Спорное утверждение - Вэйдер Мария - Страница 4

– А ты очень обаятельная, – вот и началась легендарная лесть от Ливви Дойл, – перед тобой растает каждый.

Если Флинн добивается всего давлением, то сестра часто прибегает к запудриванию мозгов. В данном случае я даже больше уважаю Флинна – он хотя бы говорит правду.

– Может, хватит пытаться скармливать мне эту чушь?

– С таким характером она сможет очаровать разве что ранее перечисленных персонажей.

О чем я и говорю. Правда.

– Флинн. – Сестра переводит угрюмый взгляд на своего бойфренда.

– Что? – Но он лишь посмеивается.

– Ладно, если уж быть до конца честными… Рекс сходил на свидание практически со всеми нашими знакомыми девушками.

– Даже с твоими подругами?

– Не-а, ведь прямо сейчас я смотрю на свою единственную подругу.

– Ну… – неуверенно выдаю я в надежде закончить предложение хотя бы парочкой имен, но не могу вспомнить ни одну какую-нибудь близкую подругу Ливви, поэтому опять выдаю полный бред: – Есть еще… Дженни.

– Дженни? Дженни Васкес? – Она задумчиво морщит лоб. – Мы же с ней не общаемся с того момента, как съехали от мамы.

Дженни жила по соседству и в детстве часто пекла с нами куличики из грязи, а потом наши пути как-то быстро разошлись. Так же быстро, как мы перестали общаться с Тайлером Хэйсом – еще одним шумным парнем из соседнего дома. Он был слегка любвеобильным. Интересно, нашел ли он любовь всей жизни или так и остался неисправимым веселым бабником?

– Боже, Лив… – Я чуть не ною. – Не смогу вынести еще одного неподходящего парня. Мне необходим детокс от мужского пола.

– Но я видела Рекса, – ее тон становится не в меру загадочным, – и он однозначно в твоем вкусе.

В это можно поверить, ведь мы с Ливви с детства влюбляемся в одних и тех же мальчиков и делим их подбрасыванием монетки. За исключением Флинна, он выбивается из общего ряда.

– А еще… мама наконец отстанет от тебя, если я скажу, что познакомила тебя с братом своего парня…

Чем дольше живу на этой планете, тем больше убеждаюсь, что Ливви Дойл – сатана в овечьей шкуре. И эта фейковая овечка не остановится, пока не получит свое. Будет всячески соблазнять извращенно хитроумными предложениями, пока я не сдамся.

– Использовать маму слишком грязно даже для тебя.

– Ты знаешь, каким монстром я могу быть, Мила, – шепчет она, и я клянусь, в ее зрачках мелькнул какой-то зловещий отблеск. Мне сто процентов не показалось.

– Ты меня пугаешь, ты в курсе?

– Ой, ладно, сама подумай. Я предлагаю тебе отдых около озера взамен на крошечное одолжение. – Размер одолжения она демонстрирует с помощью указательного и большого пальцев. – Тебе даже не обязательно с ним общаться. Пойми, меньше всего на свете я хочу сидеть там одна с двумя парнями или с какой-нибудь дурой с моего факультета, потому что моя любимая сестра отказалась. Да и что такого страшного может произойти?

Ну не знаю, допустим, в малобюджетном фильме ужасов компания едет отдыхать в загородный дом, а уезжает оттуда только один. Интересно, кто бы из нас выжил? Думаю, мы с Лив точно обдурили бы маньяка после всех просмотренных ужастиков.

Впрочем, моя сестра, похоже, совсем отчаивается, раз смотрит на меня взглядом «ради всего святого, помоги, иначе я умру». Этим огромным глазам крайне сложно отказать, так что прекрасно понимаю Флинна, который, как верный песик, постоянно выполняет все ее поручения.

И теперь я смотрю как раз-таки на этого песика.

– А он очень похож на тебя?

– Если мы родственники, это еще не значит, что мы похожи.

Сестра нежно обнимает меня за плечи.

– Ну, как знать. Например, мы с Милой очень похожи.

– Вы? – Флинн театрально поднимает густую бровь. – Между вами столько же общего, как у мягкой карамели и взрывающейся хлопушки.

– Ты только что назвал мою сестру хлопушкой? – хмуро уточняет Ливви.

– Ну точно не мягкой карамелью.

Он резко вскакивает, прежде чем я успеваю крикнуть «идиот» и запульнуть в него подушкой. К сожалению, я промахиваюсь, а Флинн с победным кличем забегает в ванную.

