Люди и Боги - Суржиков Роман Евгеньевич - Страница 12

С другой стороны, если морок – это пыльца, то все выходит еще красивее. Ведь верзила тогда совсем ослепнет, может даже со страху обделается! А Мику не придется носить плащ, и это очень хорошо, ведь летом в плаще взмокнешь от пота. Он как раз увлекся этим вариантом, распробовал все преимущества – и потому не сразу услышал стук.

А стук, между тем, сделался настойчивым до злобы. Кто-то колотил в дверь так, будто короля не пускают в тронный зал. Мик похолодел от испуга, спрыгнул с койки и шустро побежал отворять. После заката библиотека закрыта, это знает каждый грамотный горожанин. А раз человек знает, но все равно стучит, да еще так злобно – значит, есть у него право колотить в дверь. Видать, он – слуга какого-нибудь старейшины или самого бургомистра, или даже посыльный из замка. Такой парень может и Мика поколотить за промедление. Так что Мик прошмыгнул через читальный зал, перескочил край ковра, за который зацепился днем (текучая плавность, ага), вылетел в холл, дернул щеколду, распахнул…

За дверью не было никого. Сверкнула мысль: «Асассин! В плаще невидимости!» Мик аж подпрыгнул, но успокоился от новой мысли: зачем асассину стучать в дверь? Он бы ветром просочился в щелку, или шепнул магический заговор – щеколда бы и открылась. Так что Мик вышел за порог и хладнокровно, гордясь собою, осмотрелся. Сбоку от двери прямо на камнях веранды сидел человек. То был паренек – худосочный и мелкий, меньше Мика. Ясно, он не был асассином, и посыльным из замка тоже, и Мик напустился на него:

– Какого черта ты так колотишь?! Возьми молоток и постучи себе по…

Мик осекся, когда паренек поднял голову. Лицо – один большой синяк, нос расплющен, губы в крови. К тому же юноша трясся в ознобе – так сильно, что бился затылком о стену.

– Д-д-дай книгу, – выдавил парень.

– Досталось тебе, – посочувствовал Мик. – Давай-ка я…

Но что – я? Отведу тебя к лекарю? Есть ли у парня деньги? Одежда – рвань, тельце – кожа да кости. Нищий бродяга. Тогда – сам помогу? Так не умею же. Был бы я знахарем – тогда б конечно. Одно заклинание от боли, второе…

– Дай мне к-книгу.

Мик нахмурился:

– Ты бредишь, что ли? Это паршиво. Бредишь – значит, горячка, а горячка – значит…

– Мне плохо! Будет нервный коллапс! Дай же книгу! С-скорее!

Паренек цедил слова со злобной мольбой. Хоть и просил о помощи, но умудрялся как-то между строк назвать Мика идиотом. Тот обиделся:

– Знаешь, чудила, я вообще-то помочь хочу. Но если такой умный, то могу и не помогать. Пойду себе, а ты сиди, умничай.

– Нет, извини! – вскричал парень. – П-пожалуйста, не надо, не бросай!

– Другое дело. Давай тогда вот что… я придумал. Если у тебя горячка, то, наверное, где-то есть плохая рана. Затащу тебя в прихожую и принесу лампу. Найдем рану, а потом…

Что делать с гнойной раной – Мик не представлял. Если в трущобах у кого-то случалась такая, то на нее мочились или клали куриный помет, или серебряную монетку. Судя по тому, что происходило дальше, это были не лучшие способы.

– Ладно, парень, мы же в библиотеке. Потерпи немного, я найду какую-нибудь книжку про целительство, и…

Мика осенило:

– Вот ты зачем книгу просил! Значит, котелок еще варит, хорошо. Давай-ка, пойдем…

– Что приключилось с этим несчастным? – на плечо Мика легла мягкая ладонь мастера Линена, хранителя городской библиотеки.

Многие годы за книгами испортили зрение мастера. Без линз он не видел дальше ярда от собственного носа, тем более в сумерках. Мик пояснил:

– Мастер, его сильно отдубасили, вся рожа в синяках, и еще его трясет.

Библиотекарь выронил:

– Жестокое время. Мало им войны… Отведите его в мой кабинет, юноша, и ступайте за лекарем.

– Мастер, тут такое дело… Судя по одежде, у него ни агатки нету.

– И что из этого?

Мик пожал плечами и взялся за дело. Поднял бродягу на ноги, повел по лестнице вверх, в покои смотрителя библиотеки. Это не составило труда: парень весил немногим больше кошки. Мик уложил его на тахту, а мастер Линен зажег светильники и, надев очки, рассмотрел гостя. Горестно покачал головой:

– Люди бывают мучительно, неоправданно злы. Мне стыдно за человеческий род… Мик, будьте добры, сейчас же приведите лекаря. Возьмите денег в моем столе.

