— Оскорбил честь моей семьи.

Профессор взметнул седые брови.

— В первый же день учебы? Очень интересно. И что же, сударь, — он посмотрел на Егора. — Вы приняли вызов?

— Принял, — усмехнулся тот.

— Верно, вы не могли не принять, — заложив руки за спину, кивнул Потёмкин. — Иначе какой же вы дворянин. Честь нужно отстаивать, а за слова — отвечать, таков закон. Что же до господина Вайнера…

Он строго посмотрел на меня из-под седой чёлки.

— Я бы рекомендовал ему тщательнее выбирать себе соперников. Секундантов выберете после лекции. Господа студенты, садитесь на свои места. Начинаем занятие.

Ученики быстро уселись за парты. Я сел на бывшее место Егора, сразу за Софьей. Кирсанов, вытерев перепачканное лицо платком, на миг замер у моего стола, всем видом давая понять, чтобы я убирался отсюда. Но натолкнулся на полный игнор с моей стороны.

— Двигайся, — прошипел он.

— А не подвинусь, вызовешь на дуэль? — тихо усмехнулся я. — Обойди.

Поняв, что выглядит глупо, он скрипнул зубами и сел рядом со мной, — ровно туда, куда я сдвинул его вещи.

— Тебе конец, Вайнер, — просипел он, глядя на то, как профессор поднял тряпку и, положив ее у доски, взялся за мел.

— Итак, господа студенты, поздравляю с поступлением в Московский Императорский Университет. Меня зовут Потёмкин Евгений Фёдорович, граф, состою в Русской Академии Наук, изучаю физику альва-частиц.

Я заметил, как волнительно заёрзала Софья. Девчонка ловила каждое его слово.

— Первые два месяца вы будете учиться общим дисциплинам, но уже до первой сессии вам предстоит сделать выбор, на какой факультет идти. Я — декан факультета Кодексов и альва-частиц, и буду рад, если хотя бы некоторые из вас примут решение учиться дальше на моем факультете.

Он обернулся к аудитории.

— Должен предупредить, на нашем факультете учатся только дворяне. Как думаете, почему?

Староста тут же взметнула руку.

— Представьтесь, боярышня?..

— Аксеньева Софья Николаевна.

Он деловито цокнул языком.

— Аксеньевы, боевые маги… что ж, отвечайте.

— Магия, ваша светлость. Только дворяне могут творить магию.

— Верно, — улыбнулся он, жестом усаживая девушку обратно. — Наш мир пропитан альва-энергией, но лишь члены дворянских родов, в чьих жилах течёт кровь первых магов, способны трансформировать её в магию. Что же такое альва?