– Что я и говорил, хлопушка, – подытоживает он, а после быстро захлопывает дверь.

Неважно, что еще они мне скажут. Я останусь в городе и ни за что не позволю этим двоим сватать меня какому-то канадскому придурку.

Глава 3. Я никогда и ни за что не доверюсь родной сестре

Gorillaz – 19–2000

Я позволила им сосватать меня канадскому придурку. В конце концов, восемь ведер Ben&Jerry’s и десять пакетиков M&M’s – выгодная сделка.

– А что по этому поводу думает сам Рекс? – интересуюсь у Флинна, нежно поглаживающего руль своего синего «Вольво». Это выглядит даже жутко, но не так жутко по сравнению с тем, что он называет машину «малышкой». Тогда как Ливви для него просто Лив.

– Ну…

– Что «ну»?

Теперь и не знаю, что ненавижу сильнее: «но» или «ну». Хотя любое слово, произнесенное Флинном Бакстером, автоматически переходит в разряд противных.

Он не успевает договорить, поскольку на пассажирское сиденье запрыгивает сестра и громко хлопает дверью, состроив для Флинна пристыженный вид. Для ее парня неаккуратное обращение с автомобильной дверью равносильно пощечине.

– Итак, я все закрыла и проверила, – умело переводит она тему. А затем замечает мой прищуренный взгляд, будто потемневшие от подозрительности серо-зеленые глаза в зеркале заднего вида. – Что у вас случилось?

– Твой парень не хочет рассказывать про Рекса.

– А что ты хочешь знать?

– Что он думает по поводу нашей с ним встречи.

Внезапно Лив смотрит на Флинна и приказывает:

– Гони!

«Вольво» срывается с места. Не проходит и минуты, как мы уже мчим по заполненной разноцветными машинами дороге. О боже… Они серьезно считают, что забрали у меня последнюю возможность передумать? Вероятно, совсем забыли, с кем имеют дело. Я ведь все еще могу выскочить из автомобиля на ходу. Один глупый поступок я недавно уже совершила, когда выпрыгнула из окна туалета, так что сделаю еще один и убью этих двоих.

– Да что происходит?!

К счастью, долго ответа ждать не приходится:

– Дело в том, что он вроде как не знает о твоем существовании… – Флинн говорит спокойно, но в голосе явно слышится тревога. И она может быть связана с двумя вещами: он боится реакции Рекса на меня и прямо сейчас старается ни в кого не врезаться. А может, и то и другое…

– Что значит «не знает»? – спрашиваю я и понимаю, что это не приведет ни к чему хорошему.

– Ну, – мнется он, – дядя позвонил мне тайно.

– Тайно?!

Господи… Во что я ввязалась? Выдыхаю и предпринимаю бог знает какую по счету попытку собраться с мыслями. Всякие психологические практики по отпусканию гнева уже не работают.

Да что они за люди такие? Они еще и смеют себя друзьями называть.

– Позволь уточнить, – вцепившись ногтями в его сиденье, начинаю я. – То есть я еду знакомиться с канадским Фредди Крюгером, и он об этом даже не знает? Вы хотя бы представляете, что вообще делаете?!

– Мы едем отдыхать. – Ливви пробует спасти и без того плачевную ситуацию самой неискренней улыбкой, которую я когда-либо видела, но уголки ее тонких губ стремительно опускаются.

До сестры, похоже, быстро доходит, что я вот-вот вцеплюсь в нее, и она мигом сползает с сиденья. Наивно думать, что, будучи запертым в клетке с тигром, хищник в итоге не нападет на тебя.

– Да я прикончу вас обоих! – Я в бешенстве тянусь к сестре, а она громко визжит, на что мгновенно реагирует Флинн.

– Эй! Эй! Прекратите! Я же за рулем!

Отпустив обманщицу (она должна быть не в себе от счастья, что до сих пор дышит), я складываю руки на груди.

– Да это просто издевательство.

Не желаю больше с ними разговаривать. Чертовы предатели.

– Все будет хорошо, – неуверенно пищит сестра, по-прежнему прячась от моего праведного гнева.

Тем не менее я рада, что ее положение все равно не спасает от моего грозного взгляда в зеркале заднего вида. С накрашенными ресницами и плотно сжатыми губами я выгляжу достаточно сурово, несмотря на всю мою миловидность. И совершенно неважно, что при этом на мне до смешного очаровательный персиковый комбинезон с пятьюдесятью крошечными изображениями кроликов. Их и правда ровно пятьдесят, я считала.