– Не лекарь… – выдохнул избитый парень. – Не нужен.

– Вы заблуждаетесь. Ваш вид вопиет о медицинской помощи.

– Побои – ерунда… Дело в другом… Я – свет…

Парень трясся и стучал зубами, поди пойми, что говорит.

– Вы – свет?..

– Светлый!

– Светлый? Вы дворянин, сударь? Потомок Праматери?

– Да нет же! Светлый!

Он зло стукнул себя в висок. Мик высказал догадку:

– Он говорит: мозги ему отбили. Нужен лекарь по голове.

Мастер Линен вновь согнулся над больным:

– Сударь, простите, я не понял вас.

– Я – с-ссветлый, – зашептал паренек натужно, напрягаясь на каждом слове. – Не теневой, не казуал, а светлый. А у вас нет сферы. Хаос! Вы понимаете?

– Я понимаю, сударь, лишь то, что вам требуется лекарь. Мик, сейчас же…

Бродяга истошно завопил. Скорчился в сильнейшей судороге, грохнулся и забился головой об пол. На губах выступила пена.

– Мик, держите его! Не дайте разбиться!

Мик сел верхом на паренька, схватил его голову, поднял от пола. Тогда бродяга выдавил:

– Книгу…

– Сударь, побои затуманили ваш разум. Никакая книга тут не поможет.

– Дайте любую! Сейчас!

– Любую?!

Мастер Линен разинул рот в замешательстве. Избитый чудак просит книгу – это еще ладно. Может, его поколотили из-за книги. Может, ему завтра урок сдавать, наставник сожрет с потрохами, если он не выучит что нужно. Но просить ЛЮБУЮ книгу!..

– Вы бредите, – твердо сказал библиотекарь.

– Горячка, – добавил Мик.

– Дайте историю… этого города.

– Мик, будьте добры, принесите деловой справочник и найдите лекаря по мозговой части.

– Я не псих! – заорал парень так, что в ушах зазвенело. – Книгу! Мне! Подыхаю же!

Мастер поколебался минуту.

– Сударь, я вызываю лекаря. Ради того, чтобы вы спокойно дождались его приезда, я дам вам книгу. Если испортите хотя бы страницу, я лично…

– Коллапс, – тихо и жутко произнес парень. – Осталось две минуты. Книгу.

– «Трудная судьба града на Торрее» мастера Ходжсона подойдет?

– Гык, – рыгнул Даг. Он экономил на пиве, брал дешевое, потому отрыгивал, как кабан. – Дай угадаю. Ты принес чудиле книгу, а он ее хвать – и в окно!

– Н-нет, дальше было очень с-странно.

Мик слегка заикался рядом с Дагом. Собственно, он вообще предпочитал помалкивать. Обычно Даг рассказывал истории: про всякое на вахте да про девок, – а Мик себе слушал и поддакивал где нужно. Оно и правильно, раз Даг на два года старше и на полфута выше. Но сегодня очень уж хотелось поделиться. Такого, как Мик сегодня увидел, не бывает ни на вахте, ни у девок.

– Странно? Гык! Сам ты чудила, малой! Отбитого голодранца привел в дом, еще и книгу дал. Ну и олух! Как-то на вахте я тоже такого встретил. Он, значит, позвал к себе домой…

– Нет, Д-даг, послушай меня!

– Ты че это, перебиваешь? – Даг ляпнул ладонь на плечо Мику, пригнув его к столу. – Полегче, малой.

– Я нет, Даг, я т-того… Чудо же! Послушай – уд-дивишься!

– Это я тебе удивляюсь. Перебиваешь так, будто зубы лишние во рту.

– Из-звини…

Даг потрепал его по загривку:

– Да ладно, пошутил я. Валяй уже про свое чудо.

– Ну, я принес книгу…

– И он на нее поссал! Гык.

– Нет же!

– А что?

– П-прочел.

– Вот умора! Бродяга – а еще умничает! Значит, мало его били.

– Прочел за минуту!

Даг успел отвалить еще пару шуток, прежде чем уловил смысл.

– За минуту?!

– Да, Даг! Я тебе о чем!

– За одну минуту?! Твою Праматерь! Как это?!

Мик немного приврал: паренек одолел историю Уэймара не за минуту, а за десять. Однако в любом случае – диво. Две минуты из тех десяти он хлопал глазами над первым разворотом, будто пытаясь понять буквы. Мастер Линен с Миком этого и ждали – конечно, бродяга не знает грамоты. Мастер Линен пожал плечами и раскрыл справочник в поисках лекаря, а Мик от нечего делать дальше смотрел на паренька, и на третьей минуте узрел чудо. Взгляд парня вдруг прояснился и нацелился в центр страницы. Спустя несколько секунд бродяга перевернул лист и вперился в новую страницу, спустя пару вдохов опять перевернул.